Непостижимое сердце - Барбара Картленд

– Вы так молоды, – нежно произнес герцог, – так молоды и так неизбалованны. Уже давно, Вирджиния, я не был так счастлив, как здесь, с вами, в эту минуту. Возможно, в конце концов, этот дом обладает своими чарами. Приедете ли вы сюда со мной снова?

Вирджиния медленно повернула голову, чтобы посмотреть на него:

– Интересно, пригласите ли вы меня? Сегодня я интересна для вас своей новизной. Но в конце концов, что у вас может быть общего с американкой?

Если Вирджиния хотела поразить герцога, то в этом она преуспела. Она увидела, как сжались его губы, и поняла, что читает его мысли. В эту минуту он подумал о другой американке, которая носит его имя.

– Мы должны вернуться, – решительно сказал он.

– Да, конечно, – согласилась Вирджиния.

Они прошли через дом. Воздух был напоен свежим ароматом пчелиного воска и цветов, а также, как вообразила Вирджиния, ощущением счастья. Под впечатлением этого в груди ее бились слова: «Давайте побудем здесь еще! Не надо возвращаться в замок, проведем здесь хотя бы несколько часов, чтобы мы могли поговорить друг с другом».

Герцог подошел к парадной двери и теперь, глядя, как она медленно идет через холл, сказал:

– Вам понравился дом, не так ли? «Сердце королевы» что-то значит для вас.

– Мне чудится, что дом пытается о чем-то рассказать…

– Я тоже ощущаю это всякий раз, когда приезжаю сюда.

Вирджиния с удивлением посмотрела на него.

– Зачем мне притворяться? – неожиданно резко спросил он, как будто она задала ему вопрос. – Я люблю этот дом, и, когда я взволнован или одинок, я приезжаю в «Сердце королевы». Один! – добавил он, как будто угадав, что у нее в уме зреет другой вопрос. – Прощай, Мастере! – сказал он старику, стоявшему у двери. – Я скоро приеду опять.

– Надеюсь, ваша светлость, – ответил дворецкий. – И дама тоже.

Вирджиния улыбнулась ему, в это время другой старик вывел из конюшни лошадей. Вирджиния поискала глазами блок для посадки на лошадь, но герцог поднял ее на руки и сам посадил в седло.

– Вы легкая как перышко, – сказал он. – Немодно быть такой худой, но по сравнению с вами все другие женщины кажутся толстыми и неуклюжими. Когда я смотрю на вас, вы мне кажетесь духом леса или, возможно, следовало бы сказать, духом моря, которого случайно принес ко мне ветер с Атлантики.

Вирджиния улыбнулась, глядя на него сверху.

– Вы очень поэтичны, – сказала она, поддразнивая его.

– Я не знал об этом до сегодняшнего дня.

Они возвращались в замок, едва ли обменявшись и парой слов, и, когда подъехали к конюшням, Вирджиния соскочила с лошади и направилась прямо к замку, не дожидаясь герцога. У нее возникло ощущение, что он намеренно замешкался, чтобы никто не видел, что они входят в дом вместе.

В своей комнате Вирджиния постояла несколько секунд, прижав руки к горящим щекам и глядя на себя в зеркало. Неужели он просто флиртовал с ней? Неужели он из тех мужчин, которые ни за что не пропустят хорошенькой женщины? Или на самом деле его влекло к ней? Было бы просто смешно, подумала Вирджиния, если бы она заставила его влюбиться в себя. И у нее мелькнула мысль, что на самом деле это был бы хороший урок. Он полюбил бы свою жену, на которой женился исключительно ради ее денег. А она могла бы публично объявить его охотником за состоянием, каковым он и являлся. Тогда герцог понял бы, как глубоко она презирает его.

– Он жалкий человек, – произнесла Вирджиния вслух, но почему-то эти слова не показались убедительными даже для ее ушей. – Посмотри, как он вел себя, – сказала она своей совести. И все же она не могла думать ни о чем, кроме того, как красив он был верхом на великолепном черном жеребце. Как ей приходилось отворачиваться в сторону, чтобы избежать его взгляда, потому что он вызывал у нее робость. И как его слова вызвали несомненную дрожь в ее груди, которой она никогда прежде не испытывала. – Мне следует вернуться в Америку, – сказала Вирджиния своему отражению в зеркале и поняла, что никуда не уедет.

Приблизительно через час, одетая в скромное темно-синее платье с белым муслиновым воротником и манжетами, Вирджиния расположилась в библиотеке. Она сняла книги с полок, но ей удалось найти только портреты герцога. Все его предки были удивительно похожи на него: тот же прямой – аристократический нос, широкий лоб, квадратный подбородок, цинично-безразличный взгляд.

Книга за книгой снабжали ее сведениями только об истории семьи Рилл, и ни о чем больше, и все остальное как-то отступило на задний план. Она возвращала на прежнее место тяжеленный том истории замка, переплетенный в кожу, когда дверь библиотеки открылась. Вирджиния бросила взгляд через плечо и поняла, что это герцог и что она почему-то ждала его.

– Как идут у вас дела? – осведомился он, и ей пришлось отвести взгляд из-за выражения в его глазах.

– Оказалось, что мне трудно понять, с чего начать.

– Я должен прийти к вам на помощь. Взгляните, я принес вам старую карту поместья. Я подумал, что вам любопытно будет посмотреть, где мы скакали верхом сегодня утром. Карта составлена непосредственно после завершения строительства «Сердца королевы», и у моего предка были дальнейшие планы, которые, конечно, так и не осуществились после его смерти.

– Мне очень хотелось бы увидеть эти планы, – загорелась Вирджиния.

Герцог положил большой рулон карт на обитый кожей стол посреди комнаты.

– В моем кабинете множество документов и старинных вещей. Я просто случайно захватил эти. Если вам интересно, мы как-нибудь сможем просмотреть их.

Он с энтузиазмом сделал свое предложение. Предостерегая себя от желания пылко поддержать его, Вирджиния заставила себя ответить:

– Сомневаюсь, что у меня найдется время. Мне так много предстоит сделать, прежде чем я вернусь в Америку.

– Почему вы постоянно говорите об отъезде? Вы только что прибыли. История создавалась не в один день, и вы не можете углубиться в нее за несколько недель, да и за несколько месяцев. Вы знаете, что нам с матушкой приятно видеть вас здесь.

– Как вы можете говорить так, когда я только что приехала?

– Мне не требуется много времени, чтобы составить свое мнение о человеке. С той минуты, как я увидел вас в комнате моей матери, я понял, что вы не такая, как все.

Вирджиния промолчала. Она вспомнила, что увидела его прежде, чем войти в замок. Разгневанный торговцами, которых он выгнал, герцог даже не заметил ее. Воспоминание об этой сцене рассердило ее.

– Я должна вернуться к работе, ваша светлость, – холодно проронила Вирджиния. – Благодарю вас за карты.

– Я хочу сам показать их вам, – заявил герцог. Он развернул сверток, но в этот момент в библиотеку вошел дворецкий. – В чем дело, Мейтьюз? – раздраженно спросил герцог.

– Из конюшен прислали сказать, что прибыли лошади, которых вы хотели посмотреть, ваша светлость.