Богатый покровитель - Элли Блейк

Девочка сидела на кроватке и по складам читала своей Оливии книжку, которую всегда носила в рюкзачке. Лили прервалась, когда мама вошла в комнату.

— Что скажешь, Лили? — обратилась к ней Брук.

— Про что? — округлила глазки маленькая девочка, к которой взрослая женщина обратилась чуть ли ни за советом.

— Про дом... Что ты думаешь об этом доме? Хотела бы ты сюда переехать? Эта спальня, насколько я поняла, тебе уже нравится. А в остальном... Как думаешь, Бью согласится здесь жить?

Лили осторожно сползла с кроватки, взяла Оливию с книжкой в одну руку, рюкзачок в другую, решительно подошла к маме и с серьезным видом сообщила:

— Мне нравится комната, где я сейчас живу.

— Но мы не можем вечно квартировать у Дэнни. Мы — семья, поэтому должны жить отдельно. Я считаю, такой дом вполне для этого подходит. Я бы очень хотела переехать сюда с тобой и Бью, — эмоционально проговорила Брук, чувствуя немой протест дочери.

— Я хочу жить, где Бакли! — капризно возразила девочка. — Бакли мой друг!

— Бакли останется с Дэнни, — безапелляционно заявила Брук. — Это не обсуждается.

Девочка упаковала куклу и книжку в рюкзак, повесила его на плечи, сложила руки на груди, насупилась и повернулась к матери боком. Из всего этого следовало, что девочка решительно не согласна с доводами матери. В довершение Лили плотно сжала губы, сощурилась, раздула ноздри и, сделав глубокий вдох, звучно выпустила носом струю гнева, что должно было означать крайнюю степень несогласия. Брук могла предположить, что Бью вольется в число оппозиционеров, даже если выражать это будет менее категорично.

Лили повернулась к матери, открыла рот, но снова его закрыла. В уголках глаз появились слезы, и это было красноречивее всяких слов.

— Мы будем навещать Бакли, — опрометчиво пообещала ребенку Брук.

— Что тут у вас? — раздался у нее из-за спины озадаченный голос Дэнни, которому еще не был известен предмет их непримиримых разногласий.

Брук тяжело вздохнула, как минуту назад это сделала малышка Лили.

— Ну? — спросил Дэнни. — Джон должен уходить. Еще пара минут на размышление, и тебе придется дать ему ответ, — обратился он к Брук, а переведя взгляд на Лили, поинтересовался: — Ты уже определилась с выбором комнат?

— Да! — дерзко воскликнула она. — Мне нравится комната, где я живу!

Со своим неизменным лохматым боа, намотанным вокруг шеи, она была похожа на напыжившегося птенчика. Слезы еще ярче заблестели в глазах.

— Я не хочу здесь жить! Здесь у меня не будет моего друга Бакли! — всхлипывая, прокричала девочка.

Дэнни нахмурился и, посмотрев на растерянную Брук, увидел такие же блестящие слезинки в глазах взрослой женщины.

— Детка, милая... — проговорила она, склонившись к дочери, и крепко обняла малютку.

Девочка расплакалась, больше не сдерживая себя.

— Прости, — проговорила Брук, посмотрев на Дэнни. — Я не подготовила ее. Не думала, что Лили все так воспримет. Я могла ожидать такую реакцию от Бью, но никак не от нее. Сыграло роль то, что она привязалась к твоей собаке, — объяснила женщина. — Будет лучше, если мы сейчас отвезем ее домой. Обещаю, я с ней поговорю и объясню, что у нас нет другого выхода, как переехать, — тихо добавила она.

— Все нормально, оставайся, — спокойно сказал Дэнни. — Люсиль справится сегодня. Всегда справлялась. Девочке ты сейчас нужнее.

В этот миг Брук поняла, что всю прошедшую неделю стыдилась покровительства Дэнни, но именно его покровительство позволяло ей решать проблемы, которые казались неразрешимыми. И если ее покойный супруг мастерски создавал трудности, то Дэнни Финч с такой же легкостью эти трудности ликвидировал. Брук никогда не стыдилась безалаберного Кэла Финдли, так почему же ее смущает опека Дэнни Финча? Этого она понять не могла. Возможно, причина крылась в ее страхе перед общественным мнением. А может быть, она привыкла считать себя одинокой еще до того, как овдовела. Ведь фактически так и было. Кэлвин Финдли долгие месяцы мог не появляться дома, а от осознания своего одиночества и беззащитности Брук спасали малыши и видимость благополучия, которое было утрачено вместе со смертью Кэла... Или заботливость Дэнни воспринималась Брук как укор ее покойному мужу? Она не могла разобраться в своих сомнениях.

Бесспорным же было одно. Дэнни искренне любит ее. Он ласков с ее детьми. Он готов многим пожертвовать ради них. Он верный. Его верность простиралась на все сферы отношений. На дружбу, уважение, коллегиальность... И если бы Брук не имела прошлого, она бы жаждала приобщиться к его верности в любви.

Лишь прошлое останавливало ее. Как сказал Дэнни Финч, для всех она навсегда останется женой легендарного гонщика — лихого спортсмена, любимца публики, женского угодника. Она останется его скромной женой, смирившейся со сложным характером мужа, обрекшей себя на безосновательные надежды, на нескончаемое ожидание его возвращений. И если она сейчас не решится на перемены, то погрязнет в своем прошлом, лишит себя шанса жить полноценной жизнью, шанса, который ей дает Дэнни.

Отправляясь в офис, Дэнни еще раз бросил на растерянную Брук беглый взгляд.

— Дэнни, постой, — окликнула его Брук.

— Что? — остановился он.

— Я знаю, что мне не удастся увести из этого дома своих детей, не ранив их чувств. Я пробовала говорить с Лили. Все бесполезно. Полагаю, Бью будет реагировать так же. И дело не в Бакли и не в любимых комнатах. Дети привязались в первую очередь к тебе. Ты дал им то, чего они были лишены из-за постоянного отсутствия Кэла, — чистосердечно созналась Брук.

— Договаривай то, что хотела сказать, Брук.

Брук подошла к Дэнни и нежно поцеловала его в губы.

— Я бесконечно благодарна тебе за то, чем ты стал для моих детей.

— Это все, что ты хотела мне сказать? Я спешу, Брук.

— Подожди, Дэнни, — вновь остановила она его. — Дэнни...

— Я слушаю тебя, Брук, — сосредоточенно посмотрел на нее Дэнни.

— Я думаю, что и для меня ты больше, чем друг, — осторожно проговорила женщина.

— Ты думаешь?

— Нет-нет... Я уверена, что для меня ты больше, чем друг, — поспешила она исправиться.

— И кто же я для тебя, Брук? — терпеливо выспрашивал Дэнни.

— Ты тот, кто достоин быть любимым. Ты тот, кого бы мне хотелось любить.

— Потому, что ты благодарна мне?

— Нет. Потому что ты необыкновенный человек и потрясающий мужчина, — выпалила она.

- И?

— Мне сложно говорить об этом, Дэнни, — замялась Брук. — Я так же, как и мои дети, не хочу никуда уезжать. Не хочу остаться без тебя. Мне кажется, я влюбилась в тебя, Дэнни.

— Кажется... — с сомнением повторил за ней Дэнни Финч.