Северная корона. Часть 2 - Анна Джейн

Молодой человек не без труда примостился в шкафу, завешанном женской одеждой, и Даша закрыла створки, а после ласточкой кинулась на кровать в компанию к Нике, что-то едва слышно произносящей в своем пьяном сне цвета смешанных абсента и мартини.

- Николетта, ты в порядке?! - распахнул дверь кругленький Владимир Львович, облачённый в пижаму веселенькой голубенькой расцветки, и включил электрический свет, подслеповато щурясь. За его спиной стояла его высокая супруга Людмила Григорьевна, кутаясь в длинный, достающий до пола халат. Лицо ее было недовольным. Супруги Карловы прошли в комнату и едва не напоролись на осколки вазы.

- Что это еще такое? - возмутилась мама Ники, подбирая цветы - ей стало жалко их. Точь в точь, как выброшенные из аквариума рыбки, погибающие без воды.

- Ой, - "проснулась" Даша, которая уже и не знала, как ей отмазаться, если предки Карловой найдут незнакомого парня в шкафу. - Ой, здравствуйте...

- Дарья? - посмотрел на нее Владимир Львович удивлённо. Он знал, что дочка пойдет куда-то вместе с подружкой, но не знал, что они будут ночевать у них в квартире. Нет, он ничего не имел против, просто удивился.

- Ага, я, - кивнула девушка сонно, усаживаясь на кровати. - Мы тут это... с Никой в клубе были, а потом к вам поехал и тихонечко прошли. Чтобы вас не разбудить...

- Ну, не совсем уж тихонечко, - усмехнулась Людмила Григорьевна, собирая розы, пока ее муж тормошил Нику. - Володя, не наступи на осколки! - прикрикнула она на мужа, пытающегося понять, почему дочурка не просыпается. Даша проследила за его действиями и деланно смутилась:

- Это, простите, Ника чуть-чуть перебрала... Сейчас вот встала зачем-то, вазу уронила, а потом обратно в кровать завалилась, - не стесняясь, сочиняла брюнетка, изредка косясь на шкаф, в котором находился Ник. Ситуация казалась ей более, чем пикантной. А Кларскому - более, чем просто тупой. Очень тупой. Наитупейшей.

- Напилась? - сурово поджала губы мама Карловой, глядя на что-то вновь забормотавшую во сне дочку. - У нее через пару дней такое событие, а она, как подросток себя ведет! Напилась в клубе! Отличное предисловие во вступление в новую жизнь, просто великолепное!

- Ника не хотела, - принялась защищать подругу Даша. - Так получилось.

- У тебя же до такого состояния не получилось напиться, а у нее получилось, - покачала головой Людмила Григорьевна. - Кошмар. Надеюсь, Саша не узнает. Даша, ты ведь ему ничего не скажешь? Очень некрасиво получится, если он узнает, что его невеста - как молодежь вырежется нынче? - бухает беспробудно.

"Невеста" стало главным словом, которое выделил для себя из этого диалога Ник. Какая еще на фиг, невеста?!

- Конечно, нет, - заверила родителей Ники брюнетка. Маму подружки она слегка побаивалась.

- Милая, успокойся, - ласково сказал супруге Владимир Львович. - Ну, получилось так у девочки, с кем не бывает? Вот Орлов однажды так напился, что...

- Хватит кормить меня своими байками об этом никчемном идиоте, - прервала его Людмила Григорьевна, которая очень хотела спать. А про друга мужа она уже и слышать не могла.

- Ну чего ты так злишься? - ничуть не обиделся Владимир Львович. - Давай-ка сюда розы, я в другую вазу переставлю.

- Я спать хочу, чего я злюсь? - продолжала кипятиться женщина. - А родная дочь сшибает по ночам предметы в темноте, потому что пьяна в зю-зю! А у меня, между прочим, завтра тяжелый день! У нас проверка будет из администрации. И я уже замоталась со всей этой подготовкой к свадьбе! Как будто бы я сама выхожу! Мы тут с Сашей все делаем, бегаем, как парочка безумных полудурков, а эта дурочка напилась и спит себе спакойненько!

Даша внутренне сжалась, ожидая грозы, но Владимир Львович, действующий на супругу умиротворяюще, взял ее за локоть и сказал:

- Солнце мое, давай оставим девочек спать. Разберешься с Николеттой завтра. Ты иди в постель, а я пока уберу стекло.

- Давайте, я уберу? - пискнула девушка, которой стало неловко.

- Ну что ты, Дашенька, ложись, я сам. Тем более, что я в отпуске, - улыбнулся ей папа Ники. - Мне завтра никуда вставать не надо.

Людмила Григорьевна, покачав головой, направилась в спальню, а ее неунывающий супруг бодрым мячиком покатился за веником и совком. Даша облегченно вздохнула, но тут же закрыла лицо руками, как только услышала удивлённый вопль Владимира Львовича:

- Люда! Люда!

- Что ты орешь на весь дом ночью? - послышался сердитый голос Людмилы Григорьевны.

- Откуда у нас в доме мужская обувь?!

- Какая еще обувь?

- Вот такая, - даже как-то обиженно отозвался почтенный глава семейства Карловых. - Явно не моя.

- Ты с ума сошел, Володя? Вся мужская обувь в этом доме - твоя.

- Тут стоят ботинки светлые, замшевые. У меня таких нет. И вообще, они мне не по размеру.

- Блин, да что же это такое, - прошептала Даша, с тревогой взглянув на шкаф, где прятался незнакомец. Наверное, он уже и сам не рад, что решил помочь донести девушку. Она зайчиком выбежала в прихожую и, плетя новую паутинку лжи, начала бодренько:

- Знаете, это Ника с собой принесла. Это.. сказала, что Сашины.

- Сашины? - удивился Владимир Львович, с любопытством рассматривая обувь, держа ее в руке перед самым носом.

- По-моему, наша дочь совсем рехнулась, - отчетливо сказала Людмила Григорьевна. - Я думаю, настал тот счастливый день, когда она должна посетить психиатра или, как минимум, невролога. Даша, скажи честно, она что, наркотики попробовала?

- Нет, - честно отозвалась девушка, понимая, что подруга на утро ее убьет. Хотя нет, сама ведь виновата, что накушалась! - Только коктейли. Я бы наркотики ей не разрешила.

- Ладно, - приняла решение женщина, которая явно была в этой семье главой, привыкшей решать все за всех. - Давайте спать. Утром все вопросы решим. И, Володя, положи эти ботинки на место, наконец, - велела она супругу.

- Но, дорогая...

- Я сказала, что все решим завтра. Положи обувь. И не забудь вымыть руки, пожалуйста, перед тем, как в кровать пойдешь.

Даша помогла Владимиру Львовичу собрать осколки, растрогав его своей помощью, после выключила свет и, поняв, что родители Ники улеглись в кровать, подкралась к шкафу, в котором прятался Никита.

- Эй, - тихонько позвала она парня, - ты там еще не уснул?

Даша наклонилась в дверце, а та распахнулась и едва не поставила под глазом у девушки очаровательный фингал. Он пришелся бы отличным украшением к свадьбе Ники, где Даша была свидетельницей.

- Осторожнее! - успела отскочить в сторону брюнетка. Ник, ни слова не говоря, вылез. Ноги у него порядком затекли. Только парень не чувствовал этого - из-за услышанного, которое его порядком поразило. Он слышал каждое слово и Даши, и родителей Карловой, и прекрасно понял, что кое-ко все-таки не дождался его и теперь выходит замуж. Понятно, откуда взялись проклятые розы. Естественно, молодой человек не выдавал ни одной из своих эмоций, но внутри у него бушевала гроза. Вроде бы он всего лишь хотел посмотреть на обладательницу малиновых губ издалека, а после навсегда уйти, ибо месть, которую он задумал, подразумевала именно это, но ревность все же лесным пожаром, подгоняемым ветром, распространялась внутри тела Никиты. Ревность жила в каждой клетке сердца, которое, кажется, выигрывало бой у мозга.