Голландка - Нинель Мягкова

Она откровенно нервничала, будто и в самом деле встречала своего мужа, с которым не виделась целый месяц.

Мужа. Такое странное, непривычное слово.

Паспорт, с треугольным штампом внутри, лежал на трюмо, мозоля глаза каждое утро.

Каждое утро, просыпаясь и умываясь, Лана косилась на клочок картона, не в силах поверить, как ее жизнь изменилась всего за несколько недель в России.

Как там говорил Павел Кореев? Пара лет, вы и не заметите?

Один месяц, и вся ее размеренная, выверенная жизнь летит в тартарары.

Лана боялась представить, что будет дальше.

Уборка не затянулась. Квартирка у нее небольшая, при всем желании много барахла не вместит. Распихав по ящикам все неприличное, и убедившись, в шкафу есть одна свободная полка, и при распахивание дверцы содержимое всех остальных не вывалится ей на голову, девушка сочла свою миссию выполненной.

Все остальное, что Даниилу не понравится, пусть сам и поправляет.

Забавно, но сегодня они поменялись ролями, и уже Лана с нетерпением высматривала густую шевелюру мужа в толпе проходящих мимо пассажиров. Только ей приходилось куда сложнее - голландцы ростом повыше китайцев будут, и затеряться между ними  можно запросто.

Хотя бы в этот раз они знали уже друг друга в лицо, и табличка не понадобилась.

Смешно было бы, встречай она мужа с табличкой. Лана даже хихикнула тихо.

Наконец, знакомое скуластое лицо замелькало среди теснящихся пассажиров, покидавших зеленый коридор.

- Даниил! - получилось слишком громко, на нее обернулись несколько человек. Неужели столько тёзок? Или она просто привлекла внимание воплем? Какая разница, главное, парень ее заметил, и принялся пробиваться локтями сквозь снующую туда-сюда толпу. Подошёл поближе и замер, глядя ей в глаза.

- Привет. - выдохнули они хором, и оба замялись.

Повисла минута неловкой тишины. Вроде бы они родные люди по документам, женаты, положено обниматься-целоваться, но вот незадача - дальше отстранённого «Ты» они зайти не успели. Даже целовались только один раз, в загсе. Наконец, Лана подалась вперед и провела ладонью по шершавому рукаву его джинсовой куртки.

- Я рада, что ты приехал. - улыбнулась она. К ее собственному удивлению, это была не дежурная фраза из разряда «про погоду», а чистая, незамутненная правда.

- Да? - Кореев склонил голову набок, не менее самой Ланы озадаченный этим проявлением супружеских чувств.

- Конечно. Зима скоро, в одиночку я на отоплении чуть не разорилась в прошлом году. - Йоланда игриво подтолкнула его локтем в бок, чуть не уронив и сведя все к шутке. Даниил с облегчением фыркнул.

Не хотелось бы разбивать хрупкие девичьи мечты. Они с его не такой уж и юной женой могут быть только друзьями, не больше. Это Даниил про себя твёрдо решил, собирая вещи в Москве.

Хватит с него разочарований в женщинах. Вон, Татьяна. Умница, красавица, а какой оказалась гнилой человек. Снова увлекаться, верить, чтобы тебя подло предали? Нет, спасибо. Даже если они женаты по документам.

Тем более, если они женаты по документам.

У Ланы куда больше возможностей, чем у Татьяны, нагадить ему в душу. И туда он ее пускать не собирается ни в коем случае.

- Это все? На два года? - девушка недоуменно окинула взглядом один, хоть и увесистый, чемодан, и спортивную сумку, перекинутую через плечо мужа. Тот пожал плечами.

- Не потащу же я мебель. Одежду взял, ноут, кое-что для рисования. Остальное, если понадобится, на месте присмотрю.

Даниил уверенно шагал, ориентируясь по знакам, и свернул к стоянке машин. Очнулся он только от громкого, далеко не первого окрика Ланы.

- Ты куда? Нам на поезд.

Возить его на такси или в машине никто не собирался. Права у Ланы были, но собственной машиной еще не разжилась. На вопрос почему, туманно ответила «Налоги». Так что пришлось воспользоваться услугами электрички.

- А почему мы не берём такси? - вполголоса уточнил Даниил, глядя сквозь застекленную стену коридора, по которому они переходили на станцию, на длинную очередь Мерседесов и Тесл, которые водились не у каждого богатея в Москве, а здесь исполняли роль наемного транспорта. Лана проследила за его взглядом и хмыкнула.

- Ты, кажется, собирался экономить? Знаешь, во сколько нам обойдётся поездка до Хаузена?

Даниил не знал. Услышав, что больше, чем в сто пятьдесят евро, треть его теоретически рассчитанного месячного бюджета, он с новыми силами рванул на поезд.

Не надо нам такого счастья.

Поезд оказался вполне приличным. Мест свободных было полно, все-таки первая станция. Никто не метался, спеша занять сиденье у окошка, не толкался локтями и не ругался. Солидный контролёр в форме скучающе скользил взглядом по вливающейся в вагон толпе.

- А билеты? - спохватился Даниил. Лана помахала перед его носом телефоном.

- Уже. Не переживай, здесь я за тобой присмотрю.

Помимо воли парень почувствовал немалое облегчение. За границу он выезжал нечасто, в основном в Турцию или Египет, и то до смерти мамы. После Даниил перешёл в режим накопления денег и сосредоточенной учебы, и ему стало не до каникул. Так что сейчас, оказавшись в незнакомой обстановке, среди людей, которых не понимал вообще, он слегка занервничал.

Йоланда, приезжая в Россию, хоть язык знала.

Небольшая возвышенность, две стеклянные крыши зонтиками, небольшой газетно-закусочный киоск и аппарат для удостоверения билетов.

И глухой лес кругом.

Именно так выглядела станция, на которой они спустились с подножки поезда. Состав жизнерадостно свистнул, и покатил дальше.

- Мы где? - недоуменно огляделся Даниил.

В памяти невольно всплыли все просмотренные фильмы ужасов, а заодно сводки некрологов.

Ушёл в лес и не вернулся.

Маньяк орудовал в лесополосе. Как раз, если прятать труп, то вооон в тех посадках...

- Нам туда! - жизнерадостно махнула рукой Йоланда, и двинулась первой в сторону самых густых кустов, к которым, оказывается, вела припорошенная галькой тропинка. Даниил, подозрительно оглядываясь по сторонам в поисках персонажа в маске с раззявленным ртом, или полосатой майке, двинулся следом.

До него наконец дошло, почему Лана никак не отреагировала на густой дух коровника у них на даче. Она к этому была привычна. Около станции навоз благоухал чуть ли не пуще деревенского, Клязьминского.

К привычному аромату коровьих лепёшек примешивалось что-то постороннее, незнакомое, более терпкое.

- Тут конюшня рядом. - пояснила девушка, заметив его гримасы. - Только частная, покататься не получится. Если захочешь, можем позже в Радинг съездить, там прокат есть.