Мама для Сашеньки - Инна Карташевская

– А тебе, Сашенька, тебе понравилось с Лялей?

– Понравилось, – кивнула Сашенька без особого энтузиазма.

– Ну, тогда, садитесь и давайте обедать, – весело провозгласил Стас, и, отодвинув Ляле стул, стал наливать всем в бокалы сок.

Очевидно, Ляле на ее балетную зарплату не часто доводилось сидеть за таким богатым столом. Глядя с детской радостью на дорогую вкусную еду, она стала поспешно расправлять свои струящиеся юбки и уже почти уселась, когда раздался негодующий Сашкин голос.

– Мы не можем сразу садиться кушать, мы же еще руки не помыли.

Воспитанная медицинским работником Наташей в строгих правилах гигиены, Сашенька, в самом деле, была поражена и возмущена тем, что Ляля садится за стол с не помытыми с мылом после игры на полу руками. Та, несчастная, поняв, что совершила ужасную ошибку, даже подскочила на стуле и испуганно посмотрела на свои руки.

– Да, в самом деле, я совсем забыла, – смущенно пробормотала она и не солоно хлебавши торопливо встала из-за стола. – А где здесь можно помыть руки?

– Вон там ванная, помой сначала ты руки, а потом мы с Наташей, – скомандовала Сашенька, и Ляля чуть ли не бегом поспешила туда.

Когда она скрылась за поворотом коридора, Сашенька повернула голову к отцу и, понизив голос, задумчиво спросила:

– Папа, а эта Ляля, она, что совсем дурочка?

От неожиданности Стас поперхнулся соком.

– Э… почему ты так решила?

– Ну, потому что она в куклы играет. Взрослые ведь не играют в куклы.

– Ну почему же, иногда играют, – осторожно сказал Стас. – Я сам пару раз видел, как Наташа с тобой играла.

– Нет, Наташа со мной играла не по-настоящему, а просто, чтобы мне не было скучно. А Ляля играет по-настоящему, ну, как будто она маленькая, понимаешь?

И еще она играет без конца, я ей говорю, хватит уже, мне надоело, а она все играет и играет как дурочка. Пусть она уже уходит скорее.

– Э…Сашенька, но пусть она хоть покушает с нами, она ведь, наверное, проголодалась, неудобно как-то, – растерянно пробормотал Стас.

– Ну, хорошо, пусть покушает, – милостиво разрешила Сашенька. – Только потом пусть уходит.

Действительно, после обеда Стас увез Лялю, и больше она в их доме не появлялась. Наташа снова вздохнула с облегчением, хотя и понимала, что это всего лишь передышка и скорее всего недолгая. Нужно было срочно что-то делать.

* * *

Вечером она как всегда по скайпу пообщалась с Элеонорой Сергеевной и подробно рассказала о новой невесте, и о том, чем все закончилось. Та немедленно пришла в восторг от своей внучки и торжествующе напомнила Наташе, что она была в Сашке уверена с самого начала. Никого, кроме Наташи, она в дом не пустит.

– Да, – уныло согласилась Наташа, – но однажды это может и не сработать. Во-первых, сам Стас может влюбиться и перестать обращать внимание на Сашенькины капризы, а во-вторых, может случиться и так, что кто-нибудь найдет к ней подход. В конце концов, я могу и надоесть ей, а тут придет кто-нибудь новенький, она может заинтересоваться. А там и привыкнет.

– Вот, – сказала Элеонора Сергеевна, – правильно, я тоже об этом думала и поняла, что мы должны начать действовать более агрессивно.

– То есть как?

– А вот слушая. Ты сейчас прекрасно выглядишь, даже вполне можно сказать, что ты красивая женщина, и наша задача открыть Стасу на это глаза.

– Но как? Я уже в голове столько вариантов перебрала, и ничего толкового не придумала.

– Зато я придумала. Что заставляет всех окружающих считать какую-нибудь женщину красивой? Ведь, в конце концов, это понятие очень субъективное, и каждый понимает красоту по-своему. Согласна со мной?

– Ну, предположим, – осторожно ответила Наташа, пытаясь понять, что Элеонора Сергеевна имеет в виду. – Так что же их заставляет?

– Наличие поклонников. Если женщина нравится многим мужчинам, люди начинают считать, что в ней что-то есть. Даже если женщина, строго говоря, не очень хороша собой, но у нее много поклонников, о ней говорят "в ней есть шарм". Еще лучше говорят французы, " je ne sa cua" " я не знаю, почему", то есть в ней что-то есть, какая-то изюминка. Но я отвлеклась. Так вот тебе нужно завести поклонника, чтобы Стас понял, что ты нравишься мужчинам, понятно теперь?

– Совет хороший, а только где же я его возьму?

– Да, это проблема, – вздохнула Элеонора Сергеевна. – А у тебя что, вообще нет знакомых мужчин?

– Да откуда же? Я же и из дому почти не выхожу, разве что в магазин или в парикмахерскую, или с Сашенькой куда-нибудь поедем.

– А может, у какой-нибудь твоей подруги есть знакомый?

– Да у меня и подруг-то уже нет. Я за эти годы со всеми раздружилась.

И знакомить они меня ни с кем не будут, потому что, когда увидят, как я теперь выгляжу, и что на мне надето, то сразу же возненавидят и лопнут от зависти. А с теми мужчинами, которые обретаются в друзьях у них и их мужей, я и сама знакомиться не захочу, подумала Наташа.

– Слушай, теперь многие знакомятся в интернете. Что ты о таким варианте думаешь?

– Думаю, что это большой риск, мало ли на какого идиота можно попасть.

– Да, ты права, – снова вздохнула Элеонора Сергеевна. – Так что же нам делать?

– По-моему, из этой идеи ничего не получится. Ну, сами подумайте, мне уже тридцать. Все нормальные мужчины в таком возрасте уже женаты, то есть я не имела в виду… – смешалась она.

– Да ладно, Наташа, я и не считаю своего сына нормальным. Говори, что ты хотела сказать?

– Я хотела сказать, что в общем, те, которые не женаты, ищут себе двадцатилетних или, по крайней мере, двадцатипятилетних, а я уже им не нужна.

– Ну, не скажи, Наташа…

– И потом, Элеонора Сергеевна, как вы себе это все представляете? Ну, даже если я и найду себе кого-нибудь, так что, мне его сюда приглашать, что ли? А если я с ним где-то встречаться буду, Стас о нем и не узнает, его ведь дома почти никогда нет. Да и не хочу я ни с кем встречаться, тот человек ведь будет думать, что это у нас по-настоящему. Мне его что, обманывать придется?

С другой стороны последовало молчание, Элеонора Сергеевна обдумывала Наташины слова.

– Хорошо, – сказала она, наконец, – ты во многом права, но я считаю, что выход все равно должен быть. Я подумаю, что можно сделать и позвоню тебе.

– Ох, боюсь я, что в моем случае никакого выхода нет. Вы думаете, я себе целыми днями голову не ломаю? – с отчаянием спросила Наташа.

– Я найду выход, вот увидишь, – решительно сказала Элеонора Сергеевна и отключилась, пообещав выйти на связь через несколько дней.

Эти несколько дней дались Наташе очень тяжело. Каждые несколько часов у нее менялось настроение, то она начинала надеяться, что ее партнерша по заговору действительно что-нибудь придумает, то снова погружалась в пучину отчаяния и безнадежности и начинала злиться на Элеонору Сергеевну. Почему бы ей просто не поговорить со своим сыном, думала она. И тут же понимала, что это не выход. Стас ведь может просто рассмеяться матери в лицо. Очень может быть, что он действительно не считает ее привлекательной женщиной и даже вообще женщиной. Может для него жениться на прислуге вообще немыслимо и, если Элеонора Сергеевна раскроет ему их планы, он еще и возмутится и будет презирать ее. Нет, Элеонора Сергеевна права, она должна добиться, чтобы он влюбился в нее. Вот только, скорее всего это невозможно.