Сердце просит счастья - Диана Стоун

Лежа под Джерри и прислушиваясь к его ровному дыханию, Сабрина ощущала умиротворяющий покой. Она была отгорожена от всего мира мощью мужского тела и дурманом страсти. Затем пришло удивление. Еще никогда она не испытывала столь острого, столь потрясающего, необыкновенного экстаза. Она отдала ему все с радостью и получила не меньше – Джерри тоже отдал ей всего себя.

Она подумала о том, была ли когда-нибудь так счастлива в своей жизни. Наслаждаясь остротой пережитых мгновений, она почувствовала, как ее пальцы вновь оживают, гладя спину и плечи любимого.

Ей страшно не хотелось сейчас ничего менять, но она должна была разбудить Джерри. Его вес начал давить на нее и не давал дышать.

Медленно Сабрина провела пальцем по его позвоночнику. Он уткнулся лицом ей в шею и продолжал спать. Она повернула голову и прошептала ему в ухо:

– Джерри, ты задавишь меня.

– Мм.

– Джерри, проснись. Я не могу дышать. – Она попыталась оттолкнуть его, но он давил на нее как скала. Наконец, опустив руку ниже, она ущипнула его.

– Ой! – скатившись с нее, он взглянул на нее с укоризной.

– Так вот как ты избавляешься от своих любовников, – пошутил он.

Улыбнувшись, Сабрина прикоснулась к его щеке.

– Я начала задыхаться, а ты не хотел просыпаться.

– Ох. – Теперь уже огорчение было написано на его лице. – Кажется, я заснул. Не очень-то романтично? Я оскорбил тебя этим?

Сабрина покраснела.

– Нет, так как я понимаю, что это естественная реакция на…

– Это самый чертовски волнующий секс, который когда-либо у меня был, и я не должен был позволить себе заснуть, не сказав тебе об этом. Ты удивительная, Сабрина. – Он слегка прикоснулся губами к ее губам.

– Ты тоже. – Она пристально смотрела в его глаза, и сердце ее не умещалось в груди.

– Я на минуту отлучусь в ванную, хорошо? А ты не вставай.

– Я и не мечтала об этом. – Она мечтала совсем о другом. Сладко потянувшись, Сабрина накрылась простыней.

– Ты выглядишь счастливой, – сказал Джерри, когда вернулся из ванной и проскользнул к ней под простыню. – И чертовски сексуальной, – добавил он, прижимаясь к ней.

– Я и чувствую себя точно так же, – призналась Сабрина, положив голову ему на грудь. Ей нравилось, как звучал его голос, она ловила его дыхание, чувствовала, как реагирует его тело на ее прикосновения. Ласково прижимаясь к нему, она удивлялась, какой легкой, совершенно ожившей себя чувствовала. Подобно действию пламени, и она начинала загораться от легчайшего прикосновения его пальцев.

– Ты прекрасна, – сказал он. – За сегодняшний вечер я уже, наверное, раз сто повторял это.

– Думаю, всего лишь девяносто семь, – игриво улыбнулась она.

Он вскинул бровь.

– Хочешь добавить недостающие три?

– Звучит заманчиво, – отозвалась Сабрина. – Но вначале, думаю, стоит немножко отдохнуть. – Она вновь положила голову ему на грудь и счастливо вздохнула, наслаждаясь ощущением правильности, которое ее переполняло: правильного выбора, правильного времени, правильного мужчины. Пусть будущее пока подождет.

– Расскажи мне что-нибудь о себе, – попросила она.

– О чем бы ты хотела узнать? – спросил он неуверенно, не совсем понимая, чего она от него хочет.

– Расскажи о своих прежних подругах, – попросила она.

Он скептически выгнул бровь.

– Ты уверена, что хочешь услышать об этом, тем более сейчас?

Сабрина улыбнулась.

– Да, именно сейчас я чувствую себя очень уверенной. У меня такое чувство, что ни одна женщина не может сравниться со мной. Я просто наверху блаженства.

– Это правда, любовь моя. Ты действительно самая лучшая женщина на свете, – мягко проговорил он, целуя ее в макушку.

– Спасибо.

– Пожалуйста.

Они немного помолчали, потом Сабрина снова попросила:

– Ну, так ты расскажешь мне?

– О других женщинах?

Может, мне не стоит настаивать, чтобы не спугнуть удачу? Может, закрыть глаза и притвориться, что у нас обоих нет ни прошлого, ни будущего?

– В сущности, у меня были серьезные отношения только с одной женщиной, но довольно долгие. Кэтрин. Она работала дизайнером по интерьеру и была очень домашней и очень интеллигентной. Вначале нам было хорошо вместе, но постепенно, по мере того как я стал продвигаться по служебной лестнице и проводить больше времени на работе, мы стали отдаляться друг от друга. Ей не нравилось, что я больше времени уделяю своим служебным обязанностям, чем ей. В конце концов она предъявила мне ультиматум: либо она, либо карьера. Я выбрал карьеру, и она ушла от меня. Вот и все.

«Вот и все». Джерри сказал это будничным тоном, но Сабрина подозревала, что он пережил это не так легко, как хотел показать. Наверняка в душе у него остались шрамы.

– Мне хотелось доказать ей, какую ошибку она совершила, – продолжил он, – бросив такого подающего надежды управленца. Я работал целыми сутками, доводя себя до изнеможения, и в результате достиг известных высот в нашей компании. Ты лежишь в объятиях без пяти минут топ-менеджера, между прочим, – с улыбкой проговорил Джерри.