Ложь за ложь - Елена Хантинг

– Папа! У дельфина большая пися, как у тебя! У меня тоже такая будет!

– Робби, об этом не говорят на людях, – отозвался красивый гигант, любовно глядя на жену (точнее, в ее декольте).

Мамаша Робби наконец заметила происходящее в аквариуме и вытаращила глаза.

– Черт побери, да у него, блин, огромный! – Она подтолкнула мужа локтем: – Может, ты немного дельфин?

Ее супруг бросил плотоядно оглядывать груди супруги и повернулся к аквариуму.

– Ого! Неудивительно, что подружка ему не дает.

Началось форменное столпотворение. Чей-то белокурый ангелочек жалобно вскрикнул:

– Мама, большущий дельфин хочет заколоть девочку-дельфинку!

Его такая же белокурая мамаша прижала сынишку к себе и погладила по голове:

– Не заколоть, а заняться с ней любовью.

Я очень надеялась, что меня не попросят рассказать о брачных играх дельфинов, иначе я сгорю со стыда.

– Так, ребятки, давайте-ка ненадолго оставим дельфинов в покое и перейдем к следующему аквариуму! А вот кто хочет поглядеть на акул, поднимите руки! – крикнула я в головной микрофон, так что эхо пошло по просторному залу.

К счастью, это отвлекло всеобщее внимание от любвеобильных дельфинов, и я повела группу дальше, рассыпаясь в извинениях перед отдельными обескураженными детьми и родителями за осрамившихся обитателей океанариума. Я машинально оглядела свою маленькую аудиторию, и вдруг взгляд точно споткнулся о высокого мужчину, стоявшего сзади и немного сбоку.

Сердце замерло, когда я узнала знакомые линии плеч Эр Джея и до мельчайших подробностей изученные мной очертания подбородка – с недавних пор я снова начала рисовать, желая запечатлеть его образ на бумаге. Да, вот настолько я жалкая натура. Нет, я его не забыла.

– Простите, где здесь туалет? – обратилась ко мне одна из гостий. Младенец у нее на руках только что обильно срыгнул ей на плечо и готовился разреветься.

Я с трудом оторвалась от несомненной галлюцинации, вызванной хроническим недосыпом, и сочувственно указала молодой мамаше на дамскую комнату. Вновь повернув голову туда, где мне померещился Эр Джей, я увидела лишь плавно покачивающиеся огромные воздушные шары.

Что-то я сегодня совсем плохая.

Я побежала нагонять свою группу и продолжила экскурсию. К счастью, акулы вели себя прилично, плюс подоспело время кормления, которое дети обычно принимают на ура. Но не в этот раз: один из малышей раскричался, разглядев, что акул кормят рыбой, и назвал их каннибалами. Другой мальчик во всеуслышание спросил у меня, нельзя ли увидеть и акулью писю, но мать оттащила его в сторону и строго отчитала.

Я всматривалась в стоявших сзади взрослых, силясь уяснить, мираж это был или нет, когда снова увидела человека, который пришел в мою жизнь больше года назад, перевернул ее, да так и оставил.

Это действительно был Эр Джей. Может, он родственник одного из хоккеистов, или его брат переехал из Лос-Анджелеса, или у него кузен в Чикаго? Но все присутствовавшие на детском празднике мужчины расхаживали в одинаковых бейсболках и футболках, словно в некой форме, и Эр Джей тоже. Огромные мышцы широких плеч бугрились под футболкой, да и сам он выглядел под стать остальным гостям, которых будто специально подбирали среди самых мощных гигантов.

Потрясенная, в полном замешательстве, я продолжала знакомить гостей с обитателями океанариума, запинаясь на каждом слове. Как нарочно, сегодня распоясались не только дельфины: один из каланов при виде зрителей распластался на стекле и начал тереться, облизывая стенку своего аквариума. Малышам это показалось уморительным, а родители достали телефоны и начали снимать видео. Ну, хоть спариваться каланы не пытались.

Когда экскурсия подошла к концу, во рту у меня пересохло, а под ложечкой все скручивалось в жгуты. Я давно попрощалась с надеждой разыскать Эр Джея, и вдруг – на тебе! За прошлый год я обзвонила все козьи фермы в штате Нью-Йорк, специализирующиеся на альпака, но об Эр Джее нигде не слышали. Проще найти иголку в стоге сена, чем человека без фамилии. Я ела себя поедом за то, что мы ни разу не представились друг другу как положено. Тщетно я ждала, что Эр Джей свяжется со мной, когда найдет в своей спальне записку с моими координатами: его молчание было красноречивее слов и от этого ранило еще больнее. Я бы солгала, сказав, что остаток прошлого лета не затаивала дыхание при каждом телефонном звонке.

Нервно ломая руки, я застыла на месте, глядя, как Эр Джей пробирается через толпу гостей, стараясь не наступить на маленьких детей, и не сводит с моего лица знакомого испытующего взгляда. Уверена, я выглядела как черт знает кто. Ночью я несколько раз просыпалась и с трудом засыпала снова, и никакой тональный крем не мог скрыть темных кругов под глазами. К тому же я была в бежевой униформе сотрудницы океанариума, и ни цвет, ни фасон меня не красили (брюки с заложенными у пояса складками и королеве красоты не пойдут).

Эр Джей остановился на границе моего личного пространства, отчего ладони у меня вспотели сильнее обыкновенного. Мне пришлось поднять голову, чтобы глядеть ему в лицо – в его прекрасное, замечательное лицо. Эр Джей выглядел в точности как я запомнила, только волосы стали покороче, будто он недавно подстригся.

– Господи, я думал, больше никогда тебя не увижу, и вдруг ты здесь! – проговорил он глубоким баритоном, от которого у меня приятно шевельнулись волосы на затылке.

А я, не в силах отклеить язык от нёба, молча удивлялась, какой он красивый и… реальный, надеясь, что передо мной не призрак. Я очень на это надеялась, иначе мне требовался доктор.

Лоб у Эр Джея пошел морщинами, а в глазах появилось не совсем понятное выражение. Неужели обида? Или волнение?

– Лейни, ты меня помнишь?

– Конечно, я тебя помню, Эр Джей, – прошептала я.

От облегчения его лицо разгладилось.

– Как же я рад тебя встретить! – Он обнял меня мощными, как колонны, руками и прижал к себе.

В голове у меня мгновенно стало пусто от этого контакта и неожиданной волны спокойствия, распространившейся от прикосновения Эр Джея. Я глубоко вдохнула знакомый одеколон и его собственный неповторимый запах, и в сознание начали пробиваться эмоции: тоска и желание, облегчение и страх. Хватка Эр Джея все крепла и через мгновенье окрепла настолько, что у меня вырвался слабый писк. Он сразу разжал объятия и отступил.

– Прости, я очень обрадовался, увидев тебя спустя столько времени, – он провел ладонями по моим плечам и взял за руки, нежно пожав. – Выглядишь изумительно!

Я недоверчиво взглянула на свой наряд, гадая, уж не нужны ли Эр Джею очки.

– Как ты? – спрашивал он, не отпуская мои руки. – Что ты делаешь в Чикаго? Я, конечно, вижу, что работаешь, но почему здесь? Ты переехала?

– Сколько вопросов, – вырвалась у меня идиотская фраза (шок не лучшим образом сказался на моих умственных способностях). Я не знала, как реагировать на появление Эр Джея в океанариуме. Волна спокойствия отхлынула так же быстро, как и накатила, оставив после себя растерянность.