Приворотная пилюля для шефа - Алена Викторовна Медведева

Вода текла с волос, застилая глаза. Но это сейчас волновало в последнюю очередь. Ярость замутила зрение ничуть не меньше: что себе позволяет этот модификат?! Хорошо, я знала его не только как соседа, но и как коллегу — именно это изначально лежало в основе моего расположения к Шарту Рено. Я пошла даже на то, чтобы впустить малознакомого мужчину в свое жилье! А в ответ… меня окунули в воду.

— Что вы творите! — Трясясь от злости выплюнула я, наконец-то, сумев встать на ноги. Прямо в ванне. Вода текла с меня ручьями, одежда промокла полностью. — Да вы… сумасшедший! Вот!

В глазах чуть прояснилось, и я увидела, что мужчине немного полегчало — он все еще выглядел неприемлемо бледным, с трудом стоял на ногах и зажимал нос, но хотя бы не корчился на полу в судорогах. Вопреки несуразности ситуации, я почувствовала облегчение.

— Знаете, раз вам полегчало — уходите, — уже более спокойно, выразила я единственное желание.

Вид эмпат имел скорее жалкий, чем угрожающий. Впрочем, я должно быть и сама выглядела хуже некуда — лицом в воду меня прежде не макали.

— Мне надо… умыться, — прохрипел он, тыча пальцем на воду, что плескалась у меня под ногами. — Позволите? А вам надо… срочно обсохнуть.

А по чьей вине?! Но представив, что будет если Шарт Рено подобно мне плюхнется рядом в воду… Спешно подвинувшись, я осторожно выбралась из ванны, наблюдая как мужчина оперся о бортик, немногим не перевесился через него.

Вода с меня практически уже не текла, но мокрые следы на полу оставались. Подхватив большое полотенце, спешно в него завернулась и поплелась в спальню — в одном этот тип прав: надо срочно переодеться.

Может быть, мне показалось, и он вовсе не толкал меня в воду?.. Сама такая неуклюжая, что умудрилась свалиться?

— Активируйте функцию проветривания, — сипло прозвучало вслед между всплесками и бульканьями, — пожалуйста…

Сколько запросов! Хотелось прорычать ему что-нибудь соответствующее, но я сдержалась, пообещав себе, что сегодня прекращу с соседом всяческое общение.

Мокрую одежду пришлось отдирать от тела с большим трудом, но в процессе удалось избавиться от злости. Мысли вновь вернулись к случившемуся, что же стряслось с модификатом? Неужели его настолько изнуряет работа? Шарт Рено не производил прежде впечатления слабого, это вообще исключительно невозможно для модификата. В этом и смысл вмешательства в геном — все они выносливее, сильнее и во всех смыслах совершеннее нас обычных людей.

Переодевшись и высушив волосы, выполнила просьбу мужчины и проветрила квартиру. Что удивительно — сам эмпат все еще оставался в ванной комнате. Не стало ли ему снова плохо?! Эта мысль сразу вернула прежние тревоги. Привалилась к двери, ощущая себя не менее обессиленной. Стиснув голову руками, съехала на пол: день-катастрофа, не иначе. Зачем только я связалась с эмпатом! Дернуло же согласиться помочь соседу!

— С вами все в порядке? — решилась на негромкий вопрос, когда ожидание совсем затянулось.

К моему облегчению из-за двери донеслись шорохи, болезненное кряхтение, а затем отчетливый плюх! Судьба была благосклонна к нам обоим: сосед не умер в моей ванне, а… Чем он там занимался? Неужели решил помыться?

Последующий час, забыв об ужине, я провела под дверью, нервно прислушиваясь и гадая о происходящем внутри. Но к резко распахнувшейся двери, что едва не приложила меня по плечу, и появлению Шарта Рено в моем бежевом халатике оказалась совершенно не готова.

Мне он был необъятно велик, а на соседе смотрелся словно платьице десятилетней давности, из которого давно выросли. Но, если опустить странный наряд, выглядел мужчина куда лучше! Даже румянец на щеки вернулся, глаза больше не слезились и не закатывались.

И тут меня осенило:

— У вас есть жабры? — Вперив изумленный взгляд в шею соседа, как на духу выпалила я озарившую истину. — Без воды долго не можете?

В ответ получила непонимающий даже ошарашенный взгляд — эмпат споткнулся на месте.

— Нет. — Чуть помолчав, он добавил. — И — на всякий случай — кислород я из воды не потребляю… Я причинил вам много тревог сегодня и очень благодарен за помощь. Освежиться было необходимо… Прошу прощения, что воспользовался вашей одеждой — не смог снять свою, в воду залез в ней.

— Аа…

Выходит, он повторил мой подвиг.

— Вы — очень добрая, — сразу продолжил эмпат. — Не откажете же мне и в пище? — Он дернул носом, вновь возвращая меня к тому, с чего началось все это безумие. — Пахнет вкусно… А дома нет ничего.

Вспомнив о запахах, я невольно взглянула в направлении полки, где так и стояла банка с маслом от Кали. Шарт Рено проследил за моим взглядом и резво двинулся к ней. Обхватив в прихваченное по пути кухонное полотенце банку, он с очевидной осторожностью перенес ее к входной двери, где оставил на полу, спеленав полотенцем полностью.

— А чем пахнет? — Немного растерялась я, совершенно не представляя, как реагировать на поведение мужчины.

Взгляд переместился на разложенные на кухонном столе ингредиенты — овощи и рыбу, которым предстояло стать моим ужином.

— Будущим ужином, — с абсолютным спокойствием сообщил эмпат, курсируя уже на кухню.

Там он под моим обалдевшим взглядом вымыл руки и деловито принялся… разделывать рыбу.

Понимая, что ноги меня сейчас не удержат, я плюхнулась на ближайший стул. Как положено вести себя в ситуации, когда некто из вне буквально заполоняет собой твою личную территорию… вернее твой дом?

К счастью, все это время эмпат не предпринимал попыток подойти ко мне близко, чем бы в один момент развеял установившееся спокойствие. Мысли о поцелуе я гнала, движимая любопытством и надеждой, что у неадекватного поведения соседа найдутся вразумительные причины.

Вот он результат: столкновение с модификатами сделало меня куда как менее придирчивой. Если подумать, за один сегодняшний день я пережила столько прикосновений, сколько не случалось за всю прежнюю жизнь.

— Вы собираетесь готовить?

Не то, чтобы это не было очевидно, но именно эта данность настолько шокировала… я не понимала, как следует вести себя.

— Я хорошо готовлю, — немедленно отозвался сосед. — В моей семье все любят готовить. А в вашей?

— Не знаю… — растерялась я еще больше.

Но действительно, вопрос предпочтений в еде и способа ее получения никогда не возникал между мной и родителями.

— Вы часто разговариваете? — Шарт Рено и не думал уходить от темы.

— Я же уже выросла, мы больше не общаемся.

Рыба, разделенная на порционные кусочки, отправилась в печь. Я следила за движениями соседа, поражаясь