(Не)законный брак. Верну тебя - Каролина Шторм

– И ты хочешь сказать, что в воскресенье мы пойдем на дискотеку?

– Нет. Я туда не планирую.

– А как тогда будем отмечать? В комнате общежития по-тихому, как семейная пара? Разольем чай по блюдечкам и будем закусывать сушками?

Я представила это себе. Прикольное зрелище.

– Тогда уж как семейное трио. Кстати, Леля наша совсем пропала?

Леля по уши погрузилась в новые любовные отношения. Настолько, что мы забыли, когда она дома ночевала. Вот так и теряешь лучшую подругу. Близняшки губы дули на неё. Но я в душе не обижалась. Наоборот прекрасно Лелю понимала. Сама была такая же влюбленная и готовая ради него на всё. Хорошо, что это прошло.

Когда в универе я встречаю Мацуева, то стараюсь проходить мимо. Если нам приходится общаться (в основном, по теме проекта), я пытаюсь держать себя спокойно, на вопросы отвечать ровно. Только бы не выдать своих чувств. Прошло уже много времени со дня нашего последнего разговора, и ни один из нас не пытался после этого наладить контакт. Значит, нам обоим так нужно.

Если бы я могла себя обмануть, то сказала бы, что разлюбила, и ничего не осталось. Но я понимаю, что это глупо. Разлюбить так быстро невозможно. Поэтому чувства со мной, только теперь я ему их не показываю. И он отвечает тем же.

Возможно, нам следовало бы поговорить и расставить все точки над «i». Обозначить друг для друга дальнейший маршрут и … оставить в покое эти неправильные во всех смыслах отношения. Простить, забить и всё такое, как бывает в подобных случаях. Но мы остаемся на своих местах. На расстоянии друг от друга – не приближаясь и не отдаляясь. И вместо точки у нас по-прежнему многоточие.

О, Господи, как долго это будет продолжаться? Я ведь не железная. Могу снова сорваться.

* * *

Мама с Андреем буквально с порога кинулись меня обнимать и поздравлять. Я не отстранилась и позволила им сдвинуть свои границы. Ну, они ведь, правда, искренне ко мне относятся. И если раньше казалось, что мама меня не любит, то теперь я вижу, как она поменялась. Всё-таки, важно, какой человек рядом с тобой.

Пока она жила с Борисом (о, это целое усилие назвать его просто по имени, а не папа, как раньше), мама была строгой, неприступной, погруженной в себя. Я не чувствовала близости между нами. Но с Андреем она… расцвела.

– Мы ждали тебя, Эля, – сказал Андрей. – Как хорошо, что ты приехала.

– Но я ведь обещала.

– Может, ты хочешь ещё кого-то пригласить?

Я замялась.

– Это твой дом, Эля, – быстро сказал Андрей. – Мы ни в чем не хотим тебя ограничивать.

– Спасибо, – я чуть не прослезилась. Мой дом. У меня он был когда-то. Я помню его хорошо, до мелочей. Потом дом забрали, и теперь у меня нет места, которое бы я назвала своим. Может, однажды оно появится.

Собравшись с духом, я незаметно смахнула слезы и бодрым голосом сказала:

– Побуду с вами до вечера, потом встречусь с подругой.

– С Олей? – уточнила мама.

– Ну, конечно. Она, кстати, замуж выходит летом. И меня пригласила в свидетельницы.

– Может, она и нас пригласит? – мама оживилась. – Я была бы не против повеселиться.

– Давай я спрошу у неё. Думаю. Ничего плохого в этом нет.

Мы отлично посидели. Андрей заказал огромный торт, который мы, конечно же, не съели. Заварил очень вкусный ароматный чай. В подарок мне достался конверт. Я вопросительно на них посмотрела.

– Если хочешь, можешь открыть его потом.

Почему-то именно так мне и хотелось сделать. Не могу объяснить причину. Какой-то порыв скрыть этот подарок сейчас и вернуться к нему тогда, когда мне потребуется мощный ресурс. А в том, что подарок от мамы и Андрея станет для меня именно ресурсным, я была уверена.

– Пока положу под подушку, – я забрала конверт и унесла в комнату. Настроение было ровным. Идти никуда не хотелось. Погода слегка подпортилась, пошел дождь. Вот и повод, чтобы запереться в комнате и до утра не вылезать. Вот только перед Олей неудобно. Мы всё-таки договорились.

– Эль, – мама заглянула ко мне, – уже поздно. Ты поедешь на встречу или нет?

– Не знаю. Честно говоря, я устала.

– Так позвони Оле и отмени всё. Перенеси на завтра, например. Тебя же никто не принуждает.

Разумно, мам. А как же обещание, данное лучшей подруге?

– Сама не понимаю, что хочу, – я откинулась на подушки. – Здесь вдруг стало уютно и хорошо. Конечно, это не мой дом, чтобы ты, мам, об этом ни говорила. Я всё равно чувствую себя гостьей. Но я отдыхаю здесь. Впервые по-настоящему отдыхаю. Знаешь, я рада, что ты нашла Андрея.

Мама села рядом со мной. Видимо, приготовилась к серьезному разговору.

– Ты общалась с Борисом после этого?

– Да.

Интересно, как она догадалась?

– И как он?

– Выглядит неплохо. Держится уверенно. Примерно так же, как и всегда. О прошлом не жалеет. У него новая жизнь, новые перспективы. Он собирается за границу. Может, уже уехал.

Произнеся это вслух, словно самой себе призналась в том, что отцу я всё-таки безразлична. И так мне стало грустно, что на меня снова накатила волна.

Мама, заметив это моё состояние, попыталась объяснить:

– Эля, его нужно простить. Он сделал всё, что мог. Давай просто оставим его в покое. Наши пути разошлись и уже не сойдутся.

– Тебе легко говорить, мам. Ты никогда его не любила.

– Ну, почему ты так думаешь? Если бы он был мне совсем безразличен, я бы не смогла с ним жить столько лет под одной крышей.

– Но ты же любила Андрея.

– Любила. И сейчас люблю. Но Борис не был для меня чужим. Мы вместе растили дочь. Вместе переживали трудности. Ты думаешь, после всего я вот так запросто вычеркнула его из памяти?

Об этом я не думала. Мне казалось, это естественно. Им обоим брак был в тягость, поэтому они расстались. А теперь получается, что следы в сердце не только у меня.

– Нет, я не страдаю о нем, – пояснила мама. – Но и забывать не хочу. Он был частью моей жизни. И ведь не всё у нас складывалось плохо.

– Мне бы хотелось, чтобы он почаще вспоминал обо мне.

– Не нужно, Эля. Только душу себе растревожишь. Отпусти его и ты поймешь, что так легче.

Отпустить? Хм, мама говорила про Бориса, а мне слышалось имя Тимура. Может, это сама Вселенная советует мне через маму его отпустить? Но как я могу без