Правила страсти - Сара Беннет

– И не единственная, – проговорил Тоби с многозначительной ухмылкой.

Вивиан с отвращением взглянула на него, после чего ненадолго воцарилась тишина. Неожиданно Элен выпрямилась и произнесла с необычной для себя смелостью:

– Я уже сказала Уильяму, что меня это ничуть не беспокоит. Девочки Эми навсегда останутся членами нашей семьи, и я их всех очень люблю!

– О, тетя Элен! – Мариэтта нежно обняла тетушку. – Мы тоже тебя очень любим.

– А вот и Уильям! – провозгласил Тоби, поворачиваясь от окна с невыносимо самодовольной улыбкой.

Вивиан поспешно вышла в холл, чтобы поприветствовать дядюшку Уильяма, в то время как Мариэтта схватила руку тетушки и при этом выразительно посмотрела на Тоби, который ответил насмешливой ухмылкой.

Голос Уильяма эхом раскатился в холле, и тут же он вслед за Вивиан появился в комнате.

– Здравствуй, сестра! – Он крепко пожал руку Элен.

Мариэтту Уильям приветствовал так, словно сожалел о ее присутствии, а когда к нему поднесли сына Вивиан, он с подозрением взглянул на него, затем хмыкнул и уселся в кресло.

– Налей мне в чай чуть-чуть молока, Мариэтта, и дай два пирожных, – ворчливо проговорил он. – Ну что, вы довольны жизнью? Я – нет... Несмотря на то, что ее величество великодушно приняла девочек Эми три года назад, я все еще не могу появиться нигде, чтобы не услышать об их скандальном рождении. Не понимаю, почему это вообще стало известно и о чем вы думали, позволяя правде выплыть наружу?

– Мне никто ни о чем не напоминает, – проговорила Вивиан с легким раздражением. – А вот ее величество прекрасно общается со мной и с Оливером. Думаю, дядя, вам нужно сказать этим болтунам, чтобы они занялись своими делами и прекратили сплетничать.

Уильям возмущенно уставился на нее:

– Без тебя в семействе Тремейнов никогда не было скандалов. Если не считать брак моей бедной сестрицы с Тоби.

– Еще пирожных, дядя? – с отчаянием спросила Мариэтта, протягивая тарелку.

Уильям взглянул на нее так, будто собирался тут же начать перечислять ее проступки, но вдруг уставился на пирожные и передумал.

– Да, Мариэтта, спасибо. Кстати, как у Эми дела с лодыжкой? Надеюсь, все обошлось?

– Скоро она уже будет в состоянии путешествовать, – милым голоском ответила Мариэтта. – И в последнем письме она также спрашивала о вас, дядя.

– Правда? – Казалось, Уильям несколько смягчился. – Ну, я-то здоров, что примечательно, хотя семейные дела меня изрядно нервируют.

Мариэтта сочувственно улыбнулась, и как раз в этот момент слуга, открыв дверь, громко произнес:

– Мадам Афродита!

Когда Афродита, как всегда одетая во все черное, медленно вплыла в гостиную, чашка в руках Уильяма застучала о блюдце, и крошки пирожного просыпались ему на жилет. Тоби же, напротив, ухмыльнулся, выражая свое восхищение, а Элен чуть не застонала от ужаса.

Мариэтта быстро направилась к двери, полная решимости защитить мать любой ценой, а Вивиан, выпрямившись, встала перед Уильямом.

Сделав несколько шагов, Афродита замерла. Ее лицо стало белым как мел.

– Господи, – выдохнула она, словно шептала молитву.

Уильям со стуком поставил чашку на блюдце и встал.

– К сожалению, я не могу оставаться в одной комнате с этой женщиной. Надеюсь, Вивиан, когда я приеду в следующий раз, – проговорил он голосом, дрожащим от ярости, – ты будешь дома одна.

– Дядя, пожалуйста... – попыталась спасти положение Мариэтта, но ее никто не услышал.

– Что же касается вас, – Уильям навис над Афродитой так, что их лица оказались на расстоянии двух дюймов, – я не хочу вас видеть и не потерплю новых скандалов. Надеюсь, вы меня хорошо поняли?

Афродита неподвижно смотрела на него и молчала.

– Я прекрасно осведомлен о всех ваших действиях, и у меня есть друзья, которые всегда в курсе всех событий! – Сделав это грозное заявление, Уильям быстро вышел из комнаты, и вскоре все услышали звук закрывающейся двери, а затем грохот отъезжающей кареты.

Когда стук колес затих, Афродита с трудом перевела дыхание.

Вивиан поспешно подошла к ней и взяла за руку, а Мариэтта взяла за другую.

– Иди, присядь, – мягко проговорила она, указывая матери на софу, где неподвижно сидела Элен.

Вивиан после рождения сына легко расстраивалась, и поэтому, достав кружевной платок, промокнула глаза.

– Мне так жаль, мама! Он просто чудовище. Я никогда не видела его таким.

– Да-да, брат иногда становится очень раздражительным. – Тетушка Элен прижала руку к груди, чтобы успокоить сердцебиение.

Одного лишь Тоби не тронула разыгравшаяся сцена.

– Да, у твоего брата действительно есть характер, – спокойно проговорил он. – К тому же теперь у меня наконец появился соперник за титул «Самое вероятное пятно на добром имени семейства Тремейнов».

Афродита невольно рассмеялась.

– Не стоит обращать внимания на причуды старого ворчуна, – надменно проговорила она. – По крайней мере, меня они не пугают.

Однако Мариэтта в этом весьма сомневалась. Афродита разыгрывала из себя Жанну д'Арк, но дядя Уильям, являющийся английским лордом, наверняка ее очень напугал. И как можно быть таким злым!

Теперь, когда Афродита получила наконец возможность выпить чаю и обнять внука, ее лицо смягчилось. Мариэтта чувствовала, что все больше восхищается этой женщиной, потерявшей троих детей и все-таки выжившей.

Вскоре Афродита окончательно пришла в себя и при упоминании поведения Уильяма лишь нетерпеливо пожала плечами.

– От некоторых мужчин всегда только шум и пустые угрозы, поэтому я не принимаю его всерьез.

– Матушка Гринтри всегда говорила, что у дяди Уильяма плохой характер, но, по правде сказать, раньше я в это не верила, – призналась Вивиан, когда они с Мариэттой остались одни. – Полагаю, это из-за пятна на фамилии или из-за того, что он считает пятном. Но что он имел в виду, когда говорил о друзьях, которые держат его в курсе событий?

Мариэтта покачала головой:

– Не знаю. Похоже, он уже встречал Афродиту раньше. Его ненависть была личного свойства, ты этого не заметила? Когда Уильям кричал на нее, он наклонился к самому лицу, будто к знакомой...

– Мне ничего об этом не известно. Не могу себе представить, что дядя Уильям посещает ее клуб. А ты? Неужели этот педант и формалист во всем, что касается пристойности...

– Я этого не говорила. Впрочем, если у него и существует тайное увлечение «Клубом Афродиты», он вполне может по-своему предупреждать его хозяйку, чтобы она никому ничего не рассказывала.

– А у тебя неплохое воображение, Мариэтта. – Вивиан неожиданно вздохнула.