Сила ее страсти - Гвендолин Кэссиди

В сердцах схватив галстук, он умчался в ванную.

– По-моему, это действительно излишне, – неуверенно произнесла Кьяра. – Ведь ему только девять лет.

– Позволь мне самому решать, что для моего сына излишне, а что нет, – холодно произнес Никколо.

Кьяра, кусая губы, отвернулась. Она не ожидала, что он будет настолько категоричен.

Никколо хотел что-то сказать, но тут в комнату вернулся надутый Филиппо в кое-как повязанном галстуке, и спор прервался сам собой.

Спектакль оказался чрезвычайно смешным, с большим количеством музыки и танцевальных номеров. Филиппо, забыв про галстук, хлопал в ладоши и звонко хохотал.

– Ты ничего не понимаешь в современной моде, – заявил он все же отцу, когда они ужинали в очередном ресторане.

– Пусть так, – согласился тот добродушно. – А ты тоже все еще сердишься на меня? – обратился он к Кьяре.

– С чего ты взял, что я рассердилась? – Она отвела глаза.

– За что? – встрял Филиппо.

– Кьяра тоже думает, что галстук тебе необязателен, – ответил Никколо. – И, наверное, тоже считает меня несовременным. Пусть я старомоден, но мне не нравится твоя прическа, – добавил он. – Когда ты подстрижешься?

– Не знаю. – Филиппо пожал плечами. – Хочешь, сбрею все наголо?

– Ну это уж слишком…

– Кьяра?

Какая-то молодая женщина заглядывала Кьяре в лицо.

– Кьяра, неужели это ты?

У Кьяры сердце ушло в пятки. Сильвана! Не может быть! Она гуляла по родному городку, и ее не узнала ни единая душа! А стоило поехать в Рим, как она тут же наткнулась на Сильвану!

Они раздружились вскоре после того вечера у Луиджи, а потом Сильвана вместе с родителями переехала, в другой город. И вот, через столько лет, они встретились вновь!

– Сильвана? Здравствуй… Мы когда-то учились вместе в школе, – пояснила она Никколо с натянутой улыбкой.

– Очень давно, – рассмеялась Сильвана, с интересом оглядывая всех троих. – Я вижу, у вас семейный выход?

– Я работаю у синьора Виченци. А это его сын.

– Ты работаешь няней?

– Синьорина Кьяра – мой компаньон, – ледяным тоном объявил Филиппо. – Я больше не нуждаюсь в нянях.

– Ну об этом можно поспорить, – сухо заметил Никколо. – Удивительно, как вам удалось встретиться после стольких лет.

– Это правда, – согласилась Сильвана. – Давно ты вернулась из Америки, Кьяра?

– Нет…

– Насовсем?

– Думаю, да.

– Тебе повезло, что ты сразу же нашла работу. – Сильвана перевела взгляд с Кьяры на Филиппо, затем посмотрела на Никколо.

– Кажется, вас зовут друзья, – сказал тот, кивая в сторону столика, из-за которого вышла Сильвана.

– Ну что ж, приятно было увидеться.

– Мне тоже.

Кьяра сжала руки под столом. Она чувствовала на себе проницательный взгляд Никколо.

– Мне показалось, что ты не в восторге от этой встречи, – негромко сказал он.

– Мы никогда не были близкими подругами, – ответила она торопливо. – Нам не о чем говорить.

– Не похоже, что ты хотела бы встретиться с ней снова.

– Это ни к чему. У нас нет ничего общего.

Никколо оставил расспросы, и Кьяра вздохнула спокойнее. И надо же было ей встретиться именно с Сильваной! Она прекрасно помнила историю Кьяры; знала и то, что ее заставили отказаться от ребенка. Про Аделину слышала вряд ли, но она могла о многом догадаться. Не зря бывшая подруга с таким интересом рассматривала Филиппо. Да и сама Кьяра так явно растерялась, что одним этим внушила подозрения не только Сильване, но и Никколо.

– А что мы будем делать завтра? – спросил Филиппо. – Пап, у тебя опять работа?

– Естественно. Но зато послезавтра я, скорее всего, освобожусь. Мы сможем съездить куда-нибудь еще. В Венецию, например. Проведем там несколько дней.

– Здорово! – выдохнул Филиппо.

– Но мы с собой почти ничего не захватили, – слабо запротестовала Кьяра. – Мы не готовились к такой долгой поездке!

– Все, что потребуется, купим на месте, – решительно заявил Никколо.

– Мама очень любила Венецию, – мечтательно сказал Филиппо. – Мы раньше часто туда ездили, да, пап? Мы будем кататься на гондолах?

– Обязательно. – Никколо вопросительно смотрел на Кьяру. – Какие-то сомнения?

– Конечно нет. – Она покачала головой и улыбнулась, думая о том, сколько всего она еще не знает о собственном ребенке. – Филиппо прав, это будет здорово.

Нужно перестать тосковать о том, чего не было, сказала она себе, и радоваться тому, что есть и будет. А кроме того, ее унылый вид беспокоит Никколо. Нельзя так себя вести.

Они добрались до гостиницы уже около полуночи. Филиппо, который валился с ног от усталости, тут же лег и заснул.

– Я тоже, пожалуй, пойду. – Кьяра направилась к двери.

– А я провожу тебя, и, может, мы еще немного поболтаем, – сказал вдруг Никколо.

У себя в номере Кьяра уселась на диван, нервно теребя браслет на руке. Что-то в его тоне насторожило ее. О чем он хочет поговорить?

Никколо сел рядом, но так, чтобы видеть ее лицо.

– Тебя расстроила эта встреча?

Отрицать это было бы глупо. Но следовало срочно придумать правдоподобный ответ, который удовлетворил бы Никколо.

– Меня увезли в Америку против моего желания, – выдавила она из себя. – Встреча с Сильваной напомнила мне обо всех тогдашних переживаниях.

– Тебе не с кем было остаться?

– Нет.

– Никаких бабушек с дедушками?

Кьяра молча покачала головой, вспоминая Аделину.

– Они давно умерли, так же, впрочем, как и отец. – Пора было рассказать Никколо хотя бы часть своей биографии. – Главным в семье был мой старший брат. Мать во всем слушалась его. Мы жили бедно, и брат смотрел на меня как на лишний рот. Я ела хлеб его родных детей. Но оставить меня здесь он не мог, – не позволяла честь семьи. Да и потом, поначалу я была нужна для того, чтобы смотреть за матерью, готовить. Но со временем он неплохо устроился.

– А он или твоя мать никогда не хотели вернуться назад?

– Зачем? Им и там неплохо. Матери – было. Она умерла год назад. – Кьяра покосилась на Никколо. – Я не очень хочу сообщать брату о своем замужестве. Он даже не знает, что я вернулась в Италию.

Лицо Никколо оставалось непроницаемым.

– Поступай так, как считаешь нужным. – Он помолчал. – Ты больше ничего не хочешь мне сказать?

Кьяра помертвела. Каким счастьем было бы облегчить душу, выложить ему все! Но она слишком боялась потерять любимого.