Дети миллиардера. Требуется бабушка! - Мария Сергеевна Коваленко

Это словно была не я. Другая. Более раскованная, опытная, жадная до ласк и прикосновений. Страшно признаться, но, если бы Костя захотел, я не смогла бы отказать ему и в главном. Забыла бы об обещании не спешить. И потянулась бы навстречу.

«Стоп! Об этом не думать!» – Когда крики за стеной стали еще громче, пришлось остановить свои мысли.

– Ты можешь не смотреть на меня хотя бы минуту? – попросила я Костю.

– Я пытался. Больше секунды не получается. Слишком забавная. – Вместо того чтобы помочь подняться, он притянул меня к мускулистой груди и нахально укусил за мочку уха. – А еще сладкая! Как булочка с повидлом.

– Это я-то булочка?! – Нахал все же получил свой тычок локтем под ребра. – Если прямо сейчас не поднимусь, в этой кровати окажутся еще и два сладких пирожка. Хочешь?

– Последнее слово можешь повторить? Мне понравилось, как звучит. – Костя, похоже, решил продолжить ночную игру в провокации.

– Не дождешься!

– Уверена?

Губы с мочки спустились к шее, и от жарких поцелуев вдоль вены я чуть не застонала. Мгновенно вспомнилось, как он делал то же самое ночью. Как шептал, что сходит с ума. Как трогал. Интимно, бережно. Проклиная самого себя. До моих криков и пульсации.

– А можно ты сегодня побудешь их няней? Хотя бы часик? – Кажется, вместе с новыми знаниями я прихватила у Арбенина и наглость.

– Кровать не отпускает? – Костя даже не пытался изобразить сострадание. Наоборот, распластал меня на постели и укрыл нас обоих одеялом с головой.

– Ты самый невыносимый тип из всех, кого я знаю. – В темноте признаваться было не страшно. Да и как лгать, когда тебя так откровенно мнут?

– Кое-кто напрашивается на сочувствие?

Горячие губы заскользили ниже. Туда, где до них никого не было. А теперь хотелось, чтобы один невозможный мужчина поселился там навсегда.

– Нет… – кусая свои, выдохнула я.

– А если так? – К губам присоединился язык.

– Да!.. – Я схватилась за простыню и закрыла глаза. – Пощады! – прохрипела еле слышно. – Сочувствия!

* * *

После утренней пытки в кровати душ мы с Костей принимали вместе.

Холодный! Почти ледяной.

Стуча зубами, умоляла его сделать воду теплее. Хныкала, совсем как дети, когда хотели второй десерт. Однако садист Арбенин, охая и ахая, уверял, что в случае необходимости всегда сможет отогреть меня без душа, но пока безопаснее так.

Как результат, завтрак пролетел со скоростью света. Стоило детям пережевать свой омлет, и я тут же позвала их на пляж, пить лимонад и есть мороженое.

Счастливые младшие Арбенины не уловили никакого подвоха, зато получилось сбежать от их неугомонного папаши и согреться под теплым мальдивским солнышком.

– Наш слепой рассмотрел, наконец, какая дивная экзотика у него под боком? – С этими словами на соседний шезлонг опустилось что-то в огромных очках, в слитном купальнике, который я видела на витрине одного безумно дорогого питерского бутика, и с тюбиком солнцезащитного крема в руках.

– Доброе утро. – В целях конспирации не стала называть Аделаиду Генриховну по имени и отчеству. – Дивная экзотика – это я?

– Ну не я же! Я скорее ценный раритет. К сожалению… – Бабуля тяжело вздохнула. – Как прошла первая брачная ночь?

Не ожидавшая такого вопроса, я на миг открыла рот. Но потом вспомнила, с кем имею дело.

– Это вы помогли секретарше Арбенина выбрать такой странный отель?

– Я всего лишь не позволила ей поселить вас в очередном сетевом убожестве. – Старушка стрельнула взглядом по сторонам и, убедившись в чем-то, с важным видом принялась размазывать крем по своим ногам.

– Вы знали, что нас здесь поженят…

Теперь все стало ясно. У Золушки была фея-крестная. На мою долю выпала бывшая чекистка с замашками диктатора.

– Скажи спасибо, что один любитель рыбалки не поселился на Сейшелах! – фыркнула Генриховна. – Тамошняя регистрация признается законной практически во всех странах мира. Была бы тебе не мать островов, а штамп в паспорте.

– Спасибо… – В горле будто что-то застряло.

– Так как прошла ночь? – со знакомым упрямством переспросила бабушка.

– Нормально. – Я тоже надела очки.

Вряд ли они могли спасти от ходячего детектора лжи – Аделаиды Генриховны. И все же попробовать стоило.

– Очень нормально или так себе нормально?

– Лучше, чем очень. – После всех заслуг Кости язык не повернулся сказать просто «нормально».

– Ну хоть один из вас оказался не промах! – с облегчением произнесла Генриховна. – Но ты тоже не зевай! Тому, что на первом свидании ни-ни, я тебя учить не буду. Ты, небось, и на третьем отправишь бедолагу морозить богатство. Только не тяни слишком долго! От скромной до проблемной у мужчин порой один шаг. Нежнее с ними нужно быть. Женственнее! – Приспустив очки, бабуля вновь посмотрела куда-то в сторону. И на тонких губах заиграла едва заметная улыбка.

От возмущения я чуть не ляпнула: «Может, покажете на своем примере?» Однако говорить ничего не пришлось.

Стоило Генриховне с грацией профессиональной танцовщицы красиво перевернуться на живот. Стоило тюбику с кремом неловко упасть на песок… Через секунду рядом с нами оказался огромный букет цветов, массажистка и официант с целым баром на круглом подносе.

Глава 19. Брачные игры

Варя

Наверное, за неделю можно было привыкнуть к тому, что Аделаида Генриховна не обычная старушка, а Мата Хари на пенсии. Однако не привыкалось. От каждого ее совета я по-прежнему терялась, а от поступков выпадала в осадок.

Как оказалось, не я одна.

– Ох, хороша! Потрясающая женщина!

Пока ловила челюсть, на шезлонге метрах в трех от меня обосновался еще один гость. В цветастой рубашке, модной соломенной шляпе, легких белых брюках и с седой бородкой а-ля Шон Коннери.

Красивый, несмотря на возраст. Вживую, а не на фото, еще эффектнее голливудского актера. И на две головы выше.

– Вы о той даме? – И мысли не возникло, что сосед говорит обо мне. От шока мозг перешел в режим «выкл».

– О ней! – Магницкий цокнул губами. – Зараза бессовестная! Я думал, таких уже не существует. Что нет у всевышнего сил возиться с подобным эксклюзивом. Ан нет! Вот, пожалуйста!

– Из ваших слов непонятно, нравится она вам или не очень, – честно призналась я, хотя, возможно, лучше было промолчать или вообще незаметно отползти куда-нибудь в сторону.

– А разве такая может не понравиться?! Так искусно меня еще никто не динамил. Как щенка мордой об асфальт! – Уголки мужских губ расползлись в стороны от счастливой улыбки. – Второй день нервы в клубки мотает. Элитная стерва!

Магницкий глубоко