Эскиз брака - Эмма Солтерс

Он пытался подбодрить себя. Кто соблюдает традиции в наши дни? А даже если они коснутся губами друг друга, что в этом страшного? В худшем случае это ненадолго всколыхнет нежелательные для обоих чувства. Кому это нужно? Во всяком случае, не ему. Он хочет только одного — чтобы это как можно скорее кончилось.

А что еще ему остается? Вокруг стояли служащие конторы Залкинда и следили за каждым его движением. Мало того, хотя Джолли рассматривал носки своих туфель, он подозревал, что Одри тоже следит за ним большими печальными глазами. Но посмотреть на нее, чтобы убедиться в своей правоте, было выше его сил. Он не собирался признаваться при всех, а тем более при Одри, что у него на душе скребут кошки. Если бы он это сделал, она получила бы преимущество. Черт побери, какому нормальному человеку придет в голову расписываться в своей слабости? Господи, скорее бы это кончилось…

Джолли тяжело вздохнул. Желая положить конец затянувшейся паузе, он пожал судье руку.

— Спасибо за то, что помогли нам сберечь время, — буркнул он, кивнул в сторону Одри и добавил: — Мы вам очень признательны. — Потом круто развернулся, потер руки и сказал: — О'кей, а теперь давайте возьмемся за дело. — Он с прищуром посмотрел на Залкинда. — Ну, Эр, карта у тебя?

— Гм… да, — с заминкой ответил поверенный, явно смущенный неожиданной прытью клиента.

— Ты можешь передать ее мне? Я должен ехать. Время поджимает.

Залкинд пожал плечами.

— Куда тебе торопиться? Ты уже выполнил единственное условие, оговоренное в завещании Грэма.

— У меня свои условия, — буркнул Джолли. — И свои причины действовать так, а не иначе.

— Ну, может быть, у мисс Говорли есть собственное мнение на этот счет?

Джолли хмуро посмотрел на поверенного.

— Эр, теперь у нее другое имя.

— Гм… верно, — ответил Залкинд и покосился на Одри. — Прошу прощения, миссис Добсон.

Не глядя на Джолли, до которого внезапно дошло, что Одри с утра не подняла глаз, она впервые открыла рот.

— Мистер Залкинд, я ценю вашу доброту. Но у Джолли есть веские причины желать, чтобы это испытание как можно скорее осталось позади. И он прав. Не стоит терять время. Пожалуйста, отдайте нам карту, чтобы мы могли немедля отправиться в путь.

Джолли бросил на нее решительный взгляд.

— Что бы ты ни сказала, но со мной ты не поедешь.

— Поеду, — ответила она, упрямо вздернув подбородок.

— Я уже решил, Этелдред. Это слишком опасно. Ты никуда не поедешь!

Одри повернулась к Эрону Залкинду.

— Что будет, если один из нас не разрешит другому принимать участие в поисках клада? Разве это не аннулирует завещание моего деда? Кажется, в таком случае вы должны уничтожить карту, а не передавать ее нам.

— Гм… ну… — Залкинд покраснел. — Не знаю, — замялся он. — Я должен как следует подумать, чтобы принять окончательное решение.

Джолли шагнул вперед. Его лицо было совершенно бесстрастным.

— Думай скорее, Эрон, а я тем временем потолкую со своей женой наедине. — Он гневно схватил Одри за руку и увел ее подальше от чужих ушей. Для этого идеально подошла маленькая соседняя комната, до отказа набитая книгами и документами. Добсон втащил Одри за собой и закрыл дверь. — А теперь слушайте, — сказал он, разворачивая ее лицом к себе. — Если вы сейчас же не замолчите, то все испортите.

— Кому? Вам?

— И себе тоже.

— Ни за что не поверю.

— Я хочу вам кое-что рассказать. Тот самый ростовщик, о котором я вам говорил…

— Существует только в вашем воображении, — закончила Одри.

У Джолли отвисла челюсть.

— Как вы догадались?

Одри довольно улыбнулась.

— Соображаю я медленно, но все-таки могу свести концы с концами. Конечно, мне помогло то, что я услышала ваш телефонный разговор с человеком по имени Томпсон.

— Томпсон? — повторил он, не веря своим ушам. — Неужели сегодня утром вы действительно подслушивали нас?

— Это получилось нечаянно. Я заканчивала сушить волосы в нижней ванной. Вы еще не спустились, и я решила позвонить. Сняла трубку, услышала, как вы назвали мое имя, и немного подождала. Этого было вполне достаточно. Вы рассказывали старому приятелю смешную историю о том, как обманули бедную внучку Грэма, чтобы получить карту с указанием клада.

Лицо Джолли стало мрачным.

— Послушайте, вы ничего не понимаете. Вы не знаете всей истории.

— О, не сомневаюсь. Тем более что вы не сочли нужным рассказать ее мне, — саркастически бросила Одри.

С момента подслушанного разговора она изо всех сил пыталась не дать воли гневу. Потому что требовалось сохранить ясную голову и трезвый рассудок. Ей хотелось покончить со всем как можно скорее. Но, похоже, сейчас настало подходящее время, чтобы выложить Джолли все, что она о нем думает.

Тем не менее она тщательно подбирала слова. Джолли никогда не узнает, насколько она уязвима, какую боль ей причинил его обман… и какой дурой она себя чувствует, поверив ему.

Она расправила плечи.

— Что вы собирались сделать, когда найдете клад? Забрать его и исчезнуть?

Джолли уставился на нее.

— Нет. Я всегда собирался отдать вам вашу долю.

— Да неужели? — саркастически спросила Одри. — И вы думаете, я вам поверю?

Губы Джолли сжались в ниточку. Он подбоченился, посмотрел куда-то поверх головы Одри и наконец сказал:

— Догадываюсь, что нет. — Потом он взглянул ей в глаза. — Ну что ж, ваша взяла. Что дальше?

Одри сделала глубокий вдох. Она ждала момента, когда Джолли окажется у нее в руках. Этот момент настал, но удовлетворения она не испытывала. Ей не нравились люди, которые пытаются диктовать условия другим. Она предпочитала, чтобы люди делали что-то по собственной воле, а не под нажимом. Конечно, было верно и обратное. Одри не любила, когда ей диктовали. Поэтому она имела полное право воспользоваться своим козырем. В конце концов, не она начала первой.

— Я чувствую, что нужно вернуться к мистеру Залкинду и сказать ему, чтобы он уничтожил карту, — мрачно сказала она.

— Что ж, ступайте. — Лицо Джолли приняло унылое выражение. — Удерживать не буду.

Одри ненавидела себя за слабость. О Господи, этот человек ведь солгал ей! Почему же ей все еще хочется вручить ему свою судьбу?

Она приняла решение за долю секунды. Оставалось надеяться, что ей не придется об этом жалеть.

— С другой стороны, я слишком далеко зашла, чтобы останавливаться на полдороге. — Она горько улыбнулась. — Но если мы устремимся на поиски клада, — сказала Одри, глядя ему прямо в глаза, — думаю, вы догадываетесь, что отныне условия будут другими.