Не трогай меня - Ника Литвинова

— Янка, — мой голос звучит хрипло, — у тебя есть кто — то?

Она замолкает на полуслове, краснеет:

— Нет…

Я наклоняюсь к ней медленно, закрываю глаза и вдох сбивается на три такта. Даю время отстраниться, если захочет. Но она замирает, как олененок в свете фар. Мои губы касаются её — нежно, осторожно. Она не отвечает, но и не отстраняется. Я чувствую, как часто бьется её сердце — или это мое. В голове туман, мысли путаются, растворяясь в волне захлестывающих эмоций. Каждое прикосновение отзывается электрическими импульсами по всему телу. Время будто застыло, оставив только этот момент — её близость, тепло её кожи, легкий аромат волос. Все чувства обострены до предела, каждый нерв звенит от переполняющего счастья. В крови бурлит коктейль гормонов, превращающий реальность в сладкий дурман. В голове уже своя вечеринка: дофамин и окситоцин сейчас разливаются в неограниченном количестве. Хочется раствориться в этом мгновении, впитать его всем существом, запомнить каждую деталь — как дрожат её ресницы, как прерывисто она дышит.

Внезапно Янка отстраняется, распахивает глаза.

— Я… мне пора! — выпаливает она и выскакивает из машины. Я успеваю заметить пылающие щеки и улыбку, которую она пытается спрятать.

Догоняю её у подъезда, успеваю схватить за руку. Она оборачивается, капли дождя блестят в её волосах. Притягиваю её к себе и обнимаю.

— Янка, я влюбился! — выдыхает мне в губы.

— Эммм…

Смотрю в его глаза и как на его лице расплывается улыбка. Он мягко целует уголок моих губ. Немного щекотно. Прикосновение легкое, как перышко.

— Может домой пора, — бормочу.

— Ага, прям сейчас, — шутит.

В это раз он действует настойчиво и умело раздвигает мои губы своими.

Что делать — то? Рот открыть? Закрыть? Я мысленно смешу себя в голове, чтобы не выдать свой страх, смятение и кучу нервирующих меня чувств.

Гладит своим языком мой и я пытаюсь подстроится под этом ритм. Это приятно, но не привычно. Поцелуй выходит все глубже и порочнее. Он прижимает меня к себе и мне становится не по себе.

— Ммм, Василек. Мне кажется, я обожрался малины, — упирается своим лбом в мой. — Губы твои…Я запишу твой запах в свой плейлист, закрою глаза и буду слушать кожей. Моя девочка.

От последний фразы мне словно за шиворот налили ледяной воды, отстранюсь и мысленно беру разгон, чтобы убежать и спрятаться.

— Василек, ты чего? — он обеспокоенно кружит по ему лицу взглядом. — Я сделал тебе больно? Неприятно? — мягко поглаживает мою спину. Даже через куртку я отчетливо чувствую его руки.

— Все хорошо, — храбрюсь.

Пальцы на его плечах подрагивают, я сильнее давлю ими на его кожу через слои ткани:

— Мне пора!

— Спокойной ночи, Василек — мягким движением проводит по моим скулам подушечками пальцев и коротко целует в губы.

Глава 21. Яна

Новый костюм идеально сидит — пиджак цвета слоновой кости с острыми лацканами подчеркивает талию, а прямые брюки с высокой посадкой делают ноги визуально длиннее. С моим ростом это необходимо. Тетя Лена привезла мне целый чемодан одежды. Никакого мини, здесь столько современных образов. У нее прекрасный вкус.

Под пиджак одеваю белый топ — немного дерзко для меня. Не могу же я пойти в ресторан в своих любимых джинсах и худи. Кручусь, внимательно осматриваю себя со всех ракурсов, мне хочется переодеться.

— Яна, угомонись! — проговариваю вслух.

Собираю волосы в высокий хвост, пряди послушно ложатся одна к одной.

Телефон вибрирует — сообщение от Макса, уже не первое за сегодня. С утра мы пожелали друг другу хорошего дня. Но сердце все равно предательски екает. «Я уже на даче, жарим шашлыки с родителями. Завтра поужинаем?» К сообщению прикреплено фото — он у мангала, в темно-синей куртке и спортивных штанах, улыбается. Рассматриваю это изображение как вор. Он красивый, высокий, у него прекрасная фигура, ямочки на щеках. Мне он нравится. От этого осознания мне снова не по себе.

«Я пока занята, позже напишу», — печатаю я максимально нейтральный ответ. Хочется написать больше, но пальцы будто деревенеют. Что сказать? Как сказать? А вдруг глупость какую — нибудь ляпну? Проще промолчать. Я не уверена, что готова с ним делится подробностями своей жизни.

Смотрю на себя в зеркало и не узнаю отражение. Глаза горят каким — то странным светом, щеки до сих пор пылают. Все из-за него. Из — за Макса.

Мой первый поцелуй. До сих пор губы горят. Прячусь и укутываюсь в эти воспоминания и ощущения, от них становится мучительно тепло.

Но тревога… Она не отпускает ни на секунду. Стоит подумать о том, чтобы открыться Максу, рассказать о себе всё — и внутри всё сжимается от ужаса. Я не выдержу его жалостливого взгляда. Только не это… Я через это уже проходила. И больше не хочу, не могу. Слишком больно.

Мне почти двадцать один, а я только учусь чувствовать. Учусь доверять. Но, мой страх сильнее. Он въелся под кожу, стал частью меня.

Я чувствую себя такой хрупкой рядом с Максом. Словно стеклянная. Один неверный шаг — и разобьюсь вдребезги. Может, когда — нибудь найду в себе силы рассказать ему всё. Показать все свои шрамы. А пока… Пока просто хочу запомнить каждую секунду рядом с ним. Каждый взгляд, каждую улыбку, каждое прикосновение. Вдруг это всё быстротечно и это все, что у меня останется в памяти?

Макс отвечает почти сразу: «Буду ждать, Василек» И смайлик. Такой простой, дружелюбный ответ, а я сижу и не знаю, что ответить. Просто ставлю лайк и откладываю телефон.

Последний штрих — персиковый блеск для губ. В отражении девушка, которая выглядит уверенной и стильной. Если бы только чувствовала себя так же…

Ресторан встречает приглушенным светом и негромкой музыкой. Игорь арендовал небольшой отдельный зал — уютный, с круглыми столами и мягкими креслами. Брат сияет от счастья, обнимает меня при встрече: — Сестренка! Как же круто, что ты пришла! Выглядишь супер!

— С днем рождения, родной, — шепчу я, протягивая подарок — ежедневник в кожаном переплете. Знаю, что сейчас все записи хранят на телефоне или в планшете, но мне хочется, что у него осталось что-то на память.

— Яночка, выглядишь шикарно! — вслед за братом меня обнимает тетя Лена. Мы