Нектар на губах - Тесса Рэдли

— Цвет не темно-синий и никакого серебряного тиснения — значит, бала не будет, — притворно огорчилась она, пытаясь найти спасение в шутке.

Его темные глаза блеснули.

— Ты права. Бал уже прошел. Боюсь, тебе так и суждено остаться безбилетным зайцем. Но в следующем году — милости просим.

Эллис была немного разочарована… Увидев его в дверях, она подумала, что он пришел сказать, как ему понравилась ее статья… что он принимает ее извинения… и что хочет, чтобы она вернулась.

Пустые надежды.

Разорвав конверт, Эллис вытащила приглашение с фотографией дома, окруженного зелеными виноградниками. Она открыла его. Семья Саксонов приглашала ее присутствовать при посадке нового сорта винограда в честь Роланда, которая планировалась в следующий понедельник.

— Конечно, следовало бы предупредить тебя заранее, — произнес Джошуа. — Но в последние дни была ужасная суматоха. Мы хотели сделать это ровно через четыре недели после его смерти.

Проглотив разочарование, она подняла на него глаза.

— Я приеду.

Нелегко будет вернуться в Саксон-Фолли. А потом еще тяжелее покинуть его. Еще одно расставание с Джошуа разобьет ей сердце. Но из-за своего недоверия она лишила себя шансов на будущее с ним. Всю жизнь ее основным капиталом были такие ценности, как правда и справедливость.

Эллис думала, что все должно иметь под собой серьезное обоснование, но не знала, как быть с чувствами. Несмотря на то, что Джошуа был самым внимательным, самым ответственным человеком, которого она когда-либо встречала, Эллис сомневалась в нем. Она сделала ошибку, не поверив ему. И теперь эта ошибка будет мучить ее всю жизнь.

Она показала рукой на маленький диван возле окна.

— Не хотел бы присесть?

— Пожалуй. — Сняв пиджак, он перекинул его через подлокотник и сел.

— Тебе принести что-нибудь выпить?

— Нет. Посиди со мной.

Со стучащим сердцем Эллис прошла через комнату и села с ним рядом. И тут же теплый мужской запах словно окутал ее невидимым покрывалом. Она глубоко втянула в себя воздух. Этого ей тоже ужасно не хватало.

— Эллис… — начал Джошуа. — Я могу понять, как тебе хотелось встретиться с Роландом, узнать его. Мне жаль, что этого не случилось. И мне жаль, что я по ошибке принял тебя за его любовницу.

Она повернулась к нему лицом, прислонившись спиной к мягкому подлокотнику.

— Я не могла сказать тебе правду. Я дала обещание твоей матери.

— Да, знаю. — В темной глубине его глаз светилась нежность. — Это, наверно, было очень нелегко.

Она мысленно вернулась к тому времени, вспомнила, какое смущение тогда испытывала, какие чувства ее разрывали.

— Да, нелегко.

— Мои родители надеются, что ты сможешь простить их. Они чувствуют себя ужасно виноватыми.

— Конечно, я прощаю их. — В какой-то мере они все же пытались компенсировать то, что сделали. — Я благодарна твоей матери, что она дала мне возможность попрощаться с Роландом.

— Я никогда не смогу вернуть назад твоего брата. Но хочу разделить с тобой мою семью. Тебе всегда будут рады в Саксон-Фолли.

Его слова неожиданно тронули Эллис. Хотя это и означало, что в каждый ее визит сердце будет разрываться от того, что она будет видеть его, а потом снова уедет.

— Но, предупреждаю, если ты желаешь иметь брата, то можешь рассчитывать только на Хита.

Ее глаза распахнулись. Удары сердца перешли в барабанную дробь, гулко резонирующую в ушах.

— Потому что я хочу, чтобы у меня была жена.

— Что ты сказал?

— Что я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой. — Его взгляд был прикован к ее лицу. — Мы создадим свою собственную семью. Согласна ли ты быть ее частью?

Ее глаза заблестели.

— О, Джошуа….

Он придвинулся к ней ближе и обнял за плечи. Так тепло было в его руках. Она чувствовала себя словно в коконе, сотканном из солнечных лучей. В привычном и безопасном месте, где она всегда будет дома.

— Не могу поверить, что ты все еще хочешь меня… После того, что было…

— Это не только желание. Я люблю тебя. Больше, чем ты думаешь.

Он склонился к ней, и дрожь пробежала по ее телу. Губы его были мягкими и нежными, они могли сказать ей даже больше, чем все его слова…

Она бы навсегда хотела оставить эти мгновения в своей памяти.

Наконец он поднял голову.

— Если честно, недоверие было не только с твоей стороны. Я неверно судил о твоих отношениях с Роландом. И только после того, как узнал тебя, я понял, что ошибся.

Она провела пальцем по его нижней губе.

— Спасибо, что ты поверил в лучшее во мне. Ведь сама я не могла сказать тебе правду.

— Это было непросто. Особенно учитывая мою давнюю неприязнь к «презренной бумагомарательнице» Эллис Блейк.

Она вздохнула.

— Мне хотелось бы, чтобы той статьи никогда не было. Но тогда я думала, что поступаю правильно — все факты, что у меня были, подтверждали это.

— Я знаю. И моя ссылка на нехватку времени только утвердила тебя в твоей правоте. — Его руки крепче прижали ее к себе. — Впрочем, я все равно не мог бы сказать, что сделал Томми, — это была не моя история. Но я знал человека, который, возможно, сам бы тебе ее рассказал.

Эллис улыбнулась.

— Ты был таким надменным, но голос у тебя был самым чувственным из всех, которые я до тех пор слышала.

Он проворчал:

— С моей стороны это было ужасно глупо. Ты ведь представитель прессы. А я….

— Кстати, — вскинулась вдруг Эллис, прервав его, — что ты думаешь о ней?

Он удивленно поднял брови.

— О чем?

— О моей статье. Ты ее получил?

— Нет.

Она закатила глаза.

— Ох, уж эта почта. Я думала, ты поэтому и приехал.

Его пальцы коснулись ее подбородка.

— Я мог бы быть здесь и раньше, но ты говорила, что тебе нужно время.

— Ну да, чтобы закончить статью. Я послала тебе копию. Знаешь, какая это была уступка? — Она улыбнулась, вложив в эту улыбку всю свою любовь к нему. — Я раньше никому не посылала копию до выхода номера. Твой случай был особенный, я должна была извиниться перед тобой.

Но он и так приехал, не прочитав статью. Остатки напряжения отпустили ее.

Она выскользнула из его объятий и через минуту вернулась с тонкой подшивкой бумаг.

— Это тебе.

Джошуа усадил ее себе на колени. Положив подбородок ей на плечо, он быстро пролистал статью и чмокнул девушку в щеку.