С первой встречи - Джессика Стил

— Ты… — снова пискнула она.

— Керри, я знаю, ты неопытна. Но верь мне… Как ты думаешь, почему я уехал в Австралию на целые две недели?

— Ты сказал, что так требуют интересы дела.

— Да, но я мог не ехать, — признался Ферн. — Моя дорогая Керри, после той ночи мне ничего не оставалось, как исчезнуть. Когда ты захотела быть моей, я понял, что твое настойчивое желание сохранить невинность до свадьбы никоим образом не связано с сексуальными проблемами. Если, конечно, не считать проблемой твою застенчивость. — Ферн улыбнулся той улыбкой, которую так любила Керри, и вновь завладел ее теплыми ладонями. — В какое-то мгновенье той ночью я почти забылся, потерял самообладание. А когда опомнился, то как можно скорее отвез тебя к родителям. И вздохнул с облегчением только тогда, когда ты переступила порог своего дома. — Керри от изумления приоткрыла рот. — В тот момент я понял, что должен держаться подальше от тебя в течение этих двух недель, — завершил Ферн и с улыбкой добавил: — В том случае, если тебе неизвестно, сообщаю, что ты можешь свести с ума любого мужчину.

— Я? — удивилась девушка.

— Ты. Когда я вернулся к себе домой, то понял, что есть один-единственный способ выполнить твое условие — не встречаться с тобой до самой свадьбы!

Он уехал в Австралию ради нее! Ради ее блага! Получается, что Ферн беспокоился о ней? Хотя и желал заполучить ее в свою постель. Губы Керри дрогнули в улыбке. И вдруг она вспомнила все остальное: отмененные обеды, скандалы родителей, документы, которые «обязательно надо просмотреть», — и ее улыбка померкла. Ферн по-прежнему оставался трудоголиком.

Керри решительно сняла обручальное кольцо.

— Вот, забери его.

— Нет! — в отчаянии воскликнул Ферн. — Надень его! До сих пор, — резко заявил он, — ты не назвала мне ни одной причины.

— Назвала, — пробовала блефовать Керри.

— Нет, не назвала! — объявил Ферн, не позволяя Керри избежать неприятного объяснения. — Мы только что согласились, что твоя застенчивость не является проблемой, как и желание сохранить невинность до свадьбы. Так в чем же дело, Керри? Почему ты не хочешь быть моей женой?

Керри тихо вздохнула. Ферн не должен знать о ее любви. Он не любит ее, но он не собирается отказываться от женитьбы. Стальной блеск в синих бесстрастных глазах говорил ей об этом. Но впрочем, почему бы и не объяснить ему?

— Я не хочу быть такой же несчастной в браке, как мои родители. — Керри решила придерживаться правды, насколько это возможно.

Ферн все еще внимательно смотрел на нее, впитывая каждое слово, каждое движение, каждый взгляд.

— У твоих родителей проблемы в браке? — спокойно спросил он.

Керри было неловко обсуждать жизнь родителей. Но она любила Ферна и знала, что ему можно полностью доверять.

— Со стороны они кажутся счастливой парой, — ответила Керри. — Но за закрытыми дверями только тем и занимаются, что ругаются и спорят.

— Из-за чего?

— Нет конкретной причины. Отец свято уверен, что мать заставила его жениться, и он напоминает ей об этом каждый день. Мама становится все более и более озлобленной из-за того, что вышла замуж за трудоголика, который пренебрегает женой и проводит все свое время на работе. — Керри удрученно добавила: — Они ссорятся и скандалят по малейшему поводу.

— И ты думаешь, что нас с тобой ждет подобная жизнь? — спокойно уточнил Ферн.

— Нет, — ответила девушка. — Потому что я не собираюсь выходить за тебя замуж. Не собираюсь повторять судьбу моей матери и превращаться в озлобленную несчастную женщину.

— Ты никогда не станешь озлобленной, Керри. Я не позволю, — заверил ее Ферн.

— Это уже случилось, — печально призналась Керри, хотя от его заверений у нее потеплело на душе.

Ферн, не в силах сдерживать себя, наклонился и нежно поцеловал Керри в щеку.

— Не грусти, — мягко попросил он. — Обещаю, я все исправлю.

Керри покачала головой, глядя мимо него. Слезы туманили ее глаза.

— Скажи мне, милая, что уже случилось? — настаивал он. — Я не смогу исправиться, если не узнаю причину твоей грусти.

Керри сморгнула слезы.

— Ты ни в чем не виноват, Проблема во мне. Я тревожусь, что ты постоянно занят работой. Ведь ты такой же трудоголик, как и мой отец.

— Ты считаешь меня трудоголиком? — искренне удивился Ферн. — Нет! — воскликнул он. — Признаю, я получаю огромное удовольствие от своей работы, однако она для меня не главное… — Ферн несколько секунд колебался, а затем произнес: — Я многим рискую, но должен сказать тебе, Керри, что ты — смысл всей моей жизни.

Керри потрясенно смотрела на него. Кровь стучала в висках, сердце бешено колотилось. Она не ослышалась? Ферн действительно сказал, что она — смысл его жизни? Невероятно. И даже, когда немного успокоилась, Керри по-прежнему отказывалась верить его словам.

— Не похоже! — резко бросила она. — Ты все свободное время тратил на работу, отменял ради нее наши свидания… — начала она, но Ферн перебил:

— Только ради тебя!

— Причем здесь я? — вспыхнула девушка. — Я никогда не просила тебя ни о чем подобном.

— Ты заявила, что тебе необходимо сохранить целомудрие до венчания. Исключая один или два момента, я всегда уважал твое желание. Хотя оно превращало мою жизнь в настоящий ад!

Настоящий ад! Керри потрясенно тряхнула головой.

Ферн пересел на диван и опять нежно взял ее за руки.

— Я лгал тебе, дорогая, признаю. Но сейчас говорю правду. Все, что я сказал сегодня, — правда. Моя ложь… — Он замолчал, переводя дыхание. — Ложь до сих пор оправдывала себя. Но сегодня, Керри, — его глаза, казалось, заглянули прямо ей в душу, — сегодня я настаиваю на полной откровенности между нами.

Нет! Она солжет, если Ферн начнет догадываться, как сильно она любит его.

— Рада, что ты признался во лжи, — бросила Керри и ехидно добавила: — Разумеется, ты не трудоголик, ты просто мужчина, который постоянно работает.

— Дорогая моя, я не думал, что тебе кажется, будто я пренебрегаю тобой, — постарался успокоить ее Ферн.

— Прости, Ферн, но у меня сложилось впечатление, что ты возьмешь свой портфель на медовый месяц! Я не хотела сказать, что у нас будет медовый месяц, — торопливо исправилась Керри. Она поняла, что не способна держать рот на замке, поэтому лучше всего уйти. Керри встала, Ферн остался сидеть. — Я сожалею, — сказала она на прощанье.

Но сделала не больше трех шагов.

— Остановись!

Окрик Ферна заставил ее замереть. В его голосе звучала такая неподдельная боль, что Керри вздрогнула.

— Керри, подожди, — более спокойно повторил Ферн.

Керри стояла, не двигаясь.