Умри со мной - Ана Фогель

Это всё неправильно.

– Нет! – Я вырываю свою руку.

Глория смотрит на меня с искренним непониманием.

– В чём дело, Мэдди? Ты беспокоишься о своём похитителе?

Да.

– Нет. Просто… Просто всё происходит так быстро. Я даже не знаю тебя, а ты предлагаешь довериться и идти за собой. Ты вырубила чувака, использовав только приправы из моего кухонного шкафа!

– Это были не… Хорошо. – Глория коротко кивает. – Пойдём присядем на пару минут. – Она проходит в гостиную и садится на диван, постукивая по месту рядом с собой. – Что ты хочешь знать?

Я неуверенно присаживаюсь рядом с ней, бросая тревожный взгляд в сторону кухни.

– Для начала, что моя мама делает во Флориде? Она ведь там, верно?

На секунду на лице Глории появляется недоумение, но вскоре в её голове будто всё встаёт на свои места. Она вспоминает, что едва не проговорилась. Но даже не догадывается, что я узнала об этом сама ещё до неё.

– Да, она там. Скрывается, – невозмутимо отвечает Глория.

– Почему именно там?

– Потому что там живу я.

Это объясняет её лёгкий наряд и солнечный запах.

– Мы со Сьюзен с юности были подругами, но потеряли связь почти сразу, как ты родилась, – продолжает рассказывать Глория. – Она категорично решила завязать с магией и перебралась в тихий непримечательный городок. До этого момента я даже не знала в какой. Наверно, именно это помогло ей скрываться так долго. И вот спустя семнадцать лет она вдруг выходит на связь и говорит, что ей нужна моя помощь.

– Ты хочешь сказать, она знала, что её ищут?

– Конечно. Мы все знаем. Мы в опасности каждую минуту. И Сьюзен особенно.

– Почему?

– Что почему?

– Почему моя мама в особой опасности?

Глория какое-то время смотрит на меня своими зелёными глазами, взвешивая все «за» и «против».

– Слушай, я правда считаю, что ты всё должна узнать лично от неё. Я и так слишком много рассказала тебе. Очевидно, это должно было быть тайной. Ради твоего же блага.

– На моей кухне лежит в отключке парень из Ордена, который столетиями охотится на таких, как мы, ты права – незнание мне очень помогает! – иронизирую я, начиная терять терпение.

– Я здесь не для того, чтобы всё тебе рассказать, а для того, чтобы забрать с собой. И сейчас идеальный шанс. Пошли. – Она встаёт с дивана.

– Я никуда не поеду, – неожиданно даже для себя заявляю я.

– Прости? – Глория с укоризной смотрит на меня.

– Так будет лучше. Если мы все будем в одном месте, нас будет легче найти. Колдер знает, где нас теперь искать. Ты должна предупредить мою маму и бежать из Флориды куда угодно, но только не оставаться там. Пока я здесь, они будут сосредоточены на моих поисках.

– Ты, должно быть, не в своём уме…

– Я рассуждаю более чем здраво.

– Ты рискуешь собой!

– Как и ты, и моя мама. Если они найдут её, они её убьют! – Голос предательски срывается, и я только сейчас осознаю весь ужас происходящего. Меня пробивает дрожь, и я окончательно решаю остаться.

– Но я если мы не уйдём сейчас, то убьют тебя.

– Колдер не станет меня убивать. – Это звучит не так уверенно как в моей голове.

– Откуда тебе знать?

– Я просто… знаю.

Не исключено, что его трогательная история была очередным отвлекающим манёвром. Но мне так не показалось.

– О нет, – стонет Глория, и плюхается обратно на диван. – Ты влюбилась в него.

– Что? Нет!

– Да. Может, ты сама ещё этого не осознала, но так оно и есть.

Раздражение свербит под кожей. Человек, которого я вижу первый раз в жизни, позволяет себе рассуждать о моих чувствах и делать вид, что знает меня лучше меня самой.

– Глория, – жёстко говорю я. – Как долго он ещё будет без сознания?

– Не знаю, я никогда не засекала.

– Тогда тебе лучше поторопиться.

– Я не могу уйти без тебя. Что я скажу твоей маме?

– Что со мной всё в порядке, и вам нужно искать новое место для укрытия.

– Она ни за что мне это не простит. – Глория качает головой из стороны в сторону. – Мне ведь не удастся тебя переубедить? – Ещё с долей надежды она смотрит на меня.

Я сама до конца не понимаю, что меня держит. Боязнь привести за собой Орден и собственнолично раскрыть местоположение мамы. Или больное желание остаться с Колдером, наслаждаясь иллюзией его внимания.

– Нет, не удастся, – отрезаю я.

– Ох уж эти подростки, – вздыхает Глория. – Только позволь мне сделать одну вещь. – Она достаёт из своей сумки колоду карт Таро. – Я должна убедиться, что с тобой всё будет в порядке.

Я закатываю глаза.

– Серьёзно? Карты? Тебе не хватает хрустального шара для полного образа.

– Зря смеёшься, – оскорбляется Глория. – Хрустальный шар помогает визуализировать образы в голове. Он мне здорово помогает при работе.

– При какой работе?

– Я работаю в парке аттракционов. В шатре предсказаний.

– Вау. – Я шокирована. Мне казалось нечто подобное давно устарело, уступив место новомодным экстрасенсам. Но, похоже, в парках развлечений время остановилось.

– А теперь закрой рот и сдвинь колоду.

Я делаю как она говорит. Глория помещает сдвинутые карты вниз и снимает верхнюю, кладя её передо мной рубашкой вверх. Она проделывает то же самое ещё с несколькими картами, раскалывая их в виде креста. Потом начинает переворачивать одну за другой, обнажая их суть. Невольно мне становится не по себе. Изображения на картах не кажутся мне позитивными. Особенно последнее. На карте изображён мужчина с десятью мечами в спине.

– Я была права. – Голос Глории словно меняется, он звучит отдалённо и как будто старушечьи. Я не нахожу сил задать вопрос, в чём она права, только ощущаю ледяное покалывание в руках. – Ты влюбилась в него. И судя по всему, он в тебя тоже.

– П-ф-ф, этого не может быть, – нервно хихикаю я. – Тут явно какая-то ошибка, Колдер не…

– Таро не ошибаются, – перебивает меня Глория, одаривая строгим взглядом. Она уже не выглядит молодой задорной женщиной, на её лице сотни времён и глаз. – И ничего хорошего это не сулит. – Она указывает на карту мечей.

– Что это значит? – сухим голосом спрашиваю я. Не то чтобы мне хотелось знать ответ.

– Что любовь и смерть в твоём случае сплетены воедино.

– Как это понимать?

– Что ты умрёшь от своей любви. Карта мечей перечёркивает всё хорошее, что может быть и усугубляет плохое. Твоя любовь к нему – это верная смерть.