Мама на Рождество - Екатерина Орлова

Ну все. Теперь точно пора сбегать.

Глава 17

Эрика

К счастью, Милли приехала с отцом Киллиана, мистером Томасом, а он не выказывал такого любопытства и интереса, как его жена. Пока мистер Томас помогал Милли раздеться и разуться, я быстро попрощалась и сбежала. Кил быстро и настойчиво целовал меня у двери моей машины, пока открывались ворота гаража, а потом я наконец уехала.

Сегодня клиника открыта только для пациентов, нуждающихся в срочной помощи. У ветеринаров гораздо меньше работы в праздники и непогоду, чем у обычных врачей. Так что Кларк ожидаемо вытолкал меня из клиники и запер дверь, кивком указав на машину.

Я съездила в приют, осмотрела животных, которые в этом нуждались, поздравила сотрудников и уехала. Кружила по городу примерно полчаса, думая, чем могла бы заняться. Приехала домой, приняла душ, переоделась в пижаму, и тут позвонил Киллиан.

А теперь я еду в центр города «гулять, пить горячий шоколад, играть в снежки и наслаждаться Рождественской атмосферой». Я пыталась отказаться, честно, но мистер Томас был решительно настроен.

Припарковав машину, бреду через ярмарку. Глаза разбегаются от красоты вокруг. Везде светятся огоньки, люди улыбаются, кутаясь в теплую одежду и обнимая ладонями большие стаканы с горячим шоколадом, на поверхности которого плавают крохотные разноцветные маршмеллоу. В самом центре стоит огромная елка, увешанная гирляндами и большими шарами, справа у входа в парк взрослые и дети играют в снежки, а слева установлен большой каток, по которому скользят люди на коньках. Сейчас ничто, кроме сугробов, не напоминает о метели, которая бушевала еще вчера. Внутри меня бурлит восторг, и я хочу попробовать буквально все: и шоколад, и сладкую вату, и куриный шашлык с запеченной паприкой. Пострелять в тире, поиграть в снежки и прокатиться на коньках, на которые не вставала уже два года.

Кручу головой по сторонам, пробираясь к детской площадке, возле которой договорилась встретиться с Киллианом и Милли. Не доходя до нее, останавливаюсь, глядя на то, как Кил подхватывает съезжающую с горки Милли, а она задорно хохочет, откидывая голову назад. Как только он ставит дочку на ноги, она тут же разворачивается и снова бежит, чтобы встать в очередь на горку. Когда Кил подхватывает ее еще два раза, я подхожу к ним.

— Мама! — выкрикивает Милли, а мои глаза становятся по ощущениям огромными. Я оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять, действительно ли с ними гуляет ее мама. Но Милли смотрит прямо на меня.

— Панда, я же сказал, — строгим голосом говорит Киллиан.

— Привет, Эйка! — здоровается она все еще с энтузиазмом, но уже немного тише. — Папочка, а мы уже можем купить панду и попить шоколад? Ты сказал, когда Эйка придет, мы пойдем туда.

Она указывает пальцем на ларьки с едой, и мои плечи расслабляются. Значит, жены Кила здесь нет. Бывшей жены. Да он и не стал бы звать меня погулять с ними, если бы она была здесь, правда? Хотя я совсем не разбираюсь в мужчинах и толком не знаю, на что они способны.

Мы задерживаемся на площади до самого вечера. Пробуем все, что выглядит аппетитно, катаемся на всех горках, стреляем в тире, Кил покупает Милли плюшевую панду, потом мы катаемся на катке. После всего этого Кил несет дочку к машине. Сама Милли ходить уже не способна. Она медленно моргает, пытаясь оставаться бодрой, но у нее плохо выходит. Панда, кажется, сто раз спросила меня, не уйду ли я, а теперь крепко держится за мой палец, чтобы я вдруг не испарилась. Не знаю, чем я так ей приглянулась, но она расположена ко мне с первого дня.

Чтобы Киллиан мог усадить Милли в кресло в машине, я пытаюсь вытянуть палец, но малышка начинает хныкать. Кил смотрит на меня, а я — на него. И вот что делать? Она же сейчас уснет, забыв о том, чтобы держаться за меня, можно и потерпеть немного ее слезы. Но при следующей моей попытке освободиться, Милли кричит громче. Мне ничего не остается, кроме как взять ее на руки, сесть в машину, где с другой стороны у меня ее подхватывает Кил и усаживает в кресло, пристегивая. Панда все еще балансирует на грани сна и реальности, сжимая мой палец, когда Кил закрывает дверцу и занимает водительское место. Заводит машину.

— Кил, я не могу поехать с вами, моя машина припаркована неподалеку.

— Надо было тебя забрать. Прости, не подумал.

— Все хорошо. Сейчас она уснет, и я поеду.

— Может, ко мне? — он оборачивается и впивается в мое лицо взглядом, полным обещаний.

Мне хочется согласиться, но, кажется, Киллиана Томаса стало в моей жизни много. Очень много. Наверное, даже с перебором. Для девушки, никогда не состоявшей в отношениях, это немного… чересчур.

— Нет, — качаю головой и тут же перевожу тему: — Как котенок?

— Оказался соседским, — отвечает он, включая печку, чтобы прогреть салон. — Через два дома от нас живет девочка возраста Милли. Так вот она решила, что кот кричит, потому что хочет погулять, и вытолкала его на улицу. Началась метель. Когда кинулись, где котенок, на улице была такая погода, что родители девочки подумали, что он уже замерз и умер. Но он в это время уже был у тебя в руках, судя по всему.

— Что ж, мы спасли жизнь котенку, — улыбнулась я.

— Чуть не угробив свою, да? — припоминает он мне мои приключения во время операции по спасению. — Эрика… — Тут телефон Киллиана начинает звонить, и он хватает с консоли трубку. — Да, мам. Что? Как это случилось? Ты уже там? Понял. Скоро буду.

— Что случилось? — спрашиваю, когда Киллиан отключает звонок.

— Папа поломал ногу, мама везет его в больницу. Надо ехать туда.

— Оу, — произношу, скривившись. — Мне жаль.

— Не поверишь, спасал соседского кота, — приподняв брови, Кил смотрит на меня выразительно. — Тот влез на балку на крыльце дома родителей, и не мог слезть. Папа встал на перила и упал оттуда. Хорошо, что не позвоночник.

— Тебе надо ехать, я поняла, — поправляю шарф, медленно высвобождая палец из хватки спящей Милли.

— Слушай, мне неудобно просить тебя… Но я не