Королевство Кинзи - Оксана Алексеева

Только Роберту Кинзи дозволено заявлять о таком в присутствии стольких свидетелей, в том числе и прокурора. Только Роберт Кинзи мог при этом ощущать себя на вершине мира, и никто не осмелился бы оспорить его положение.

Странное дело, но еще через пятнадцать минут все будто забыли о происшествии. Только отец улыбался чаще. Он пребывал в таком прекрасном настроении, что теперь даже не пытался подтолкнуть меня к Грегеру, «чтобы выглядела более гостеприимной».

После того как гости разошлись, я бесцельно блуждала по дому. Собиралась пообщаться с сестрой, но та отправилась в свою комнату и уснула еще до окончания вечеринки. Вокруг сновали уборщики и официанты, быстро уничтожая остатки недавнего праздника.

– Осторожнее! – раздался голос матери из гостиной. – Она стоит полмиллиона, милочка!

– Простите, мэм. Ой, что это?

Заинтересовавшись, я направилась туда. Работница, вытирая пыль, случайно задела картину в гостиной и пыталась ее поправить. С задней панели вывалилась маленькая вещица, которую она протягивала матери.

– Роберт! – мама разволновалась сразу же. – Роберт, сюда! Что это?!

Отец только бросил взгляд на металлический кружок и рявкнул работникам: «Все на сегодня! Закончите утром!». Через три минуты мы остались в узком кругу доверенных лиц. Джек повертел в руках находку, потом зацепил пальцем пластинку и выдрал вместе с элементом питания:

– Жучок. Теперь не работает. Завтра мы с ребятами проверим тут каждый сантиметр, могут быть и другие.

Дин Дойл выглядел потрясенным:

– Вас подслушивали! И теперь совсем не удивительно, как точно они знали, куда бить… Вы обсуждали дела дома?

Родители растерянно переглядывались. Ответила мама:

– Расписание отца, встречу с прокурором… и Беннета… Беннета точно обсуждали! После того как Стивен посоветовал вспомнить про старые дела… И почти сразу после этого…

– Пап, – мой голос дрожал, и с этим ничего нельзя было поделать. – Рик Ройшоу забирался…

Джек уверенно замотал головой:

– Рик тут был по моему заданию, я уже говорил. Если Рик кем-то и куплен, то вряд ли он мог заранее знать, что я ему такое поручу! Уж слишком большое совпадение, чтобы быть правдой.

Отец выглядел непривычно бледным:

– А вот Стивен… Мы приглашали Стивена на ланч!

– Да! – мама нервно подскочила на месте. – После совета директоров! Даже не так – ты предложил ему перекусить вместе, а он как-то между прочим заявил, что устал от ресторанной еды. Вспомни, Роберт! Тогда нам это не показалось странным – тут же решили заехать к нам! И тогда все сходится… сначала точечные новости, потом слухи, совпадающие с твоими встречами… долги и обвал…

Я заторможено наблюдала за дальнейшим. Отец одновременно верил и не хотел верить. До глубокой ночи он орал в телефонную трубку: «Спит? Разбудите!», «Не надо, Рейнольд, мне нести ахинею про конфиденциальность! Я клянусь, что закопаю тебя, если не найдешь откуда был перевод! Хотя бы банк!». А потом еще одному человеку, номер которого разыскал через трех других людей: «Знаю, что прошло двадцать лет! Но ведь ты занимался этим делом, Тай! Мне надо знать, был ли у него сын!».

Уже светало, а мы до сих пор так и сидели в гостиной. И к тому моменту ситуация стала яснее ясного: перевод на счет миссис Клауд был осуществлен из Детройта; Стивен приехал из Детройта и именно там нашлась фирма, зарегистрированная на его имя; у Беннета точно был сын, но Тай двадцать лет назад не разбирался в подробностях – он заплатил жене ученого круглую сумму за отказ от претензий. Потом она сменила фамилию и куда-то переехала. Это не странно: Тай тогда однозначно дал ей понять, что будет в случае ее болтливости… И Тай не частный детектив, чтобы так на него орать! Свою работу он тогда выполнил на все сто, какой сейчас спрос?

Если Стивен – сын Беннета, то на момент смерти отца ему было около десяти лет. Если Стивен – сын Беннета, то мог ли он двадцать лет готовиться к тому, что сейчас происходит? Я бы могла.

– Я убью его. Джек, мы можем это сделать тихо, но так, чтобы сначала вытрясти из него мои акции?

Джек не ответил, а по выражению его лица сложно было понять, до каких границ доходит его верность. А может быть, он по приказу Роберта Кинзи уже много раз переходил все возможные границы? Отец выглядел измотанным, но не злым. Теперь он принял информацию, смирился с ней. И совершено обдуманно сказал: «Я убью его». Сегодня он прилюдно признался, что способен на убийство миссис Клауд, но сейчас в каждом его слове прозвучал намного больший вес. Я поверила. Притихшие мама и Дин тоже поверили. Но, кажется, молчали мы все по разным причинам.