Укрощение варвара - Руби Диксон

— Ты не собираешься снова просить меня быть твоей парой?

Его лицо ничего не выражает.

— Как изгнанник, я ничего не могу предложить своей паре. Теперь я это понимаю. Ты была права, что отказала мне.

Ой.

— Это было не поэтому…

— Это не имеет значения. Если это то, чего ты хочешь, тогда это то, что мы сделаем. Это означает удовольствие для нас обоих. Я не вижу в этом проблемы. — Он гладит меня по щеке.

Я улыбаюсь и не могу отделаться от ощущения, что это намного проще, чем я ожидала. Он просто так уступает тому, чего я хочу?

— Что заставило тебя передумать?

— Твоя близость, — прямо говорит он. — Я чувствовал запах твоих волос и твое тело, прижатое к моему, и я захотел тебя. Поэтому я взял тебя.

Я дрожу.

— Да, да, ты так и сделал.

ХАССЕН

Мэ-ди улыбается мне. Она довольна моим заявлением о том, что я ничего не желаю, кроме как спариться с ней.

Такое чувство, что я обманываю ее, но я соглашусь с этим. Правда в том, что я не изменил своего мнения. На мой взгляд, Мэ-ди — моя. Она моя пара. Но быть рядом с ней и не иметь возможности прикоснуться к ней — это пытка. Я не хочу так. Я выберу другой путь.

Пусть она думает, что я отказался от своих стремлений признать ее своей. Я усыпил свой гнев, и теперь у меня есть план. Я не буду слепо бросаться вперед. Я буду наслаждаться этими несколькими днями с Мэ-ди, пока стоит хорошая погода и она учится охотиться. И когда выпадут более сильные снега, я буду переносить жестокое время года как изгнанник и охотиться усерднее, чем когда-либо прежде. Когда все закончится, я поговорю с Вэкталом о возвращении в племя в качестве охотника. Тогда и только тогда я смогу заявить на Мэ-ди права как на пару. К тому времени Ле-ла будет носить комплект Рокана, и все забудут, что я украл слабую, плачущую сестру, когда должен был украсть свирепую.

Сегодня был риск. Не потому, что Таушен мог увидеть нас, а потому, что Мэ-ди могла решить, что она не хочет, чтобы я снова прикасался к ней. Тот факт, что она жаждет моих прикосновений так же сильно, как я жажду ее, заставляет меня выдохнуть от облегчения. Мэ-ди вчера инициировала спаривание со мной. Я не был уверен, что она примет меня сегодня.

Тот факт, что она согласилась, означает, что я могу показать ей, как сильно она мне нужна. Я планирую брать Мэ-ди на множество «охотничьих» экскурсий.

И я буду требовать ее при каждом удобном случае. Я хочу, чтобы она нуждалась во мне так же сильно, как я нуждаюсь в ней.

Глава 7

ХАССЕН

Пять дней спустя…

Мэ-ди бросает свое копье вялой хваткой. Оно раскачивается в воздухе и падает в снег в нескольких шагах от того места, где она стоит. Дерево, о которое оно должно было удариться, колышется взад-вперед на сильном ветру, насмехаясь над ее плохими охотничьими способностями.

Я скрещиваю руки на груди и изо всех сил стараюсь выглядеть недовольным.

— Это был ужасный бросок. Ты сказала, что практиковалась.

— Я действительно пыталась практиковаться, — говорит она мне сварливым голосом, подбегая вперед, чтобы забрать свое копье. — Трудно вставать и уходить, когда ты все время измотан. Я сделала несколько попыток там, в пещере, но решила потренироваться здесь, с тобой.

— Ты устала? Я тебя утомляю? — Я тянусь к одному из ее больших сосков, лаская его через множество слоев меха, которые на ней надеты. — Должен ли я прекратить свое внимание?

Она вырывается, смеясь, но румянец на ее щеках и блеск в ее взгляде говорят мне, что ей нравятся мои прикосновения.

— Дело не в сексе — хотя, ладно, это довольно потрясающе и жестко само по себе. Это все походы и охота. Не знаю, заметил ли ты, но я не в форме.

Я изучаю ее фигуру, хмурясь от ее слов.

— Мне нравится твоя фигура. Что в ней плохого?

Из нее снова вырывается смех.

— Только за это ты точно снова трахнешься.

— Сейчас? — Я указываю на открытые, пологие холмы вокруг нас. — Здесь, в снегу?

— Не прямо сейчас! Сейчас нет никакой уединенности. — Мэ-ди снова показывает мне язык.

— Ты не любишь уединение, — напоминаю я ей, и мне приятно, когда яркий румянец касается ее розовых щек. За дни, прошедшие с момента нашего первого спаривания в пещере-хранилище, мы спаривались так часто, как только могли. Несколько раз были в пещерах-хранилищах в середине дня, и Мэ-ди сгорает от нетерпения, когда думает, что нас могут поймать.

Когда она так обжигает, я тоже становлюсь диким.

Она возвращает свое копье ко мне, а затем протягивает его.

— Как ты думаешь, мне нужно поработать над своей хваткой?

— Если все твои броски будут такими же, как этот? Да.

— Хорошо. — Она обхватывает пальцами длинное древко копья и смотрит на меня снизу вверх. — Вот так? — Ее хватка движется вверх и вниз. — Или мне следует держать его здесь крепче? Может быть, слегка погладить его, когда он будет готов к броску? — И ее рука двигается так, что это не имеет ничего общего с охотой.

Я чувствую, как мой член твердеет в ответ на вид ее пальцев, двигающихся вверх и вниз по шесту. Легкая усмешка на ее лице говорит мне, что она точно знает, что делает и как я отреагирую.

— Я бы посоветовал тебе крепче сжимать древко, но я не думаю, что мы говорим об охоте.

Она быстро моргает.

— Почему, что ты имеешь в виду?

— Что-то не так с твоими глазами?

Мэ-ди фыркает.

— Ничего. Однако с моим мозгом что-то не так, если я пытаюсь