Грильяж в Шампаньетте - Лидия Беттакки

наблюдаю за всем этим зрелищем. Я проснулась и села на кровати, прокручивая в голове сон. Да, безусловно, Леонардо достанется за мой выкрутас. И за то, что я его подставила. Но я не могла поступить иначе. Меня просто достали все эти итальянские похотливые кобели, и он в том числе, которые своему половому органу цены сложить не могут и используют женщин как перчатки. Так что, поделом ему! Будет знать, как разбивать женские сердца! – с ухмылкой и без капли сожаления о содеяном, я отправилась в санузел для водных процедур.

* * *

ИТАЛИЯ.

Леонардо и Лиля нежились в только что установленной ванной – джакузи в апартаментах после очередного бурного соития и сладострастного оргазма.

Лилиана, ты самое прекрасное, что у меня когда-либо было в жизни, – мужчина обнял певицу и погладил её по красивой округлой груди, – я хочу, чтобы ты в скором времени стала моей женой.

Леонардо, ты также мне очень нравишься. Особенно в постели ты меня сводишь с ума, как никто, – Лиля улыбалась и смотрела в его большие карие глаза. – Но я ведь так ещё мало тебя знаю, чтобы согласиться на этот шаг. Это, во-первых. А во-вторых, я ведь ещё не разведена со своим первым супругом. Ты же ведь знаешь, какое это хлопотное дело – развод в Италии.

Знаю, сам прошёл через это. Но, ведь у вас с бывшим твоим детей нет, а сейчас в Италии вышел новый закон: если оба супруга не имеют детей, разводят в течение шести месяцев.

Так-то оно так, Лео, но это стоит денег. И мой бывший жадный до умпомрачения, он никогда не откроет бумажник на эти растраты, – вздыхала Лиля.

Я оплачу твой развод, милая моя. Я обеспеченный мужчина. И вообще, я хотел бы заняться твоим продюсированием. Я хочу, чтобы ты от жизни получала кайф. Я так хочу тебя сделать счастливой. Ведь музыка – это основная часть твоей жизни, не так ли? – Лео потёрся щетинистой щекой о грудь Лили и поцеловал её.

Хорошо, Леонардо. Я подумаю, – ответила она ему поцелуем в губы, лаская его смоляные волосы. – Да, музыка для меня – очень важная часть жизни.

В этот момент запиликал смартфон Леонардо.

Прости, мне нужно ответить, – выпуская из своих объятий Лилю, он потянулся к телефону.

Пронто, – ответил он. – Да, я Леонардо Гаринци. Да, разумеется, знаю. После небольшой паузы, он поменялся в лице и продолжил разговор.

Что?! Нет, этого не может быть. Это какая-то ошибка… Подождите, где я могу с вами встретиться? Где расположен ваш офис? Хорошо, встретимся у меня в «Шампанётте» в семь вечера. Я буду вас ждать.

Лео закрыл телефон и глубоко вздохнул, бледнея на глазах.

Какой ужас! Я чувствую, что влип по самые «мама не горюй».

Что случилось? – спросила Лиля.

Звонил кредитор, у которого Марго взяла круглую сумму, ну а я, дурак поручился за неё.

Какой же я кретин!!

Лео, она что, не хочет выплачивать деньги?

Нет, она вообще не отвечает никому на телефонные звонки. Но то, что я только что услышал от этого мужчины, не лезет вообще ни в какие рамки.

И что же он тебе сказал?

Марго взяла сумму не на пять тысяч евро, а на семьдесят пять тысяч. А я, болван, подписал бумаги, поверив ей, что речь идёт о сумме, которую назвала она. Ну и сука же она!!!

Леонардо вышел из ванной, облачился в махровый банный халат и подкурил сигарету.

* * *

Ровно в 19.00 Морено, одетый в строгий тёмно-серый костюм, сидел напротив Леонардо в офисе «Шампаньётты», и они обсуждали тему кредита, за который Леонардо поручился в качестве гаранта.

Не могу поверить, – Леонардо закурил очередную сигарету. – Как же эта тварь сумела обвести меня вокруг пальца?

Синьор Леонардо, понимаю Вас по-человечески, но, к сожалению, ничем помочь не могу. Деньги придётся выплачивать именно Вам, если Ваша подопечная не объявится в течение двух недель, – сочувственно произнёс Морено. – Единственное, что я смогу для Вас сделать, так это отсрочить выплату на два месяца, но не позже.

Леонардо лихорадочно пытался сообразить, как ему поступить в этой непростой ситуации. И на данный момент ничего не оставалось, как согласиться с кредитором и принять его условия.

«Сегодня свяжусь с адвокатом и проконсультируюсь, как мне быть», – подумал Леонардо.

Хорошо, синьор Морено, принимаю Ваше предложение, и через два месяца, в случае если Марго не объявится, я приступлю к выплате кредита, – как можно уверенно произнёс Леонардо.

Ну вот и отлично, – улыбнулся Морено, и его нос «картошкой» стал ещё шире, – я не сомневался, что Вы умный образованный человек и мы найдём общий язык.

Мужчины обменялись рукопожатиями, и Морено удалился из ночного клуба. Леонардо в памяти своего смартфона нашёл номер своего лепшего приятеля – адвоката и набрал его.

Анжело, дружище, привет! Узнаёшь, кто тебе звонит?

О, друг мой, Лео! Привет! Конечно, узнаю, разве можно забыть таких друзей юности как ты? – пролепетал весёлый баритон приятеля. – Как жизнь?

Жизнь – только держись. А у тебя?

Как всегда весь в работе: суды, трибуналы, судебные разбирательства, аудиенции. Благо, дома всегда ждёт любимая жена и сынуля. Да и два раза в неделю посещаю фитнесс-клуб.

Да, дружище, завидую тебе белой завистью. Любимая жена в наше время – это роскошь, – вздохнул Лео.

А ты что, так всё ещё и не наладил свою личную жизнь? – поинтересовался Анжело.

Да какой там! Я вот только влипаю в нелепые истории постоянно. Как и сейчас, например. Кстати, я по этому поводу тебе и звоню.

Что у тебя стряслось?

Это не телефонный разговор, долго рассказывать.

Понимаю. Тогда приезжай завтра ко мне к пяти часам вечера в офис и всё обсудим.

Хорошо?

Договорились, Анжело. Завтра в пять я у тебя.

Леонардо отключился и снова закурил, забросив ноги на свой офисный стол.

* * *

Леонардо, смотри, что я тебе принесла! – впорхнула Лиля со свёртком в руках, – твои любимые.

Молодая женщина поцеловала в щеку Леонардо и раскрыла свёрток, скинув полиэтиленовую плёнку, под которой были выложены шоколадными шариками пирожные под названием «Тартуфи», что в переводе означает «трюфеля».

Моя драгоценная Лилиана, только ты меня можешь понять и порадовать в трудные минуты. Спасибо тебе, аморе, – Леонардо притянул к себе Лилю и поцеловал в губы.

Я ведь знаю, ты так любишь сладенькое, – проворковала Лиля, теребя его зачесанные волосы, уложенные гелем.

Ты моя самая сладкая, – Леонардо расстегнул кофточку певицы и поцеловал её грудь, – вот мой самый лучший дессерт.