Всем несчастьям назло - Наташа Окли

Виктория как фурия влетела в комнату и бросила на стол газеты. Следом за ней вошла Изабель, однако ее лицо было безмятежно.

— Как безответственно! — воскликнула Виктория. — О чем ты только думал?

Себ для приличия взглянул на фотографии, хотя и так прекрасно знал, что на них изображено.

— Каким образом папарацци пробрались внутрь замка? — спокойно спросил он.

— Не в этом дело. Ты меня уверял, что между тобой и доктором Чемберс ничего нет. И вот вас застают целующимися!

— Раньше ничего не было, — Себ встал и подошел к окну, разглядывая крыло для гостей. — Зато теперь есть.

Изабель подняла газету, лежащую сверху стопки, и посмотрела на фотографию Марианны.

— Это с ней ты вчера танцевал?

— Да.

— Она красива.

Себ улыбнулся.

— Это точно.

При этих словах в комнату вошла их мать.

— Молодец, Себ, нечего сказать. Теперь твоя помощь при аварии на третьей странице, зато роман с этой простушкой на первой.

Себ развернулся к ним.

— Я сделал Марианне предложение.

Виктория упала в кресло и закрыла лицо руками.

— Не могу в это поверить.

— Я влюбился в нее еще десять лет назад, и теперь планирую жениться на ней.

— Ты принц! — негодовала Виктория. — У тебя есть обязанности. Ты не можешь жениться на первой встречной англичанке, которая думает, что быть принцессой забавно, и…

Себ перебил ее, стараясь не показывать свой гнев:

— Доктор Чемберс — известный ученый. И ей придется пойти на множество жертв, чтобы стать моей женой.

— А десять лет назад она была дурочкой, которая переспала с едва знакомым парнем.

— Достаточно! — повысил голос Себ.

— Успокойся, Виктория, — вступилась за Себа мать. — Похоже, люди в последнее время изменились. Думаю, они будут рады, если принц женится по любви. Это приблизит его к народу.

— Мама! Ты шутишь, — не поверила своим ушам Виктория.

— Я говорю абсолютно серьезно. Себ, мне бы хотелось повидаться с твоей невестой. И, надеюсь, ты понимаешь, что в ближайшее время тебе придется сделать публичное заявление.

В дверь постучали.

— Войдите, — произнес Себ.

— Ваша светлость, — в комнату вошел Алоиз фон Дитрих, — могу ли я поговорить с вами наедине?

Кивнув сестрам и матери, Себ вышел вслед за Алоизом.

— У тебя такой вид, будто наступил конец света.

— Так оно и есть, сэр. — Алоиз показал Себу газету. — Это появилось в Лондоне сегодня утром.

— И что же здесь такого криминального?

На первой странице красовалась старая фотография Марианны. Заголовок рассказывал всему миру, что невеста принца была беременна.

— И это уже появилось в газетах?

— Только в этой, сэр. Пока.

Себ тихо выругался и снова взглянул на фотографию Марианны. Да, она рассказала ему о дочке, но принцу было безмерно больно видеть ее беременной на фото.

— С утра не умолкает телефон. Звонят из редакций, требуют объяснений. Многие считают, что вы привели в замок свою любовницу.

— Сообщи, что в шесть часов вечера я сделаю заявление. Лучше сразу со всем разобраться, — сказал Себ и вернулся в комнату. — Лондонские репортеры не дремлют, — он протянул матери газету.

Она взглянула сначала на фотографию Марианны, а потом на сына.

— У нее есть ребенок? Твой?

— Мой, — кивнул Себ.

Изабель села в кресло и выругалась.

— Наш ребенок умер семнадцатого апреля, — мрачно произнес Себ.

— Слава богу! — воскликнула Виктория и сразу же добавила, увидев исказившееся лицо брата: — Я имею в виду, что незаконнорожденный ребенок еще одна проблема. Особенно, если бы ты его не поддерживал. Это создало бы вокруг тебя репутацию плохого отца…

— Дорогой, — перебила ее мать, — ты сейчас никак не можешь на ней жениться.

Марианна отшвырнула от себя газету. Началось то, чего она больше всего боялась. Прошлое преследовало ее. И хотя Марианна понятия не имела, откуда взялась компрометирующая фотография, сейчас это было уже неважно.

У Марианны дрожали руки. Слава богу, что они с Себом не успели сделать заявление о помолвке, поскольку теперь надежда выйти за него замуж развеялась как утренний туман.

Он любит ее, но Андоварию он любит больше.

И Марианне не хотелось выслушивать его объяснения о том, что свадьба отменяется. Ей нужно срочно уехать.

Но куда? Ее дом в Кембридже наверняка осажден репортерами. Да и как незаметно выбраться из замка, окруженного папарацци?

Охваченная паникой, Марианна сжала голову руками.

Ей надо поговорить с Себом. Возможно, в княжестве найдется какой-нибудь безопасный домик, где она сможет переждать бурю.

А еще необходимо объясниться с Питером и Элианой. Пожалуй, с этого нужно начать. Марианна взяла из шкафа шаль и накинула ее себе на плечи. Она подвела Питера. Что же он теперь будет делать? Марианна с отвращением вытерла слезы, достала чемодан и начала складывать одежду. Она быстро сложила все свои вещи, потом подошла к туалетному столику, на котором лежал золотой кулон.

Десять лет она была с ним неразлучна. Ее пальцы дрожали, когда она открыла его и вгляделась в фотографию Джессики, их маленькой дочки.

Поддавшись порыву, Марианна оставила кулон открытым на подушке. Затем она взяла чемодан и вышла из комнаты. Пора уезжать.

Но сначала ей нужно объяснить Питу, что она больше не может быть его глазами… У Марианны снова потекли слезы.

— Хочешь чашечку чая? — спросила Марианну Элиана Блэквелл. — Ты выглядишь так, будто только это тебя и спасет.

Марианна покачала головой.

— Думаю, я лучше пойду прогуляюсь.