Рецепт страсти - Поппи Андерсон

— Теперь давайте поговорим серьезно, — вдруг потребовала девушка. — Вы должны были провести порядочно времени на кухне бабушки, чтобы научиться так готовить.

Дрю пожал плечами, что должно было подчеркнуть, что он чувствует себя свободно, и поднес бокал ко рту:

— Я быстро учусь.

Ее морщинки на лбу, которые он так хорошо знал, углубились:

— Я никогда до этого не видела такого идеально нашинкованного лука. Когда вы предложили помощь на кухне, я боялась, что вы как минимум отрежете себе палец.

Представив это, Дрю так рассмеялся, что у него чуть вино носом не пошло.

Его хозяйка покачала головой:

— Кроме того, вы оказались правы, когда сказали, что крабовое суфле пора доставать из духовки. Я бы оставила его там еще на пару минут и этим подпортила бы блюдо.

Мужчина улыбнулся тому, что, признав свою ошибку, девушка даже ни разу не заскрипела зубами. Он с удовлетворением вспомнил об их споре. Они ругались как заведенные из-за того, была ли консистенция восхитительно пахнущего крабового суфле идеальной. С тех пор как у Эндрю появился собственный ресторан, никто на кухне больше не осмеливался ему перечить, если не принимать во внимание дебаты с су-шефом. Дрю не знал пощады в отношении всего, что касалось кухни, и критику своих блюд воспринимал болезненно. Но сейчас он вынужден был признать, что спор с Брук Дэй доставил ему массу удовольствия. Но ее собственное признание, что она была не права, порадовало его еще больше.

И все же он принял роль благородного победителя:

— Но зато у вас родилась сказочная идея — использовать кориандр вместо укропа.

Он услышал веселый хохот девушки и поднял голову, чтобы взглянуть в лицо той, которая сегодня гоняла его по кухне и отдавала приказы, как армейский старшина. И все же: уж сколько он за всю жизнь повидал перфекционистов, но Брук Дэй переплюнула их всех. Поэтому для него не имело никакого значения, что приказы исходят от какой-то маленькой кудряшки. На ее месте он поступал бы точно так же. Ему казалось чрезвычайно удивительным, что она весело хихикала в его присутствии.

— Вы у меня, наверное, первый постоялец, который понимает разницу между укропом и кориандром. — Она подмигнула и с улыбкой спросила: — Может, вы все-таки признаетесь, наконец, что вы ресторанный критик, который хочет написать книгу о кухне штата Мэн?

Дрю было неприятно врать ей, глядя прямо в лицо. Он поколебал вино в своем бокале и сделал вид, словно удивился темно-красному цвету вина:

— Если бы я был ресторанным критиком, то эти штаны давно оказались бы мне малы. Если серьезно, то после пребывания у вас меня придется грузить в машину подъемным краном.

К сожалению, Брук не так-то просто было сбить с темы:

— Дайте мне честное слово, что вы не ресторанный критик, который в ближайшее время напишет разгромную статью о «Крэб Инн».

— Честное слово. — И чтобы Брук больше не цеплялась к его словам, Эндрю откашлялся и подчеркнуто небрежно спросил:

— А как долго существует ваш ресторан?

— Он не мой, — ответила девушка и вытянула ноги. — «Крэб Инн» вот уже тридцать лет принадлежит моим родителям. Я им просто помогаю.

Эндрю оторопело уставился на нее и удивленно спросил:

— Это значит, что вы даже не повар?

Брук прищелкнула языком и чокнулась с Дрю бокалом:

— В яблочко.

— Но…

Он покачал головой, подыскивая подходящие слова:

— На самом деле вы хотите сказать, что и не учились на повара? Ваше суфле было просто превосходным!

От ее хриплого смеха у Дрю побежали мурашки:

— Большое спасибо за комплимент, но я в самом деле не кулинар с дипломом.

— И кто же вы? — с интересом спросил он и уставился на ее треугольное лицо.

Девушка, сухо рассмеявшись, просто ответила:

— Журналист.

— Ха! — Теперь и Эндрю вытянул ноги. — Значит, из нас двоих здесь все-таки вы ресторанный критик, так, что ли?

— Конечно, нет! — Брук Дэй улыбнулась.

Эндрю вздохнул, все еще не до конца веря ее словам:

— Я бы мог на сто долларов поспорить, что вы повар.

Она весело взглянула на него:

— И это говорит человек, нарезающий лук аккуратнее всех в мире!

Эндрю почувствовал, что у него вот-вот покраснеют уши, и неуверенно промямлил:

— Ну да… у меня такая бабушка была…

— Точно, — задорно перебила она его. — Вы смотрели через плечо бабуле, а я — родителям.

Она сделала широкий жест рукой, который будто охватывал весь ресторан:

— Я ведь выросла в «Крэб Инн». В него столько труда вложено!

Эндрю не хотел показаться слишком любопытным, но все равно спросил:

— Несмотря на то что вы здесь только помогаете, работы у вас невпроворот…

Она старалась ответить небрежно, но Эндрю заметил, что девушка чувствует себя неловко:

— Обычно о делах в ресторане заботятся родители. Но мать сейчас заболела и проводит много времени в больнице, поэтому мне приходится работать здесь за всех.

Эндрю сглотнул и пробормотал:

— Простите, Брук. Я не хотел…

— Ничего страшного.

Она слегка улыбнулась, и это должно было убедить его, что все в порядке, но Эндрю не купился на такую беззаботность. Он произнес как можно деликатнее:

— Если я буду слишком любопытным, смело мне об этом говорите.

Одна темно-русая бровь поднялась вверх, и Брук иронично поинтересовалась:

— А до этого я часто сдерживалась?

Он фыркнул и передразнил ее, тоже подняв одну бровь:

— Не припомню.

— Вот видите! — Она довольно склонила голову набок, поставила бокал на стол и продолжила откровенный разговор:

— Год назад у моей матери обнаружили болезнь почек. С тех пор я здесь и работаю, так сказать, в полную смену. Раньше я помогала время от времени. Обычно делами «Крэб Инн» занимался отец, но сейчас он в основном тратит время, чтобы сопроводить мать в больницу: ей нужно делать гемодиализ несколько раз в неделю.

От таких слов Эндрю даже осел. Он откинулся на спинку стула, чтобы взглянуть на девушку, которая удивительно открыто посмотрела ему в лицо.

— Собственно, я внештатный корреспондент и пишу для разных местных газет в округе. Они небольшие, да крупных изданий у нас в Мэне и нет. Мне всегда это нравилось.

— А теперь вы должны здесь готовить, — спокойно подвел он итог.

— Я не должна, — поправила она его. — Я еще с детства не хотела идти по стопам родителей. Мечтала стать знаменитой журналисткой. Но я всегда любила «Крэб Инн». Мне вообще не в тягость здесь работать.