Под сенью омелы - Александра Васильевна Миронова

– Пойдем, – миролюбиво кивнув, согласился он и уставился на Алю выжидающе.

Та, повертев головой, собак поблизости не обнаружила. Наконец-то выдохнула и уверенным шагом направилась в сторону отделения, до которого оставалось проскочить двор пятиэтажки, видневшейся вдалеке. Молодой человек последовал за ней, с легкостью подстраиваясь под ее шаг.

– Так как тебе это удалось? – поинтересовалась Аля спустя минуту, понемногу приходя в себя. Дрожь потихоньку отпускала, куртка оказалась на удивление теплой. Может, и не стоило ей тащить своего спасителя в отделение? Все-таки человек ей помог, а она, как обычно, собака-подозревака, сразу предполагает худшее в людях. Иногда Аля себя за это ненавидела.

– У меня с детства собаки были, много. Я знаю, как с ними обращаться, – пожал плечами Светозар.

– Ты меня за дуру не держи, – поморщилась Аля, – это не домашние тузики, а вполне себе одичавшие псы, с такими просто так язык не найдешь.

– Я рос в селе, там разные псы были. Их не стоит бояться, собаки это чувствуют, – не обращая внимания на ее колкости, пояснил Светозар.

– Ты прям как моя мама, – буркнула Аля, чувствуя нелепость всего происходящего и внезапный стыд за грязную одежду и общий внешний вид. Она не видела себя в зеркало, но могла представить масштаб катастрофы. Вчера она не помыла голову, сегодня побывала в аварии, полностью промокла, спала в кресле у матери, затем рухнула в грязь, оставшуюся после дождя, еще и повалялась там какое-то время. Даже волосы казались потяжелевшими, наверняка намокли в дурацкой луже. Идеальный вид, чтобы предстать перед журналистами и давать им комментарии. Что будет, если они еще и фото захотят сделать, она даже думать не хотела. Пал Палыч будет в ярости.

– Мама всегда права, – легко рассмеялся новый знакомый. Казалось, его все происходящее страшно забавляет.

Спустя несколько минут они подошли к управлению, и Аля взбежала по ступеням, кивая знакомым, выходящим из отделения и с усмешкой рассматривающих ее.

– Орлик, ты Достоевского разрабатывала? – хихикнул Анатолий Иванович, уставший опер лет пятидесяти, никогда не горевший на работе и не мечтающий о продвижении. Он докурил сигарету, бросил бычок в урну и с интересом взглянул на молодого человека.

– Мама говорит, что грязевые ванны продлевают молодость, – буркнула в ответ Аля. Коллег она любила, а те, редкий случай, отвечали ей взаимностью.

– Твоя матушка в них, наверное, спит, – ухмыльнувшись, Анатолий Иванович направился к видавшему виды автомобилю, но затем, вспомнив что-то, обернулся. – Твой дружок тебя ждет, кстати, не дождется. Опять что-то натворил.

Аля обернулась к Светозару.

– Подождешь меня внутри. Извини, но придется проверить у тебя документы, только руки помою и поговорю с одним человеком, – объявила она.

– Без проблем, – легко согласился молодой человек, – понимаю, работа такая.

– Откуда ты только взялся такой понимающий? – Аля схватилась было за ручку тяжелой двери, но Светозар ее опередил, галантно открывая перед ней дверь.

– Я бы хотел пошутить, что от верблюда, но мне кажется, что смешно не будет.

Аля резко развернулась и чуть не врезалась в нового знакомого. Подняла глаза и вдруг почувствовала, что от того очень приятно пахнет. Молодой человек с небесно-голубыми глазами, в чистой стильной одежде смотрелся совершенно неуместно в их дыре. Словно и правда явился из другого мира. Аля отвела взгляд и буркнула, входя в отделение:

– Не будет.

– Орлик, тут к тебе, похоже, только давай быстрее, а то мухи дохнут, – буркнул, едва завидев Алю, дежурный, которого все коллеги величали Дюней, и снова уставился в телефон, в котором разложил пасьянс. Но спустя пару секунд, словно до него только дошло увиденное, поднял голову, уставился на Алю во все глаза и присвистнул: – Матерь божья, а тебя какой грузовик переехал?

– Полевая работа, – строго отрезала Аля и повернулась к грустному Достоевскому, сидящему на лавке при входе, и мужчине, подпрыгивающему от нетерпения рядом с ним.

– Девушка! Это вы Орлова? Мне сказали, что вы нами займетесь. Примите у меня заявление немедленно, меня пытались обокрасть! – пузатый, похожий на кипящий самовар мужчина бухтел, пускал пар, горячился и готов был обжечь взглядом всех, кто посмел бы ему перечить. Новый Алин знакомый, вошедшей вслед за ней в отделение, остановился возле входа, скрестил руки на груди и, прислонившись к стене, с интересом принялся наблюдать за происходящим.

– Что случилось? – Аля окинула взглядом поникшего Достоевского, сидящего в углу широкой лавки и почесывающего живот. Выглядел тот так, словно неделю спал в коробке под мостом и за это время на него успели обрушиться дождь, снег, палящее солнце, парочка торнадо, а в конце посетила пыльная буря.

– Этот… вот этот вот пытался меня обокрасть! – кипящий мужчина ткнул пальцем в Достоевского, который сидел, потупив глаза как нашкодивший первоклассник.

– В чем это выражается? – приподняла брови Аля.

– Я поймал его на своем участке! – кипятился мужик.

– Нехорошо, конечно, – посочувствовала Аля. – А что он делал на вашем участке?

– Собирался украсть мои саженцы!

– У вас есть доказательства?

Мужик немного сбавил темп и удивленно взглянул на Алю.

– Какие еще доказательства? Я его сам поймал на своем участке!

– Участок огорожен? – уточнила Аля.

– Это поле за городом, там, где садовое товарищество «Звездочка». Я вообще фермер, Смирнов, цветами занимаюсь. У меня теплицы, – бестолково начал пояснять мужик.

– И что же, гражданин зашел в ваши теплицы и взял без спроса ваши цветы? – сочувственно уточнила Аля.

– Вы что, меня не слушаете? – возмутился Смирнов. – Я же вам сказал, что поймал его на своем участке!

– Там где-то обозначено, что это ваш участок?

– Как я должен это обозначить? Это поле, рядом лес, забора нет. – Смирнов с недоумением глядел на Алю, которая задавала ему странные вопросы. – Да там все знают, что это мой участок.

– Гражданин, – строгим голосом обратилась Аля к Достоевскому, – вы были в курсе, что зашли на участок, как вас зовут?..

– Смирнов Виталий Алексеевич.

– Смирнова Виталия Алексеевича?

– Да я почем знаю? – пожал плечами Достоевский и поскреб грязной рукой в широкой бороде. – Там же не написано, Смирнова он или Иванова.

– Вот видите, – Аля широко улыбнулась Смирнову, – товарищ был не в курсе, что зашел на ваш участок, а вы его сразу посадить хотите. Нехорошо.

– Что вы мне тут голову морочите? – взорвался Смирнов. – Что он, по-вашему, делал на моем участке в десять часов вечера?

– Грибы собирал? – предположила Аля и тут же услышала сдавленное хихиканье, раздавшееся со стороны Дюни. Аля строго взглянула на коллегу, но тот лишь еще ниже опустил голову и сделал вид, что увлечен пасьянсом. Краем глаза она заметила улыбку на лице ее нового знакомого. Ну хоть кому-то нравятся