Круговорот чужих страстей - Екатерина Риз

— Что случилось? — спросила она, и этим вопросом привлекла внимание остальных. Все взглянули на Тараса. А тот потёр кулаком подбородок и усмехнулся.

— Кажется, мы поторопились с выводами. Не такой уж он и умный.

Алёна даже рот открыла.

— Он приехал? — Телефон сразу спрятала и отчего-то сглотнула.

— Мало того. Завтра пресс-конференция. У нас, здесь.

Дмитрий присвистнул.

— Ничего себе. Представляю, что завтра будет.

— Но почему здесь, не в Москве?

Тарас плечами пожал, затем поспешил сесть прямо и расправить плечи. Судя по взгляду, мыслями он уже был далеко. И поэтому, когда спустя минуту он предложил уехать, Алёна с готовностью поднялась из-за стола. Ей тоже не сиделось, хотелось бежать куда-то, а ещё лучше, остаться с Тарасом наедине и попробовать задать тому несколько вопросов. Она даже сама за руку его уцепилась, стоило им покинуть зал ресторана.

— Тарас, где будет пресс-конференция?

— В Доме журналистов.

— А я могу пойти?

Он кинул на неё быстрый взгляд, тут же отвернулся и пожал плечами.

— Никто не говорил, что вход закрытый. Что странно.

— Почему?

— Всех контролировать невозможно.

— Значит, он не боится вопросов.

— Вот и говорю, что странно всё.

Артюхов напрочь забыл о галантности, которую проявлял до этого, и даже не подумал открыть для Алёны дверь автомобиля. Правда, она и сама об этом подумала лишь после того, как села на переднее сидение. Сама думать могла только о Кострове, уж точно не о романтике.

— Тарас, а может, ты ошибся? — спросила она, когда Артюхов за руль сел. Он удивлённо посмотрел.

— Ты о чём?

— О Марьяново. Может, он там был? Как ты мог понять это из-за забора? Там до дома больше километра.

Тарас смотрел на неё, даже прищурился.

— А ты откуда знаешь?

Ну, вот, проговорилась.

Потребовалось время, чтобы подобрать верный ответ.

— Я интересовалась.

— Костровым?

— Нет, усадьбой.

— По поводу?

Алёна посмотрела Артюхову в лицо. Надо сказать, что в полумраке автомобильного салона Тарас казался ещё более привлекательным. Строгий профиль, волевой подбородок, взгляд тёмный… который буравил её, требуя продолжения. Чисто профессиональный, журналистский взгляд.

— У меня есть информация, что Андрей Константинович усадьбу приобрел… не совсем честным путём.

— То есть?

Алёна руками развела.

— То есть, купил он её честно, деньги заплатил… По крайней мере, я так думаю. Но то, что касается его родства с прежними хозяевами… Это большой вопрос.

Тарас молчал и думал. Затем спросил:

— Откуда информация?

— Её надо проверять, — призналась Алёна. — Но не верить тоже повода не вижу. Вообще, кто-нибудь проверял архивные записи?

Тарас голову на бок чуть склонил, разглядывая Алёну. Затем растянул губы в широкой улыбке.

— А ты проверяла?

Алёна под его проницательным взглядом попыталась сдвинуться на сидении назад, но Артюхов руку протянул и решительно придвинул её обратно, даже ближе. Алёна оказалась с ним нос к носу. Отклонила голову назад.

— Тарас…

— Ты проверяла?

Голову откинула, чтобы с ним взглядом не встречаться.

— Это не так быстро. Нужно время. К тому же, так запросто в архив не допускают, нужно разрешение… — У неё горло нервно дёрнулось, когда Артюхов прижался губами к её шее.

Проложил дорожку из поцелуев, и через секунду уже целовал её в губы. Причём, целовал с пылом и со знанием дела, когда отстранился, Алёне показалось, что она забыла, как дышать. А Тарас разглядывал её с удовольствием, по щеке погладил. И на удивление деловитым тоном продолжил:

— Значит, так. Подумай, что ты знаешь об этой истории. Собери всё воедино и составь несколько вопросов.

— Зачем? Тарас, — Алёна быстро облизала губы, — пока рано. Надо всё выяснить…

— Алёна, ты просто не понимаешь. Всё нужно делать в своё время. Пока ты будешь выяснять, это станет историей. А ты не историк, ты журналист. Поэтому слушай меня, хорошо?

Мозг был ещё затуманен, поэтому пришлось качнуть головой. Правда, почти тут же опомнилась и кивнула. Тарас же продолжил:

— Вопросы должны быть чёткими. Ни у кого не должно возникнуть даже мысли, что информация не проверена. Ты её проверила, ты уверена, и пусть он отвечает.

— Кто?

— Костров. Алёна, соберись.

Она сглотнула.

— Да, я… слушаю.

— Завтра будет представление. Если он сам собирает пресс-конференцию, значит, он всё спланировал, такой уж Пашка человек. Он уверен в вопросах и ответах. И его нужно будет в какой-то момент сбить с толка. И ты это сделаешь.

— Я?! Тарас, может, ты сам?

— Нет. У меня своих вопросов к нему целый список. А ты отступишь от темы. Ты начнёшь новую. Ещё один камень в огород Костровых. Разве плохо? — Он пальцем приподнял ей подбородок, заглянул в глаза и проникновенно улыбнулся. — С этого начнётся твоя карьера.

Она выдохнула. Тарас снова полез целоваться, а Алёна настолько была переполнена сомнениями и раздумьями, что не могла ни ответить ему с желанием, ни удовольствие получить. А могла бы, в конце концов, её целовал красивый мужчина, о котором она довольно долго если не грезила, то думала.

Тарас довёз её до дома, и, судя по всему, планировал зайти в гости, особенно его планы стали понятны после последнего поцелуя, но Алёна вдруг поняла, что к приёму… такого важного гостя не готова.

— Мне надо подумать, — проговорила она ему в губы и отодвинулась. Торопливо пригладила волосы, вытерла губы, кинула на Артюхова выразительный взгляд, и тогда уже дёрнула ручку двери.

Тарас голову опустил и вздохнул, правда, попытался воззвать к её жалости.

— Алёна!

— Позвони мне утром, — попросила она. Из машины вышла, и, не оглядываясь, кинулась к подъезду.

Составить список вопросов… Вспомнить всё, до мелочей, что знает об этом, и составить список каверзных вопросов для самого Кострова. А что она, вообще, знает? Да ничего! Фёдор между делом поделился своими умозаключениями. А есть ли у него, вообще, ум — большой вопрос. И зачем она рассказала Тарасу? Хотела заявить о своей значимости, проникнуть на завтрашнюю конференцию, увидеть своими глазами «хозяина» и, наконец, в полной мере оценить происходящее. Во что ей помогло влезть и чего счастливо избежать.