Телохранитель для дочери друга - Стелла Кьярри

– Да, конечно, Лейла Егоровна, – без лишних вопросов и сомнений открывает мне дверцу автомобиля. Прекрасно. Тотальный контроль отменен. Значит, Владимир тоже сделал выводы после нашей «беседы».

* * *

– Вас не узнать… – выдавливает охранник, разглядывая меня. Его брови ползут наверх, когда он выходит меня встречать.

– Надеюсь, перемены к лучшему?

– Безусловно. Только жаль ваши волосы… очень красивые были.

– Ничего. Иногда нужно избавляться от лишнего. Так легче дышится.

– Ну вам и так очень хорошо. Это правда.

Вижу, что говорит искренне. Я и сама не могу привыкнуть к отражению. Волнистые волосы до поясницы сменились гладким прямым каре. Длинные цыганские серьги остались в мусорном ведре, теперь в моих ушах мамины пусеты с бриллиантами. На шее вместо кожаного чокера золотая цепь с буквой «Л», папин подарок. Без вычурности и излишество, но утонченный. Идеально подходит к целомудренному вырезу на новом платье. Очередная карта опустошена, но на этот раз моя одежда советует представлению о взрослой, стильной леди. Костюмы, блузки, юбки ниже колена… папа бы мной гордился. Хотя одной одеждой уважение не заслужить.

– Куда поедем дальше?

– Была бы очень признательна, если бы вы отвезли меня в фирму отца.

– Разумеется, – кивает, с восхищением посматривая в мою сторону. Игорь душка. И кажется, заинтересован мной. Бедный малый, боюсь, я не смогу ответить ему взаимностью. Я вообще не буду верить мужчинам. У них на уме нет ничего кроме основных инстинктов.

В конторе все, как и раньше. Судя по моим впечатлениям и комментариям юриста, смерть отца не слишком глобально повлияла на дела, потому что четко отлаженная система и надежные люди работают как часы. В этом был несомненный талант папы, собирать вокруг себя тех, в ком был уверен. Вот только с Марго он промахнулся.

– Садись. – помощник отца Сергей указывает мне на кресло. – Как ты? Прими мои соболезнования. Уход Егора Алексеевича для всех нас стал огромной неожиданностью и важной утратой.

– Спасибо. Пытаюсь адаптироваться, – отвечаю довольно сухо, не желая обсуждать то, чего не изменить.

– Ты пришла поговорить о делах? Предлагаю собрать небольшое совещание…

– Да. И еще я хотела бы проконсультироваться по вопросу опекунства над сестрой.

– Хорошо. Я к твоим услугам, – расплывается в вежливой улыбке.

Совещание и обсуждение дел проходят довольно оперативно. Меня не посвящают во внутреннюю кухню и обходятся дежурными фразами. Я среди взрослых мужчин – белая ворона. Меня не воспринимают всерьез. Хорошо хоть догадалась одеться подобающе. Чувствую по снисходительному тону и взглядам, что в понимании мужиков девушке не обязательно быть умной, ее дело – посещать в салон красоты и варить борщ. Да уж… Завоевать доверие, уважение и авторитет среди таких «акул» будет очень нелегко. Поэтому я выбираю тактику молчаливого согласия, слушаю и киваю, благодарю и заканчиваю разговор. Нужно переварить услышанное и хорошенько подумать.

– Твой отец собирался взять тебя на стажировку. Если сможешь совмещать учебу и работу, то я все устрою, – обещает Сергей.

– Не уверена, что смогу совмещать. Мой колледж далеко отсюда. В этом основная проблема. К тому же я бы не хотела оставлять Амалию одну.

– Ты не рассматривала вопрос о переводе в местное учебное заведение? Зачем тебе продолжать учиться заграницей?

– Не знаю… – пожимаю плечами. Как-то не думала об этом.

– Я могу поговорить со своим хорошим другом… Он курирует один из самых престижных ВУЗов нашего города. Тебе, конечно, придется пройти собеседования, предъявить отчет об успеваемости… но я не думаю, что возникнут проблемы. Если все срастется, есть вариант устроить тебя сразу на третий курс.

– Хм… звучит заманчиво, но…

– Будешь хорошо учиться, закончишь экстерном. Параллельно пройдешь практику и сможешь работать. Если, конечно, это то, о чем ты мечтала…

– В первую очередь меня беспокоит будущее Амалии и ее здоровье. Я бы не хотела полностью оставлять ребенка на нянек.

– Ты готова посвятить все время семье? – прищуривается.

– Скажем так, это для меня имеет больший приоритет, чем работа в папиной фирме.

– Могу я дать тебе совет?

Киваю.

– Опекунство над сестрой тебе просто так не дадут. Ты должна будешь доказать, что сможешь содержать сестру финансово. А без работы и образования воспитывать особенного ребенка довольно сложно, да и вообще в наше время жизнь очень дорогая.

– Я подрабатываю моделью… иногда. Не слишком большие деньги, но хватает на личные расходы.

– Это неплохо. Но недостаточно. Твой счет не резиновый, к тому же на нем стоят ограничения. Тебе необходимо доучиться и получить более стабильную и востребованную профессию. Никто не знает, что будет дальше. Ты должна стать независимой, потому что, кроме себя, тебе не на кого рассчитывать. Содержание одного только вашего дома обойдется в круглую сумму… а еще налоги, вещи, детское питание, продукты, услуги врача и развивающие центры для Амалии… Звучит не слишком обнадеживающе, даже при том, что твой отец оставил наследство. Ты, конечно, можешь все продать, но ведь любые деньги имеют свойство кончаться, а вы с Амалией привыкли к определенному комфорту.

Вздыхаю, обдумывая его слова.

– Знаешь, я отчасти могу понять твои эмоции сейчас. Поэтому и раздаю советы. Я был в похожей ситуации и знаю, о чем говорю. Именно трудности позволили мне в свое время учиться и двигаться дальше. Если бы не упорство и труд я не сидел бы сейчас перед тобой такой, какой есть, – теребит браслет от дорогих часов.  – Главное, не вешать нос и не впадать в депрессию. Я помогу тебе с работой, это воля твоего отца и мой долг. Но без твоего желания и участия ничего не выйдет. Как сказала бабушка, когда мне исполнилось шестнадцать и умер отец: детство кончилось, Сереженька. Тебе нужно научиться зарабатывать и обеспечивать себя самому.

Сергей осушает стакан с водой. Не слишком легкий разговор, но я благодарна ему за честность. И не могу не согласиться.

– Приложив определенные усилия, доучишься быстро. Я помогу тебе пройти практику. Несколько лет и ты станешь молодым специалистом с опытом работы, багажом знаний и дипломом. Параллельно сможешь проводить время с Амалией. Без няни, конечно, не обойдется, но ведь у нее уже есть опекун… Келлер, верно?

При упоминании Владимира внутри все сжимается.

– Он самый.

– Так вот и делегируй ему часть обязательств. У него есть деньги и связи, поможет с ребенком. Не торопись оспаривать волю отца и затевать дело по лишению опеки. Зачем тебе лишние проблемы, если можно договориться с Владимиром? Человек он весьма неплохой.

– Не могу согласиться.

– Почему?

– Личная неприязнь, – вспоминаю его ночной визит, и по коже бегут мурашки.

– Ты