Камердинер, который любил меня - Валери Боумен

– Нет, конечно.

Белл нахмурился.

– Почему нет?

– Потому что я определенно хочу знать, что ты задумал.

– Но что, если я не могу сообщить тебе подробности?

– Не можешь или не хочешь? – уточнила Марианна, явно припомнив, как он допытывался о причине смерти ее брата.

Белл улыбнулся, привлек ее к себе и поцеловал в обнаженное плечо.

– Марианна, милая Марианна, как бы я хотел провести с тобой в постели всю оставшуюся жизнь!

Она снова рассмеялась, отбросила волосы с лица и села, откинувшись на подушки.

– Мне почему-то кажется, что тебе, в конце концов, надоест. Кстати, каким ты видишь наше расставание?

– Зачем говорить о грустном?

Осталось четыре дня всего – или целых четыре дня, когда они могут позволить себе притворство. Странно. Раньше Белл обожал играть самые разные роли, а вот на сей раз все иначе: было грустно думать, что игра подходит к концу.

– Ты и сам знаешь, что всему этому скоро придет конец, – сказала Марианна, – и я хочу знать, кто ты такой, до того, как мы расстанемся навсегда.

– Значит, теперь ты хочешь знать? – засмеялся Белл.

– Я всегда хотела, но сейчас больше, чем когда-либо.

– Мне бы тоже хотелось узнать, кто ты, – сказал Белл.

Они несколько секунд смотрели друг на друга, упрямо стиснув зубы.

– Ты уедешь раньше, чем мы вернемся в дом Копперпотов? – наконец, спросила она.

– Возможно. Пока не знаю. По крайней мере не позже. Впрочем, это зависит от состояния здоровья Бротона.

Белл еще не оставил надежды обнаружить предателя до окончания приема.

– Ты все еще не хочешь сказать мне, кто ты и почему живешь под чужой фамилией? – спросил Белл.

– Разве это имеет значение? – заметила Марианна, положив руку под голову.

– Ну а хотя бы, почему ты здесь, можешь сказать?

– А ты?

Они опять уставились друг на друга: никто не желал уступать.

– Я скажу, если и ты скажешь, – в конце концов предложила Марианна.

Белл хмыкнул и не без скепсиса бросил:

– Обещаешь?

Она кивнула.

– Обещаю.

– Очень хорошо. – Белл поднес ее руку к губам и поцеловал каждый пальчик. – Я знаю, доверять кому-то непросто, но я попытаюсь, если ты сделаешь то же самое. А еще мы должны перестать задавать друг другу вопросы.

Марианна вздохнула.

– Отлично, но ты первый.

Белл хмыкнул:

– Ладно. – Он на некоторое время задумался, подбирая нужные слова. – Я здесь для того, чтобы поймать преступника.

Марианна спокойно кивнула.

– А я ищу убийцу моего брата.

Казалось, из комнаты в одночасье исчез весь воздух. Мужчина и женщина уставились друг на друга так, словно виделись впервые в жизни. Белл обрел голос первым:

– Но с чего ты взяла, что он здесь? Ты сказала, что брат погиб на войне.

– Совершенно верно, но я сказала, что его убили. И потом именно ты предложил больше не задавать друг другу вопросов.

– Да, но, черт возьми, теперь я хочу знать!

– А ты скажешь, какого преступника разыскиваешь?

– Нет.

– Тогда и я не скажу, как именно погиб мой брат. Я и так наговорила достаточно.

Белл нахмурился.

– Как можно найти убийцу на приеме в загородном доме?

– Думаю, не сложнее, чем тебе – своего преступника.

О господи, ну почему эта женщина так упряма? Белл еще никогда не встречал таких упертых. Как правило, когда он пускал в ход свои чары, женщины рассказывали ему даже то, что знать ему вовсе не нужно, но Марианна оказалась другой, на нее его обаяние не действовало.

– Отлично! – буркнул Белл и со злостью врезал кулаком по подушке. – Значит, мы до гробовой доски так и не познакомимся.

Марианна засмеялась.

– Я пока не загадывала так далеко, если неизвестно, что будет завтра.

Белл не смог сдержаться.

– Ты действительно думаешь, что убийца твоего брата здесь? В этом доме?

Марианна несколько секунд молча водила пальцем по простыне, потом наконец, сказала:

– Я не знаю.

– Но он может быть здесь?

– Да.

И опять повисло неловкое молчание, но через несколько минут она все же отважилась положить голову ему на плечо и проговорила:

– По-моему, это безумие.

Белл лишь вздохнул.

Прошло еще несколько минут, и Марианна спросила:

– Ты знаешь Альбину, горничную леди Уинфрид?