Прелюдия к чуду - Энн Вулф

Утро выдалось погожим и солнечным. Я сладко потянулась, открыла глаза, встала и сразу же подошла к большому окну, напротив которого находилась моя кровать. В лучах утреннего солнца снежинки переливались, как россыпи драгоценных камней. Все поле, лежащее за обрывом, казалось огромным ковром, расшитым серебряными нитями и украшенным бриллиантами.

Эта картина настолько пленила мое воображение, что я быстренько оделась, напевая мотив, засевший у меня в голове со вчерашнего дня. А потом схватила фотоаппарат и выбежала на улицу с заднего двора. Мне удалось выбрать удачный ракурс и сделать пару неплохих снимков заснеженного поля. Я уже собиралась вернуться в дом, как услышала позади себя грозный окрик Микаэля:

– Без завтрака! С утра! На мороз! Мод, что ты делаешь?!

Я обернулась. Микаэль стоял на пороге и смотрел на меня, прищурив глаза, в которые били лучи утреннего солнца. Конечно же, его гнев был напускным. Я потрясла фотоаппаратом и крикнула ему в ответ:

– Фотографирую! Разве ты никогда не пишешь зимние пейзажи на свежем воздухе?

– Я никогда не пишу натощак, – пошутил он, когда я подошла к крыльцу. А потом тихо добавил: – Я испугался, когда не обнаружил тебя дома. Решил, что ты уехала…

Он не шутит, догадалась я, заглянув в его карие глаза. Микаэль действительно подумал, что я могла уехать. Но с чего бы?

– С ума сошел! – я улыбнулась, чтобы скрыть беспокойство, возникшее из-за его предположения. – Кто же оставляет место, где ему хорошо без особых на то причин? И потом, я даже не знаю, на чем смогу отсюда выбраться…

– Забудь об этом, – смутился Микаэль. Похоже, он осознал нелепость своего предположения. – Просто я фантазер… Иногда у меня так разыгрывается воображение, что я не знаю, куда деваться от картин, которые оно рисует…

– Просто ты – чувствительный человек с тонкой душевной организацией, – поправила я его. – Кстати, идея насчет завтрака мне очень понравилась…

– Я приготовил чай, но, увы, на завтрак снова сандвичи. К сожалению, я не купил вчера продукты.

Я едва не рассмеялась, наблюдая за выражением лица Микаэля. Он сокрушался по поводу сандвичей так искренне, что напомнил мне домохозяйку, которая оправдывается перед мужем за неприготовленный ужин.

– Не переживай, – утешила я его. – Дома я всегда завтракаю сандвичами. Утром у меня нет никакого желания готовить, а будить Ба из-за такого пустяка – преступление. К тому же она спит так крепко, что ее не разбудят даже воры, забравшиеся в дом…

Кажется, мои слова возымели действие. Микаэль перестал беспокоиться о том, как я отнесусь к сандвичам, и мы сели завтракать. После завтрака я хотела воспользоваться предложением Думитру Моеску и заглянуть к нему в гости, но Микаэль отговорил меня от этой идеи.

– Старый выпивоха наверняка еще спит после вчерашнего. И будет спать еще полдня. Так что к Думитру стоит пойти ближе к вечеру, когда он захочет пропустить рюмочку-другую для того, чтобы прийти в себя…

Впрочем, даже если бы я не послушала Микаэля, к Думитру Моеску мы все равно бы не попали. Его величество Случай скорректировал наши планы с помощью неожиданного гостя – Марина.

Он заглянул к Микаэлю сразу после завтрака, и его удрученное лицо не предвещало ничего хорошего.

– Что случилось? – спросил Микаэль, как только Марин зашел в дом.

Марин уселся на предложенный ему стул и, сокрушенно качая головой, рассказал Микаэлю о том, что произошло. Из его беглой речи, пересыпанной восклицаниями и хлопками рук, я поняла только то, что происшествие касалось Дану, того парня, который приударял за мной весь вчерашний вечер и предлагал «познать любовь местного жителя».