Двое под одной крышей - Юлия Резник

- Так перезвони...

- Угу.

При помощи Кирилла девушка просунула руки в рукава пальто и набрала уже успевший примелькаться номер.

- Ну, наконец-то, Кира Эдуардовна! Я вам звонила сообщить, что Лёнечка Киперман любезно согласился посмотреть вашего отца. И уже с минуты на минуту появится здесь.

- Где это - здесь? - удивилась Кира, усаживаясь в машину.

- Ну, как это, где? Конечно же, в больнице!

- А вы, что, тоже там?

На том конце провода случилась короткая заминка.

- Да-да, так долго Лёнечку не видела, ох... А вот и он! Кира Эдуардовна, мне нужно бежать.

- Я скоро подъеду.

- Отлично! Ваш отец в двенадцатой палате на шестом этаже.

Кира опустила трубку и посмотрела ничего не понимающим взглядом на соседа:

- Фира Львовна в больнице. И обещанный специалист там. Ничего не понимаю, - растерянно развела руками девушка. На что Кир лишь точно так же недоуменно пожал плечами. У него тоже не находилось объяснений такому неравнодушному поведению их риелтора.

На этот раз Кирилл не стал оставаться в машине, а прошел вместе с Кирой в отделение. Вдруг ей помощь понадобится, или что-то еще? Он предпочитал быть поблизости, на случай необходимости. Вместе они поднялись на лифте, и только в палату он не стал заходить. Впрочем, там и так было достаточно многолюдно. Четыре пациента, Фира Львовна, заведующий отделением, с которым девушка уже успела познакомиться, и невзрачный тщедушный мужчина в очках. Кира быстро скользнула взглядом по лицам присутствующих, и дальше - к отцу, у кровати которого они все и столпились. Тихо поздоровавшись, Кира пересекла палату, присела на корточки, аккуратно сжав сухую отцовскую ладонь. Тот плохо выглядел. Всклоченные темные с проседью волосы, будто бы восковое лицо с огромными кругами под глазами, и глубокие складки морщин. За неполные двое суток в больнице он еще сильнее исхудал. Хотя до этого казалось, что дальше просто некуда. Водка превратила когда-то крепкого симпатичного мужчину в изможденного старика. А ведь Эдуард был совсем не старым. Ему было немногим за пятьдесят.

- Ну и напугал ты меня, папка... - прошептала Кира, прижимаясь лбом к его ладони, которую сжимала в руке. - Так напугал.

- Прости меня, дочка... Прости...

- Ну, ты что, а? Не надо... Не надо никаких извинений. Ты только выздоравливай, ладно? У меня ведь никого, кроме тебя, нет...

- Кирюха, ты что, реветь надумала? - спросил Эдуард слабым, практически незнакомым голосом.

- Нет, конечно, скажешь тоже. Разве у меня есть повод? Сейчас подлатаем тебя, и будешь, как новенький... Правда, доктор? - Кира, наконец, обернулась к стоящим в сторонке медикам. И Фире Львовне, чье присутствие в палате отца она не могла себе объяснить, как ни старалась.

- Киперман Леонид Вениаминович, - кивнул кудрявой головой невзрачный мужчина. Пожалуй, буйная шевелюра была его единственной яркой чертой.

- А это наша Кира, - представила девушку Фира Львовна.

- Так вот, что касается здоровья вашего отца... Я нахожу, что он получил абсолютно своевременное и адекватное лечение. Спасибо Станиславу Борисовичу, - мужчина похлопал заведующего по плечу, и продолжил, - вовремя проведенное шунтирование и вся последующая терапия дают нам уверенность, что все будет хорошо. Так что, моя помощь, Фирочка, тут совершенно без надобности.

- Это же замечательно! - прошептала Кира, сверкая влажными глазами.

- Не могу с вами не согласиться . Ну, мы тогда пойдем... Фирочка, тебя подвести?

- Нет-нет, Лёня, я на машине.

- Возможно, я что-нибудь должна вам за консультацию... - неловко пробормотала Кира. На что Фира сделала страшные глаза и отрицательно замотала головой, так что скрепленные в пучок волосы рассыпались по плечам - не выдержав натиска. Девушка послушно заткнулась. Пробормотав приличествующие случаю благодарности, она попрощалась с гостями и, наконец, осталась с отцом наедине. Но тот был слишком слаб для разговора.

- Мне Леонид Вениаминович сказал, что если не брошу пить - то долго не протяну.

- Ты знаешь, что он прав, папа...

- Да... А жить очень хочется, - тихо заметил мужчина, отворачиваясь к стене. - Знаешь, как страшно умирать, Кирюха? В любом возрасте страшно...

- А ты и не умрешь. Будешь жить долго и счастливо. Возможно, вернешься к работе, если захочешь, или найдешь себе другое занятие по душе. Ты, главное, с горькой завязывай. И живи... Когда Кира закончила свою речь, то поняла, что отец уснул. Она поцеловала его в лоб, поправила сбившееся покрывало и тихонько вышла за дверь, где ее уже заждался Кирилл.

- Ну, как он?

- Более-менее. Фирин эскулап только подтвердил, что отца лечат, как надо.

Вместе с Кирой они прошли по неуютному длинному коридору к лифту. И спустя минуту зашли в пустую кабину. Стараясь не особо отсвечивать, Кир пристально наблюдал за своей спутницей. Что-то в ней не давало ему покоя. Чем больше он узнавал соседку, тем больше все осложнялось. Было бы просто держаться на расстоянии, если бы Кира в реальности соответствовала тому образу стервы, который он себе поначалу надумал. Но она была совершенно другой. Да, немного резкой, измотанной, а потому не терпимой ко многим вещам. Однако, при всем при этом - удивительно чувствительной и неравнодушной. А еще его очень подкупала Кирина преданность. Могла ведь бросить отца, но не стала...

Они вышли из корпуса, прошли по влажной после дождя дорожке к стоянке, на которой оставили машину. Кирилл галантно открыл перед Кирой дверь. Устроившись в салоне, та устало откинулась на спинку кресла, повернув голову так, чтобы видеть водителя.

- Отодвинь кресло, если хочешь. Будет удобнее. Радио включить?

- Не-а. Больше всего я хочу тишины. Кирилл покосился на соседку:

- Устала?

- Словами не передать. От всего...

- Нет тебе покоя.

- Ещё и соседи нам попались гиперактивные... - пожаловалась Кира, и тут же резко выпрямилась, затараторив, - нет, ты не подумай... Они мне на самом деле нравятся. Просто сейчас...

- Тебе хочется тишины, - повторил слова девушки Кирилл.

- Да.

Кира кивнула и отвернулась к окну. С удивлением заметила, что наконец-то распогодилось. Тучи прошли стороной, и тонкие солнечные нити, пробравшись между высоких домов, протянулись к земле.

- Знаешь, у меня появилась идея... Ну-ка, погоди... - Кир перестроился в крайний ряд и включил поворотник.

- Что за идея?

- Тебе точно не помешает расслабиться. И, мне кажется, я знаю, что тут может помочь. Сиди здесь, и жди меня.

Он вернулся быстро, таща с собой пакет с логотипом супермаркета и большую упаковку углей. Засунул это все дело в багажник и юркнул в салон.