Несомненно ты - Джуэл Э. Энн

Он вытаскивает свои пальцы, и я раскрываю глаза. Его голова опускается к моим бёдрам. Он оставляет медленные влажные поцелуи, двигаясь вверх по моему телу. Остановившись напротив груди, он снова втягивает сосок в рот и, подразнивая, захватывает его зубами. Придвинувшись к моей шее, он останавливается. Он нависает над моими губами, и я чувствую его эрекцию у своего входа. Быстро втягиваю воздух и задерживаю дыхание от предвкушения. Одновременно, его рот захватывает мой, и он осторожно входит в меня. Я стону ему в рот. Меня растянули намного больше, чем когда-либо в моей жизни. Эта полнота такая впечатляющая: грань между удовольствием и болью.

Лотнер замирает и смотрит на меня. Моя грудь вздымается от тяжелого дыхания.

— Ты в порядке? — спрашивает он. Каждый мускул в его теле подрагивает, как будто он борется с первобытным желанием. Он хочет действовать со мной медленно.

Я киваю.

Он немного выходит из меня, а затем снова толкается вперёд.

— Аххх! — кричу я.

Это удовольствие, эта боль… это сносит крышу, и я не хочу, чтобы он останавливался. Он снова колеблется, когда я кричу, но я быстро притягиваю его голову к себе и атакую его рот, задвигав бёдрами. И этого достаточно. Он устанавливает быстрый темп, и я впиваюсь ногтями в его задницу.

— Сидни… — моё имя стекает с его губ, словно мёд.

Секс с Лотнером за гранью возможного, я даже не могла себе такое представить. Я не могу думать. Мои мысли затуманены, и у меня кружится голова. Я пьяна им. Он увеличивает темп, и его рука опускается между нами, чтобы дотронуться до меня.

— Лотнер! — выкрикиваю я, теряя над собой контроль. Я закатываю глаза, и самый фантастический оргазм накрывает меня своими беспощадными волнами.

— О боже… Сидни! — Лотнер замирает, находясь глубоко во мне, а затем делает ещё один толчок, когда его губы отыскивают мои.

Комната заполнена мягкими звуками благодарности, когда мы стонем, не отрываясь друг от друга. Мои ноги дрожат, и я молча умоляю его не двигаться. Я беру в ладони его лицо, прижав свои губы к его. Секс с Лотнером основное блюдом, но это десерт. Вся эта неудержимость ослабла, и мы теряемся в этом моменте, смакуя его в этом томном бесконечном поцелуе.

Он выходит из меня и падает рядом со мной. Хрипло смеётся:

— Это было…

— Сэм? — слышу я голос, доносящийся снизу.

— Чёрт! — кричу я и спрыгиваю с кровати.

Я хватаю шорты Лотнера и кидаю в него.

— Давай, одевайся. Тебе нужно уйти отсюда.

— Кто такой Сэм? — он всё ещё лежит на кровати.

— Я Сэм. А теперь вставай. Быстрее!

Я лихорадочно и быстро двигаюсь, копошась с застёжкой лифчика и натягивая трусики. Я не могу застегнуть платье своими трясущимися руками, поэтому откидываю его в сторону и хватаю шорты и футболку из кучи грязной одежды, лежащей в открытом чемодане на полу.

— Ты сказала, что тебя зовут Сидни? — спрашивает он, направляясь в ванную комнату, по-видимому, чтобы снять презерватив.

— Это моё прозвище, — бормочу я, застёгивая шорты.

— Сэм, ты здесь?

— Это твоя сестра? — уточняет он, выходя из ванной, слава Богу, с уже надетыми шортами.

— Да. Где твоя футболка?

— Она внизу на…

— Я позже верну её тебе, — подталкиваю я его к окну.

— Что ты делаешь? — недоумевает он, нахмурив брови. Его голос был полон замешательства.

— Тебе придётся вылезти через окно. Не волнуйся, здесь есть железная решётка, так что ты сможешь спуститься вниз, — я открываю окно.

— Ты не хочешь, чтобы твоя сестра узнала о нас?

— Нет. Она планирует переспать с тобой, — я отодвигаю шторы.

— О чём ты вообще?

— Она спросила меня, планирую ли я что-то с тобой, и когда я ответила, что нет, она спросила, можно ли ей это сделать.

— Господи, Сидни. Ты что, пытаешься свести меня со своей сестрой?

— Нет! Ну… да, но это не то, о чём ты подумал. Я всё позже объясню тебе. А теперь иди.

Он качает головой, выставив одну ногу из окна.

— А как насчёт моей обуви?

— Ты получишь её немного позже. Выбирайся отсюда, подожди около пятнадцати минут, а потом позвони в дверь.

Он раздражённо фыркает и выбирается в окно.

— Оу… и Лотнер?

Он останавливается и смотрит на меня.

— Это лучший секс, который когда-либо у меня был, — я усмехаюсь и закрываю окно.

Он всё ещё качает головой, но я всё же заметила улыбку, которая появилась на его лице.

— Эйвери! — кричу я, спускаясь вниз по лестнице.

Она наклоняется, чтобы позволить Сворли облизать её, как леденец. Задничные микробы! Однако я задолжала ему одну лишнюю прогулку или какое-то угощение из магазина для животных за то, что он спас меня и заработал ещё немного времени, чтобы позволить Лотнеру уйти.

— Сэм! — она выпрямляется, и мы обнимаемся. — Я специально выехала рано утром, а, знаешь, я ведь не ранняя птичка, но я хотела сделать тебе сюрприз.

Я отпускаю её и с излишне слащавой улыбкой, широко раскрываю глаза.

— Миссия выполнена.

Она выпячивает губы и наклоняет голову.

— Чем ты занималась?

— Эм… ничем. А что?

Она прикасается к моим волосам и убирает несколько спутанных локонов с лица.

— У тебя такие растрёпанные волосы, и ты вся раскраснелась.

— Всю прошлую неделю я провела у бассейна, просто загорела. И я не сушила волосы после душа сегодня.

— Ммм… это не загар, но ладно. Если ты смотришь порно на компьютере, то это твоё личное дело, не моё. Твои секреты будут в безопасности со мной.

— Эйвери, я не смотрю порно на…

— Тебе незачем объясняться, — она взмахивает своей копной волос, направляясь на кухню, и заглядывая во внутренний дворик, присвистывает.

— А это и есть тот самый задний двор: бассейн, джакузи и долбаная летняя кухня. Официально заявляю, что это будет главным местом для вечеринок на следующие несколько дней.

Пока она отвлекается, я хватаю футболку Лотнера с пола и закидываю её в кухонный ящик как раз, когда она поворачивается.

— А что это за цветы?

— Мне нравится, чтобы вокруг стояли свежие цветы, — пожимаю я плечами, накручивая волосы на палец.

— С каких это пор? — спрашивает она, скрестив руки на груди.

— С… с тех пор как я занимаюсь хаусситтингом. Это… эм… поднимает мне настроение, когда я чувствую себя одиноко.

Я в такой заднице прямо сейчас, что, наверное, никогда не смогу выбраться из неё.

— А почему две чашки на столе? — кивает она в сторону кухонного островка.

— Я не выкинула одну со вчерашнего дня.

Эйвери берет одну чашку. И, конечно же,