Гамбит искусного противника - Ария Тес

это вызывает уважение. Понимаю, что ее семья — это сложно и…временами дико странно, но это не имеет никакого значения. Ты устал. Не знаю, что между вами произошло, но сейчас тебе кажется, что проще было бы и вовсе все закончить, а так ли это? Представь только на секунду, что рядом с ней будет кто-то другой, и скажи мне: ты действительно готов пойти на это?

Рома нахмурился и опустил глаза в пол, словно ища там ответ на мой вопрос — я дала ему время. Иногда это просто необходимо, отойти в сторону, представить себе другое развитие событий, особенно, когда тебе так вымотали нервы. Адель всегда была хорошей девчонкой, доброй, но вместе с тем она — капризный ребенок, который привык, чтобы было так, как она хотела и точка. Она не знала, что такое компромисс, зато хорошо знала, что значит «топнуть ножкой», и топала. Она любила топать, а Рома любил ее…Нет, и она его любила, это бесспорно, но я всегда считала, что Адель нужно время понять и привыкнуть к тому, что она не может быть вечным центром вселенной — так просто не работает.

— Я не готов.

В этом была вся суть: Рома не был готов закончить эти отношения, и мне это тоже было известно. Возможно им не было суждено остаться вместе навсегда, но сейчас они были вместе — и этим в пору наслаждаться, пока была такая возможность.

— Тогда пытайся все наладить, пока можешь и пока это актуально. Если ты уйдешь сейчас, будешь до конца своих дней жалеть, что так просто сдался.

— Просто сдался? Это даже не смешно. Я заебался, если честно. Она требует от меня слишком много…

— Подарить ей чулки с определенной строчкой?

Шутка века. Как-то раз Адель устроила Роме выволочку за то, что тот подарил ей не те чулки, хотя они и были очень достойными. Нет! Ей подавай определенные, французские, которые у нас продавались только в ЦУМе, до которого Рома просто не успел доехать из-за поздней тренировки. Обычно это смешило, мы любили иногда подтрунивать над запросами юной принцессы, но сейчас он только грустно усмехнулся и мотнул головой.

— Если бы все дело было в чулках…

— И что же случилось?

Но ответа получить мне было не суждено — в дверь коротко постучали, а когда она открылась, на пороге стоял он. Властитель всех моих фантазий…

— Не хотел мешать, но там твоя девушка рыдает белугой… — начал Алекс, указав большим пальцем себе за спину, — Требует тебя. Подойдешь?

Рома мгновение смотрел на Алекса, словно соображая, что ему только что сказали, а потом перевел внимание на мою персону, и так жалобно состроил бровки…

— Да беги уже, не тупи.

— Спасибо и…прости меня.

В ответ я лишь слабо мотнула головой с вполне уверенной улыбкой, мол, ничего страшного. Так он и ушел, а я осталась одна. Или нет?

— Думал, что ты говоришь по телефону…

Клянусь, у меня чуть сердце не остановилось, ведь я действительно была уверена, что осталась одна, слыша, как прикрывается дверь. Нет. Алекс обошел диван и сел рядом, положа ногу на колено и откинувшись на спинку дивана. Теперь был в пол-оборота, чтобы смотреть на меня — испытующе так, нагло, — пока я краснела, как обычно.

— Эм…я говорила…

— Правда? — со смешком спросил, а меня это вдруг взбесило.

Не только он, а скорее я сама. Мое поведение. Мое смущение. Моя глупость. Я ведь не была такой! И становится не хотела точно! А может все дело было в том, что я пила уже третий бокал вина? Да плевать, главное, что я смогла повернуться на него, гордо встретить взгляд и спокойно ответить, а не блеять овцой.

— А есть сомнения?

— Охо-хо… — протянул он, разглядывая бокал в моих руках, чем явно намекал на сомнительную смелость, — Вообще-то да, есть.

Я уже набрала воздуха в рот, чтобы высказать все, что думаю, но вдруг произошло следующее. Алекс перебил меня, выставив пятерню, от чего я словила шок, после усмехнулся и слегка приподнял бровь.

— Стоп. Договоримся на берегу: ты перестаешь истерить сейчас, в особенности на повышенных тонах — я этого не люблю. Обидно будет. Сильно. А я не хочу тебя обижать, котенок, поэтому предлагаю следующее: ты делаешь пару успокоительный вдохов-выдохов, а потом мы продолжаем.

И это предложение не требовало согласия, он просто поставил меня перед фактом, отвернулся лицом к окну и немного съехал вниз так, что теперь находился в положении «полулежа». Ждал. Спокойно, терпеливо, молча. Я же, очевидно, продолжала кипеть, открывая и закрывая рот, но совсем недолго. На самом деле моя реакция стала и для меня сюрпризом, при том неприятным — я не хотела с ним ссорится, а хотела наоборот стать ближе, и тогда что я творила?!

«Как глупо…» — стало так стыдно, что я потупила взгляд, поежилась и прошептала.

— Прости.

— Ничего, от алкашки бывает и не такое. Красивый крест.

«Это сейчас к чему вообще?!» — зыркнула в его сторону, но на лице Алекса увидела лишь хитрую полу-улыбку и взгляд с ленцой из под полуопущенных ресниц, который снова потушил весь мой настрой…

— Не хочу об этом говорить.

— Забавно, что в твоем возрасте случаются расставания, о которых ты не хочешь говорить.

Мой бедный мозг долго догонял смысл сказанной фразы, и мыслительный процесс был таким сильным, что я даже застыла, сидя с бокалом, поднесенным к губам. Уставилась перед собой, как дура, и соображала…пока не сообразила, а от разгадки прыснула.

— Так вот, что он сказал…Элай — мой бывший?

— А это не так?

Меня аж передернуло и в купе со смехом, выглядело это, спорю на что угодно, странно. Поэтому сделав глоток, который дарил мне храбрость, я как-то сама собой расслабилась и отрицательно мотнула головой.

— И кто же он?

— Я правда не хочу об этом говорить… — тихо ответила, покручивая в руках свой крест за кончик и хмуря брови, — Это сложно.

— Думаешь мне не хватит ума понять?

— Когда я вырасту, сто пудово побываю на каблуке Италии.

— Санта-Мария-ди-Леука. Там находится каблук Италии, чтоб ты знала точно, куда брать билеты.

— Спасибо, я это запомню…

— Запомни, котенок. Как я понимаю — это отвлекающий маневр, хорошо. Понял. Ты не хочешь говорить об этом, расскажешь тогда, как вы познакомились с Адель?

— Мы вместе учимся в Балетной Академии, — с улыбкой ответила, на что он закивал и нагло протянул.

— Ах да. Ты же маленькая балерина…

— К сожалению.

— К сожалению?

— Скажем так…у меня не было выбора. Либо балет,