На тринадцати ветрах. Книги 1-4 - Жюльетта Бенцони

В такой пьянящей уверенности она тоже уснула.

Когда в середине утра она спустилась вниз, свежая и сияющая, она нашла Гийома в недобром здравии. Он стоял, расставив ноги, возле окна, скрестив за спиной руки, и не оглянулся на легкий стук ее высоких каблучков. Все в его манере поведения говорило о том, что он в дурном настроении.

– Ну? – весело произнесла она, смутно надеясь, что он подойдет к ней с протянутыми руками. – Это так вы здороваетесь со мной?

– Добрый день, – прошептал он и, повернувшись к ней, испугал ее своим видом: заострившиеся черты лица, налитые кровью глаза, тяжелый взгляд, полный раскаяния. Это был взгляд больного и злобного волка. Он указал на стол, на котором лежал хлеб, стояло масло и мед и две чашки. Одна была уже грязная.

– Усаживайтесь и ешьте! Пойду принесу вам кофе. А после мы уедем.

Не дожидаясь ответа, он вышел из комнаты и направился на кухню, но когда вернулся с кофейником, Лорна стояла все на том же месте, на последней ступени лестницы, а рука ее лежала на перилах.

– Вы еще не сели? – пролаял он. – Чего вы ждете?

– Чтобы вы заговорили со мной другим тоном!

Ее ответ, произнесенный дрожащим от гнева и разочарования голосом, полетел как пущенная стрела и достиг цели. Гийом усталым жестом поставил серебряный кофейник и снова отошел к окну. Она тотчас оказалась рядом с ним, что заставило его вздрогнуть и закрыть глаза. Ноздри его дрогнули: от нее пахло молодостью, цветами... любовью, тем тонким ароматом, который накануне заставил его потерять рассудок. Она заговорила:

– Что я вам сделала, Гийом? Я что, должна перед вами извиняться за то, что вчера произошло? Я что-то не помню, чтобы я затащила вас в постель силой...

– Нет. Это скорее я виноват и должен был бы принести вам извинения, но не знаю, какие: может быть, сказать, что я обезумел в тот или иной момент? Это было оттого, что я вдруг безумно возжелал вас, вы не представляете как...

– Я очень хорошо могу вас понять, у меня было то же самое...

– Это невозможно! Поймите же! Когда я услышал, как вы закричали, я обрадовался, потому что я мог побежать к вам. Дьявол дал мне повод, которого я так хотел.

– Оставим дьявола подальше от нас. Разве вы не были счастливы?

– Да... божественно!

– А утром?

– Нет... Я противен себе. Что я за человек, если совершил такую гнусность: овладел дочерью своего брата?

– О, хватит начинать все с начала! Эта глупость недостойна нас. Знайте же, Гийом, вы лишь взяли то, что вам уже принадлежало. Я была вашей с первого взгляда... И взгляните на меня, пожалуйста! Посмотрите мне прямо в лицо! – проговорила она, взяв его за плечи.

– Пожалуйста!.. Смотрю.

– Что вы видите?

– Худшее искушение, которое я когда-либо пережил. Женщину...

– Которая тебя страстно любит. Женщину, которая все бросила ради тебя, и которая желала тебя всем своим существом, и которая дрожит от радости с тех пор, как стала твоей! Если бы ты знал, Гийом, как я тебя люблю!..

У нее на глазах появились слезы. И в то же время она улыбалась. И эта улыбка в слезах была еще более сияющей. Она добавила еще почти шепотом:

– Разве тебе не пора обнять меня?.. Или тебе совсем не хочется поцеловать меня, чего я так жажду?

Никогда еще она не была столь искренна, как сейчас: она звала его, завоеванного в упорной борьбе мужчину, всеми фибрами своей души и во что бы то ни стало хотела его сохранить. И она победила. Он больше не мог противостоять этому волшебству, поэтому он притянул ее к себе и прижался надолго к ее губам, вспоминая божественные ощущения этой ночи.

Этот поцелуй они прервали, лишь услышав шаги Перье. Когда он вошел, Лорна уже сидела за столом и наливала кофе Гийому, а потом себе. Она улыбнулась вошедшему, отвечая на его приветствие, потом спросила:

– Кажется, буря уже утихла? Я смотрела на небо из своей комнаты: тучи еще летят быстро, но уже не кажутся такими грозными.

– Ветер переменился. Может быть, днем даже покажется солнце... Так вы останетесь здесь еще, месье Гийом, или же мне пора готовить упряжку, а потом только начать собирать поломанные ветви деревьев в саду?

– Готовьте упряжку. Мы выедем примерно через час...

– Нет, – проговорила Лорна, спокойно намазывая хлеб маслом. – Вы можете ехать, если хотите. Я остаюсь...

Тремэн изменился в лице. Его нахмуренные брови сказали Жилю Перье, что ему лучше удалиться. И он вышел из комнаты, бормоча что-то нечленораздельное. Ни тот, ни другая не обратили на его ворчание никакого внимания. Лорна же, зная, что нападение – лучшая форма защиты, объяснила: да, они собирались съездить только туда и обратно, но ее решение изменилось, как только она увидела этот дом.

– Мне захотелось провести здесь несколько дней! – сказала она. – Я думала, что нам придется ночевать на каком-нибудь постоялом дворе, но здесь я чувствую себя, как дома, и мне хотелось бы задержаться.

– Не играйте с огнем, Лорна. В усадьбе нас ждут. Если мы не вернемся, там будут беспокоиться.

– Если вы не вернетесь! Что же касается меня, то думаю, что там будут даже рады моему столь неожиданному отсутствию. Поэтому я вовсе не играю и предлагаю вам уехать одному...

– Но это смешно! У вас нет с собой никаких вещей, нет горничной.

– Ну и что? Я могу очень хорошо обойтись без этого, и мне даже хочется так пожить. К тому же под охраной Перье и его собаки я не буду ничего бояться.

– Меня не это как раз волнует. Здесь вы будете в полной безопасности, но...

– Никаких «но»! И я с удовольствием познакомлюсь с этой Жанет, которая делает чудеса. Мне кажется, мы прекрасно поймем друг друга.

Потом протянув руку через стол, она схватила руку Гийома.

– Позвольте мне этот каприз, любовь моя... и приезжайте сюда... скажем, через неделю.

– Я, конечно, не приеду. А пришлю Дагэ...

– Тогда я не вернусь! И я не бросаю слов на ветер. Или вы приедете за мной один, как вы привезли меня сюда, или... О, я не знаю! Может быть, я приживусь здесь до тех пор, пока кто-то соизволит мною заняться, – закончила она игривым тоном, послав Гийому такую милую улыбку, которая окончательно разоружила его.

– А вы не сошли с ума?

– Из-за вас? Да... Но как вы можете быть таким тупым? Если мы вернемся в усадьбу вдвоем, это