Встреча - Наталья Дёмина

Роман ещё раз вздохнул и ушёл.

«Надо, — взгляд Валентина снова зацепился за карандаш на столе, — всё-таки поговорить с Ирой. Так больше продолжаться не может…»

Часть 46

Маргарита не могла себя заставить взять букет нежно фиолетовых орхидей из рук Романа.

«Это неправильно, — настаивал её внутренний голос. — Неправильно».

— Ну, — подтолкнула её Виктория Ивановна, — сжалься уж над моим сыном, — улыбнулась она. — Бедный мальчик так хотел тебя поразить своей галантностью, что немного перестарался, — покачала головой, бросив взгляд на растерявшегося мужчину.

— Спасибо, — вздохнула Рита, забирая огромный букет из рук «бедного мальчика». Хотя, если судить по размеру букета и его приблизительной стоимости, «мальчик» был весьма небеден. — Не стоило.

— Ты достойна самого лучшего, — ляпнул Роман и осёкся, заметив, как сморщила свой красивый носик Маргарита.

— Дети, — взяла слово Виктория Ивановна, — давайте ужинать. Иначе всё остынет. Рома иди мой руки. Рита, а ты пока поставь цветы в воду. Будет жалко, если такая красота завянет раньше времени.

— Я быстро, — мужчина правильно понял посыл матери и скрылся в ванной.

— В твоей комнате на окне ваза стоит, — погладила по плечу Риту женщина. — Не обижайся на Романа. Ты сильно запала ему в сердце. Он неплохой парень.

— Я… — Рита вздохнула и ушла в комнату, которую снимала. Хорошее настроение, что осталось после встречи с Валентином моментально улетучилось.

«Нет. Нет, — рассуждала она. — Неправильно принимать ухаживания Романа. Да и стоимость этого букета смущает».

Рита замерла у ванной комнаты, посмотрела на цветы, которые, словно тяжёлый камень, тянули её под воду, и постучала в дверь.

— Да? — Рома приоткрыл дверь. Вид его был непринуждённо расслабленным. Он снял пиджак и галстук, расстегнул две верхние пуговицы на рубашке и закатал рукава.

— Рома, — Маргарита оттеснила его в сторону, зайдя внутрь, — я хотела бы с тобой поговорить.

— Здесь? — опешил от её решительности мужчина.

Рита невольно улыбнулась. Сейчас он особенно походил на мишку, которого хотелось обнять. Он вызывал в ней тёплые сестринские чувства.

— Рома, — зашуршала обёртка цветов, — я хочу попросить тебя больше не делать подобных жестов.

— Почему? Ты красивая женщина…

— Это меня смущает и это неправильно, — перебила она его. — Во-первых, я ещё замужняя женщина.

— Но это не мешает тебе быть красивой женщиной, — улыбнулся он, делая шаг вперёд.

— Рома, — прижалась спиной к двери, — я думала, мы друзья.

— Разве? — улыбка мужчины стала шире.

Маргарита удивлённо вскинула на него глаза.

— Я хочу быть для тебя больше, чем другом, — пояснил он.

— Любовником? — ахнула она и принялась шарить рукой за спиной в поиске дверной ручки.

— Мужчиной, — навис над ней Рома.

— Нет, — Рита открыла дверь. — Мне не нужен ни мужчина, ни любовник. А если ты рассчитывал на что-то большее, чем дружба, то я буду вынуждена съехать.

— Рита! — воскликнул Роман, но она быстро скрылась в комнате, которая была, пока ещё её. — Рита! — он взялся за дверную ручку, не решаясь войти. — Рита!

— Передай Виктории Ивановне, — донёсся до него голос Маргариты, — что я ужинать не буду. У меня сильно разболелась голова.

— Рита! Нам надо объясниться! — он ударил рукой по косяку.

— Что? Что случилось? — из кухни выбежала Виктория Ивановна. — Рома?

— Мама, я, — как-то быстро он сдулся и направился к выходу из квартиры.

— Ромочка, — побежала за ним женщина. — Ты можешь мне объяснить, что произошло?

— Ничего.

— Ты же не обидел Риточку?

— Это она меня обидела, — обулся.

— И правильно сделала. Я бы на её месте, тебя бы этим веником по хребту хорошенько отходила.

— И ты туда же!

— Конечно. Порядочные женщины, да ещё замужние, не должны принимать такие, — сделала ударение на слове «такие», — букеты.

— Да дались вам цветы, — воскликнул мужчина.

— Они дорогие, — парировала мать.

— И что? — удивился Роман.

— Это же неприлично.

— Почему?

— Ты её купить решил или завоевать?

Рома открыл рот, чтобы что-то возразить, и закрыл, ничего не сказав.

— То-то же, — усмехнулась женщина.

— Что теперь? — вздохнул мужчина.

— Что теперь, — передразнила его мать. — Иди домой, горе луковое. Я сама с Ритой поговорю. Объясню ей всё.

— Спасибо, — Роман порывисто обнял женщину..

— Чтобы ты без меня делал, — смахнула несуществующую пылинку с его пальто.

— Позвони мне, потом.

— Обязательно, — кивнула она, закрывая за ним входную дверь.

Часть 47

Валентин ещё долго сидел в кабинете за столом. Он впустую потратил время, подтачивая злосчастный карандаш, который попался ему на глаза.

«Рита, — вздыхал он опять ломая грифель и принимаясь точить карандаш заново. — Надеюсь, ты не поведёшься на сладкие речи Романа. Он хоть и хороший друг, но может быть весьма не сдержан. И в словах, и в поступках. Какая же жизнь сложная штука».

Он бросил в урну для бумаг то, что осталось от карандаша, убрал папки в стол. Сидеть в кабинете смысла не было. Хочешь — не хочешь, а домой идти надо.

Валентин снял с вешалки пальто, захватил свой портфель и вышел из кабинета. В коридоре суетилась уборщица. Она вскрикнула, когда Валентин неожиданно появился перед ней. Молодая женщина увлечённо мыла полы, чуть пританцовывая. В оба её уха были вставлены наушники.

— Ой! — она отпрыгнула в сторону, смешно всплеснув руками.

— Простите, — произнёс Валентин.

— Это вы меня извините, — женщина вынула один наушник. — Я не ожидала, что в офисе ещё кто-то есть, кроме меня.

— Заработался, — пожал плечами мужчина.

«Перед всеми приходится оправдываться, — подумал он. — И никто мне не верит», — сделал вывод, заметив хитрый блеск в глазах уборщицы. Она была в чёрных лосинах и удлинённой кофте с глубоким круглым вырезом. Волосы убраны в высокий пучок.

«В таком виде только полы мыть», — хмыкнул Валя, обходя женщину. Почему-то она напомнила ему Иру. Та тоже всегда неуместно одевается. Для неё нет разницы кафе, театр, магазин или встреча с друзьями. Её вид всегда — сексуальный до неприличия.

«Не то что у Риты», — вздохнул мужчина и спустился по лестнице.

Вахтёр что-то несуразное пробормотал о нерадивых работниках, которые не торопятся домой, и нехотя выполз из своей «будки», чтобы демонстративно, гремя ключами, открыть дверь перед Валентином.

Морозный воздух слепил ноздри мужчины, не позволяя вдохнуть полной грудью. Он стряхнул с себя несколько снежинок и побрёл к автомобилю. Холодный салон машины был негостеприимен. Мотор заурчал, а мужчине почудилось недовольное ворчание.

Валентин пристегнулся ремнём безопасности и выехал со стоянки. Включил радио. По салону растеклась ванильная песня о слащавой любви где-то то ли в другой вселенной, то ли в другом измерении. Писклявый голос певицы добавил мужчине раздражения.

Но когда Валентин оказался во дворе своего дома, понял, что приехал слишком