Я тебя не помню - Слава Доронина

Надя

Ночью я плохо спала и металась по кровати. Первое время после аварии я так сильно желала восполнить пробелы в памяти, а сейчас бы с радостью снова все забыла. В итоге я заснула лишь под утро, а пришла в себя, когда почувствовала чье-то прикосновение.

— Добрый день, — Илья Борисович крепко держал меня за плечо, делая укол.

— Не прикасайтесь ко мне! Не смейте ничего мне колоть, — я отползла от него, испуганно глядя на шприц в его руке. — Я больше не буду принимать никаких препаратов, которые вы мне назначали! Вы заодно с моим мужем, а мне теперь прекрасно известно о его мотивах!

— Надежда Сергеевна, тише… Это всего лишь обезболивающее… — он растеряно смотрел на меня сверху вниз. — Вам нельзя испытывать боль длительный отрезок времени. Глеб Викторович сказал, что вы всю ночь стонали и держались за голову… Он переживает за вас.

У меня и в самом деле сильно болела голова, но я больше не собиралась ничего принимать. Тем более по рекомендациям лечащего врача из «ИнтерМеда», который был в сговоре с моим мужем.

— Где моя дочь? — я осмотрелась по сторонам, понимая, что Дины нет рядом.

— В гостиной. С ней сейчас няня.

— Позовите ее и немедленно выйдите из комнаты! Со мной все в порядке, а я больше не дам себя травить никакой гадостью. Я нормальная, ясно вам?

— Хорошо… — он задумчиво потер подбородок рукой, а затем принялся складывать свои принадлежности в небольшой чемоданчик и вышел из спальни.

Спустя десять минут в комнате появились Катя и Дина. Дочка выглядела веселой и довольной. Она забралась ко мне на кровать и крепко меня обняла.

— Доброе утро, мамочка. Папа сказал, чтобы мы тебя не тревожили и играли в гостиной. И Катю позвал, представляешь? А бабуля поехала домой, — новость, что Виолетта Артемовна уехала, обрадовала меня, но не до такой степени, чтобы забыть обо всем, что случилось. На душе было неспокойно, потому что я не знала, чего ждать от Глеба и по-прежнему не понимала, что он задумал.

— Ну и холод сегодня, — протянула Катя, открывая шторы.

Я перевела взгляд в сторону окна и только сейчас поняла, что этот шум в голове был вызван непогодой. Это на улице завывал ветер и срывался дождь, а я думала, что и впрямь схожу с ума. Мне нужно срочно придумать, как нам с Диной выбраться из этих стен, не иначе точно свихнусь.

— Катя, тебя не было в доме в мое отсутствие? — удивилась я, дотронувшись ладонью до правой щеки, которая все еще пульсировала и болела.

— Нет, — она присела в кресло в углу. — Пока вы находились в командировке, вместо меня с Диной была Виолетта Артемовна.

— Да, мы с бабулей весело провели время. А еще папа рано возвращался с работы, и мы много гуляли, — подтвердила дочь. — Но я все равно очень скучала по тебе…

Последнее было совсем не похоже на Глеба. Обычно он не любил возиться с Диной, тем более проводить с нами вечера.

Катя пожала плечами, задерживая взгляд на моем лице, а я коснулась рукой щеки и зашипела от неприятных ощущений.

— Мамочка, а когда мы с Сафиной увидимся? Я соскучилась по ней!

— Я позвоню Полине на днях и спрошу у нее, хорошо? — ласково улыбнулась дочке и погладила ее по голове.

С Полиной недавно приключилось несчастье на рабочем объекте. Сейчас она находилась на лечении в стационаре, а все встречи наших детей мы отложили на неопределенный срок.

— А гулять сегодня пойдем?

— Я неважно себя чувствую. И погода за окном плохая. Поиграем сегодня дома, хорошо?

Катя принесла мне завтрак в комнату, а потом я сходила в душ, сменила белье и одежду. Взглянув на себя в зеркало, я пришла в ужас. На правой скуле виднелся огромный кровоподтек. И после этого Глеб утверждал, что любит меня? Он любил деньги, власть, но никак не меня и мою дочь.

Дочь… Даже не верится, что он со своим деспотичным характером принял ребенка от чужого мужчины и записал его на себя. Неужели он не знал, чьей была Дина? Ни за что в это не поверю.

После укола, который сделал мне Илья Борисович, мысли и в самом деле немного прояснились, а боль отступила. Я стала чувствовать себя лучше. Надеюсь, это был не наркотик, чтобы Глеб до кучи обвинил меня в том, что я еще и наркоманка? А может быть, пока я спала, врач осмотрел меня, чтобы Глеб впоследствии смог использовать это против Максима? Как и этот кровоподтек на лице, сказав, что я вернулась домой уже с ним?

— Надежда Сергеевна, у вас все хорошо? — в дверь постучали, и я вздрогнула, услышав голос Кати.

Няне, которую выбрала для Дины два года назад, я доверяла, но после всего, что произошло в моей жизни, даже на нее полагаться было опасно. Быстро проверив сообщения на телефоне, который выдал мне Шведов, я снова выключила его и спрятала в тайнике. Глебу о нем лучше ничего не знать.

— Да, все нормально, — отозвалась я и открыла дверь.

Этой ночью я многое вспомнила: и свой первый раз со Шведовым и наши непродолжительные отношения… Почти все восстановила по крупице, за исключением одного: почему я плакала и чувствовала сильную боль в груди, когда попала в аварию? Это было совершенно точно не из-за ссоры с отцом. Наверное, чтобы восстановить эти воспоминания, потребуется чуть больше времени?

Поздно вечером Глеб вернулся домой, а меня начала бить дрожь от осознания, что он сейчас переступит порог спальни и снова начнет каким-либо образом давить на меня. Дина уснула со мной, а я решила, что эти дни никуда не отпущу от себя ребенка. Совершенно не представляла, как лечь с Глебом в одну постель. Ему придется меня изнасиловать, чтобы добиться интимной близости.