Сердолик без оправы - Айлин Даймонд

Но то, что последовало за констатацией факта беременности, ввергло в новые тревоги, от которых не могла избавить никакая доброжелательность. Проведя новоявленную клиентку через положенные анализы, доктор задумался над результатами. Потом пригляделся к лицу Аннабел и принялся осторожно выяснять обстоятельства и перспективы ее личной жизни.

Узнав, что предполагаемый муж не звонит и не приезжает, доктор нахмурился. Постучал ручкой по столу, поглядел в окно, перевел взгляд на пациентку.

— Вот о чем я должен предупредить вас, мисс Кловер. Сразу и со всей определенностью. Дело в том, что на этих сроках существует большая вероятность выкидыша. Кое-что в ваших данных мне не нравится.

— Что именно? — насторожилась Аннабел.

Доктор развел руками.

— Если бы вы были медиком, мы обсудили бы это. Но, боюсь, незнакомые термины напугают вас, вызовут лишний стресс. А стресс — запомните это, мисс Кловер! — стресс вам сейчас ка-те-го-ри-чес-ки противопоказан.

Тон, из мягкого мгновенно ставший суровым, поразил Аннабел до самых пяток. Она тихо выговорила:

— То есть… речь идет о жизни… моего ребенка?

Доктор утвердительно кивнул.

— Именно так! Слушайте меня внимательно, мисс Кловер. Я дам необходимые инструкции по поведению, принимаемым препаратам, я буду следить за вашим состоянием до самого исхода и не сомневаюсь, что он будет успешным, но при условии, что вы сейчас — именно сейчас — будете беречь себя от каких-либо нервных срывов. Иначе все медицинские средства будут бесполезны. Вы меня поняли?

— Да, — прошептала Аннабел.

Доктор повеселел и принялся излагать длинную череду советов. Аннабел слушала рассеянно. Дома, в спокойной обстановке, она разберется со всем этим как следует. Да и постоянный контакт с доктором гарантирует своевременную помощь. Но Аннабел вышла из кабинета в буре противоречивых чувств.

Она перестала понимать, что делать, чего ожидать, к чему готовиться. А вдруг…

Впервые страшная мысль пришла в голову. Вдруг он не приедет? И скоро приедет мать. Которая до сих пор ни о чем не догадывается.

Не в силах вынести тяжесть новых чувств и мыслей, Аннабел в конце концов решилась и набрала номер Огдена Хакена. Знакомый голос, добрый, сочувственный тон немного успокоили.

— Энни, как я рад!

— Взаимно.

— Что-нибудь случилось? — настороженно спросил Огден.

— Н-н-ничего.

— Как мама?

— Не знаю. Наверное, хорошо. Она еще не вернулась.

— Энни, мне не нравится ваш тон.

— А что такого в моем тоне? — раздраженно откликнулась Аннабел.

— По-моему, у вас что-то случилось.

— Нет, говорю же вам: все в порядке.

— А… тогда зачем вы мне звоните? Чтобы послушать мой голос?

— Огден… мне стыдно признаться, но я безумно счастлива. И поняла, что мне некому об этом рассказать, кроме вас. Раньше бы я не смогла этого. Но теперь, узнав, как обстоят дела, могу вам рассказать все.

Следующие десять минут ошарашенный Огден Хакен слушал сбивчивый рассказ о произошедших в горах событиях. Слушал, не перебивая ни единым словом Аннабел, решительно кинувшуюся в заочную исповедь, как когда-то — невероятно давно! — под ледяной душ водопада.

Наконец она выдохлась и умолкла. Молчал и Огден.

— Ну вот, теперь вы все знаете. Почти все, — мрачно произнесла Аннабел. — Учтите, мама не знает ничего.

— Спасибо, дорогая Энни. Я не ожидал такого доверия с вашей стороны. Я очень тронут. И… и мне очень вас жаль.

— Огден, вы для меня теперь самый дорогой друг. Я чувствую, что вы единственный человек на свете, которому я могу довериться и который мне может помочь.

— Помочь вам я всегда рад. Но в чем проблема? Вы больше не любите своего снежного барса?

Аннабел вздохнула.

— Я люблю его все больше и больше.

— Значит, это настоящее чувство. Очень рад за вас. И завидую этому парню.

— Спасибо. Но я не сказала еще три вещи.

— Какие?

— Во-первых, Гарри обещал вот-вот приехать.

— Это чудесно!

— Во-вторых, он не едет и не звонит. — Аннабел не выдержала и заплакала.

— Понятно, — растерянно отозвался Хакен. — Но… Энни, бывают разные обстоятельства. Постарайтесь успокоиться.

— И не отвечает на мои звонки.

— Это не беда. Может быть, он просто потерял телефон. В горах всякое бывает. Или какие-нибудь технические проблемы. Это неважно. Может быть, он повел очередную группу туда, где связь недоступна.

— Он собирался уволиться! — нервно перебила его Аннабел.

Огден спокойно ответил:

— Я постараюсь узнать насчет местонахождения мистера Стоуна. Ведь с фирмой «Роза ветров» работал именно я.

— По просьбе мамы?

— Да, — смущенно признался Огден. — Получилось, что я своими руками познакомил вас с этим… Гарри.

Нелепая фраза невольно насмешила Аннабел.

— А какая третья вещь? — осторожно поинтересовался Огден.

Аннабел взяла длинную паузу.

— Знаете, Огден, я сегодня узнала еще одну потрясающую новость.

— Джоан Кловер все-таки решила баллотироваться в сенаторы?

— Огден, я беременна.

Пауза, которую взял мистер Хакен; была значительно дольше. Он был явно потрясен. Но справился с собой.

— Прекрасно.

— Вы думаете?

— Да, прекрасно. Все прекрасно, только не говорите пока об этом Джоан.

— Я тоже так решила. Ну вот, дорогой Огден, теперь вы знаете обо мне все.

— Я понял. Милая Энни, благодарю вас за доверие. Правда, пока не очень понимаю, чем и как смогу вам помочь и в каких пределах. Пока что пообщаюсь с фирмой «Роза ветров», попытаюсь узнать, как обстоят дела у мистера Стоуна. А вас прошу держать меня в курсе происходящего.

— Обязательно. Спасибо, дорогой Огден.

— И помните, Аннабел, в жизни случается всякое. Но что бы ни случилось, самое важное то, что вы отныне в ответе не только за себя. Помните об этом. Что бы ни случилось. Будьте готовы ко всему.

— Обязательно.

Аннабел отключилась.

Второй раз сегодня выписывают строгий рецепт. Прислушалась к себе. Да, все сделано правильно. Как здорово, что у меня есть он, чудесный Президент лиги милосердия. Уверенный и спокойный голос Огдена Хакена вернул спокойствие и уверенность. Все будет хорошо.