Турнир времени - Ольга Иванова

Мы спустились по лестнице. Александр предложил опереться на него, чтобы легче было идти, и я взяла его под руку.

— Скай найдет, — ответил он. — Ему самому этого хочется.

— Кажется, Чарли ему нравится, верно? — спросила я и улыбнулась.

— По-моему, это заметно, — Алекс тоже усмехнулся. — Лучше бы она на него обратила внимание, а не на Марка…

— А Марк и Каролина… — я замялась, смущаясь своего любопытства. — Между ними действительно что-то есть…?

Александр на это пожал плечами:

— Я не интересуюсь чужой личной жизнью, поэтому не могу ничего утверждать. И догадки строить тоже не буду. Если так интересно, можешь спросить у Марка прямо. Тебе он, возможно, ответит. Вы же так сдружились с ним, — в его тоне промелькнули едкие нотки.

С чего бы это? Будто ревнует. Я даже улыбнулась этой мысли.

— Что такое? — Алекс сразу заметил мою улыбку.

— Ничего, — спохватилась я, возвращая на лицо серьезное выражение. — Так, вспомнила кое-что…

— Как нога? Сильно болит?

— Терпимо, — отозвалась я, хотя наступать на нее действительно было тяжело. Вот же угораздило …

Но я все равно старалась идти быстрее. Хотелось поскорее оказаться в Академии и увидеть брата. После слов Ская о Капсуле в сердце поселилась необъяснимая тревога, перекрывающая даже волнение за Чарли.

И, оказалось, не зря.

Глава 13

Хорошо, что медкрыло располагалось на первом этаже, и мне не пришлось подниматься по лестнице, лишний раз напрягая ногу. Пустой коридор тоже не вызвал удивления в этот час, а вот взволнованные голоса из палаты, где лежал Ян, заставили сердце биться чаще. Я, как могла, ускорилась, Александр последовал за мной, не пытаясь остановить.

Дверь была приоткрыта, поэтому я сразу увидела склонившихся над братом доктора Райнса и профессора Роуэна.

— Что случилось? — я распахнула дверь и ринулась к кровати.

Ян лежал бледный, покрытый испариной, и весь дрожал. Его глаза были закрыты, а мышцы лица напряжены, зубы стиснуты.

— Что с ним? — повторила я.

— Диана, отойди, — попросил доктор, бросив на меня короткий взгляд.

Профессор же в этот момент сосредоточенно раскладывал кристаллы на груди брата.

— Что с ним? — я уже кричала, пытаясь добиться вразумительного ответа. Меня саму начало трясти. — Скажите!

Мне на плечо легла рука Александра, успокаивая.

— Это из-за Капсулы? — продолжала я. — Его тело отторгает дар? Он умирает, да?

— Диана, подожди в коридоре, я сейчас к тебе выйду, — терпеливо произнес доктор. — Александр, уведи ее. Пожалуйста.

— Пойдем, — Алекс мягко взял меня за руку и вывел за дверь.

— Это же то, о чем говорил Скай, — прошептала я, еле сдерживая слезы. — Это все из-за чертовой Капсулы…

— Еще ничего не известно, надо подождать, что скажет Райнс, — Александр внимательно смотрел на меня, продолжая держать за руку. — Как твоя нога?

— Да нормально! — раздраженно отозвалась я. — Что такое моя нога по сравнению с тем, что творится с Яном?

Алекс тяжело вздохнул, и я поняла, что этим вопросом он просто хотел отвлечь меня.

— Прости, — шепнула я. — Просто мне страшно…

И он вдруг обнял меня за плечи, чуть притянув к себе.

— Все должно быть хорошо, — подавил он очередной вздох.

Наконец в коридоре появился доктор Райнс, и я кинулась к нему.

— Тише, Диана, успокойся, — он остановил меня, придержав за локоть, подвел к окну.

— Как Ян? — спросила я.

— Неважно, — честно ответил доктор. — Мы делаем все, что в наших силах…

— Звучит не очень обнадеживающе, — я обхватила себя за плечи. Меня стало трясти еще сильнее. — Словно… Словно надо ждать плохих новостей.

— Так в чем причина? — спросил уже Александр. — Он ведь уже хорошо себя чувствовал, еще сегодня утром. Вы собирались его отпустить.

— Мне трудно сказать, — Райнс покачал головой. — Возможно, мы слишком рано расслабились… Решили, что все обошлось… Все же Ян слишком мал и слаб, чтобы справиться с магией, которая разрывает его изнутри. И это нетипичный случай… Трудно что-то предсказать. Мы пытаемся стабилизировать его, снизить уровень активности магии. Может, получится заморозить ее. Еще, как назло, ректора нет в Академии… — это уже было сказано в сторону, точно случайно вырвавшиеся мысли.

— И что теперь делать? — сдавленно произнесла я.

— Ждать, — отозвался доктор. И окинул меня уже другим взглядом: — Где ты так? Почему хромаешь?

— Упала, подвернула ногу, — ответил за меня Алекс.

— Сами сможете обработать ссадины и перевязать? — тут же поинтересовался Райнс. — Я пущу вас в смотровую. А сам пойду к мальчику…

— Сможем, — без лишних вопросов кивнул Александр.

Я же настолько углубилась в свои переживания, что едва слушала их. И так же, погруженная в мысли, почти без сопротивления последовала за Алексом. Доктор показал что где лежит и ушел, а он стал снова возиться с моими ссадинами и ногой. Я отстраненно наблюдала, как Александр промывает мои царапины, мажет какой-то мазью, потом перевязывает лодыжку. Тоже молча.

— Откуда ты все это умеешь? — поинтересовалась я все-таки.

Алекс чуть усмехнулся:

— Научился на себе.

Где-то в коридоре хлопнула дверь, раздались шаги. Я настороженно прислушалась. Потом подхватилась и выглянула в коридор. От палаты, где лежал брат, отдалялись доктор и профессор. Значит, Ян остался один?

Я без раздумий направилась в палату.

— Диана! — Александр попытался меня остановить, но после пошел за мной.

Брат и правду лежал один. Все такой же бледный и взмокший. Его грудь, усыпанная разноцветными магическими кристаллами, часто вздымалась.

— Ян, — позвала я, но он меня не услышал.

Тогда я подошла ближе и села на кровать рядом. Взяла его за руку, она показалась мне такой худенькой, что на глаза навернулись слезы.

— Пожалуйста, не оставляй меня, — прошептала я. — Борись, миленький, ты же сильный. А я буду с тобой…

Я закусила губы, сдерживая всхлип. Ну почему? Почему это произошло с ним? Почему этот чертов дар достался не мне? И Лукрецкий… Будь он проклят!

И тут произошло нечто странное: тело брата начало светиться. Я моргнула, не веря своим глазам.

— Ян? — воскликнула испуганно и крепче сжала его ладошку.

Свет шел изнутри, становясь ярче, постепенно окутывая и меня. В какой-то момент палата, Александр и сам Ян пропали, а я осталась одна в этом белесом свете.

Меня начали окружать фигуры. Расплывчатые силуэты, не разобрать ни лиц, ни пола. Сколько их было, тоже трудно