Ты выбрал ее, предатель - Лила Каттен

– Да, – сухо отвечает отец.

– Я сейчас ему позвоню, а вы тут пообщайтесь пока что.

– Спасибо, мам.

– Все будет хорошо, слышишь? И адвокат он хороший, и твой муж не последний человек в городе. Так что… это ведь случайность. Простая случайность, – говорит она напоследок, прежде чем отойти от телефона.

– Случайность, – шепчу я, пока отец молчит. – Он выскочил на дорогу внезапно. Даже если бы я захотела, все равно не смогла бы остановиться вовремя. И это учитывая то, что скорость я еще не набрала.

– Это все? – строгим голосом спрашивает папа, как будто знает что-то еще, догадывается.

– Да, пап. Мы с Муратом провели в полицейском участке какое-то время, а потом поехали домой.

– Это не должно быть сложным делом. Не думаю, – помолчав, говорит отец.

– Я тоже так считаю.

Слышится хлопок двери, и мама тут же оказывается у телефона.

– Рита, он сейчас не в городе. Но я ему быстро все пояснила, и он сказал, что вечером приедет и возьмется за дело. Позвонит тебе.

– Хорошо. Думаю, эти несколько часов особой роли не сыграют.

Она снова всхлипывает.

– Ну все, мамуль. Успокойся. Меня выпустили под подписку, а там адвокат поработает.

– И не говори… Все будет хорошо. Обязательно будет.

– Я еще попросить хотела, чтобы вы присмотрели за Мироном. Я привезу его после школы, если успею.

– Я сам заберу. В рыболовный магазин прокатимся, а на выходных – на пруд.

– Хорошо. Спасибо, пап.

С трудом завершив звонок, я иду на кухню и навожу там порядок. Не хочу, чтобы мы с сыном поранились об осколки.

Смена начинается тяжело. Мне не удалось поспать. Хоть я и легла, но в итоге не уснула и пошла готовить ужин.

После обхода я иду к главврачу, потому что мне в любом случае нужно отлучиться или даже уйти со смены.

– Случилось что-то серьезное? Ты выглядишь так, будто отработала неделю без выходных, – спрашивает он, пронзая меня внимательным, почти отцовским взглядом.

Говорить откровенно не хочется. Конечно, придет момент, когда мне придется это сделать, но сейчас я не до конца понимаю, что ждет меня дальше. Поэтому простой рассказ поставит меня в плохое положение, а там будет видно.

– Случилось. Я бы хотела поговорить об этом потом, если вы не возражаете.

– Хорошо, Маргарита. Но думаю, тебе стоит заглянуть в отпускной лист и пересмотреть дни. Возьми отпуск сейчас, я вижу, что продуктивность снижается, а это нехорошо.

– Я…

– Я тебе не враг. Лучше сконцентрируйся на домашних проблемах, а потом мы поговорим. На следующей неделе ряд запланированных операций, сомневаюсь, что ты к ним готова.

И я понимаю, что это правда. Господи, да если сейчас не докажут мою невиновность, я вообще могу оказаться в тюрьме.

Меня передергивает от этой мысли, поэтому я просто киваю и выхожу из кабинета. Зайдя к себе, я практически падаю на стул и, застонав от усталости, стягиваю с волос резинку, потому что голова ужасно болит.

– Во что превратилась моя жизнь? – Вопрос в пустоту и такой же “исчерпывающий” ответ. Глаза вновь жжет от подкатывающих слез, но от рыданий меня отвлекает вибрация мобильного на столе.

Глянув на экран, вижу имя Мурата.

– Ну уж нет.

Двигаю пальцем по экрану и сбрасываю.

Но звонок повторяется вновь.

– Серьезно?

Снова скидываю. Следом летит СМС, чтобы я подняла трубку. Но я не собираюсь этого делать. Хватит.

– Тук-тук, – входит Надя, но, заметив мое лицо, перестает улыбаться. – Ты меня прости, конечно, но видеть тебя такой – плохая привычка.

– Это так ужасно?

– Хуже. Ты серая, а белый халат вообще делает тебя похожей на утопленницу.

– Я куплю розовую форму.

– Рита, надо не форму менять, а жизнь. Что с тобой? Ты не выспалась?

– Я спала за ночь пять минут.

– Почему?

– Ты даже не представляешь.

– Если ты скажешь, что муж всю ночь просил прощения, то, наверное, да… Не представляю. Но хотя бы не буду возражать.

– Просил, – хмыкаю. – Я в аварию вчера попала.

– Черт возьми, – охает она. – Как это?

– Знала бы я, как. Поехала на зеленый, а тут под колеса, словно из ниоткуда, мужчина.

– О, ну, есть такие гады. Потом они подают на тебя в суд, и ты платишь им…

– Он умер.

– А… – Она открывает рот, но не говорит ни слова.

– Вот такая у меня была ночка в полицейском участке.

Мы обе смотрим на телефон, который снова начинает звонить.

– Стой, так тебя обвинили или… ну, статья и все дела?

– Пока нет. Частично. Я под подпиской.

– А муж?

– А муж притащил мне адвоката. – Я смотрю на подругу, ожидая, когда до нее дойдет.

И когда это происходит, ее глаза становятся больше.

– Нет, – мотает она головой. – Не говори мне этого…

– Не скажу, ты сама все уже поняла.

– Серьезно? Он привел свою белобрысую стерву?

– Ага. А она мне заявила, когда он вышел: «Оставь Мурата в покое, и я тебя вытащу». – Я кривлюсь от слов, которые произнесла.

– О боже, какая сука! Прошу, скажи, что ты сделала ей бесплатную коррекцию лица.

– Конечно нет, но послала далеко и надолго.

– Я официально в шоке.

– А я официально заявила, что подам на развод, и все. Не могу больше.

– Ох, дорогая… – На мою ладонь опускается ее теплая рука, и телефон снова звонит.

– Вот что ему от меня надо? – Я показываю экран, а потом сбрасываю.

– Ну а что ему еще может быть нужно? «Рита, прости, люблю-нимагу».

– Знаешь, к черту такую любовь. Лучше одной, чем вот так сидеть на пороховой бочке.

Когда телефон снова оживает, я уже хочу его отключить, но… это незнакомый номер.

– Алло? – поднимаю трубку, решив, что это адвокат от мамы.

– Маргарита Вячеславовна, это капитан Томченко. Вы не могли бы подъехать к полицейскому участку?

– Эм… да, конечно. Я буду в течение получаса.

Когда я отключаюсь, Надя выжидательно смотрит на меня.

– Из полиции.

– Так, соберись и поезжай туда с полной уверенностью в себе. Это он бросился под колеса, а не ты решила кого-нибудь переехать в тот вечер.