Сплетница - Сесиль фон Зигесар

Пока Блэр была занята его пальцами, Нейт перевернулся на спину. Он так волновался перед встречей с Блэр, что не смог пообедать, и теперь чувствовал голод. По пути домой надо будет купить буррито в мексиканском ресторанчике на Лексингтон-авеню. Буррито с курицей, черной фасолью и острым соусом, да побольше. Блэр укусила его за мизинец.

— Ох, — вздрогнул Нейт. Его эрекция спадала, точно кто-то проткнул булавкой воздушный шарик. Он сел и провел рукой по волосам. — Я не могу, — чуть слышно прошептал он.

— Что? — спросила Блэр, садясь рядом. — Что не так?

Ее сердце упало. Этой сцены не было в сценарии. Нейт портил ее идеальный вечер. Нейт неуклюже взял Блэр за руку и первый раз весь вечер посмотрел ей в глаза.

— Я должен тебе рассказать, — произнес он — иначе я просто не смогу. Я чувствую себя полным дерьмом.

В его глазах Блэр прочитала, что идеальный вечер не просто испорчен, он потерпел крах.

— Что такое? — нежно произнесла она. Нейт опустил голову и потянул на себя покрывало. Набросил один край на плечи Блэр, а другим обмотал себя во круг талии. Он не мог говорить, пока они были обнажены. Он снова взял Блэр за руку.

— Помнишь, позапрошлым летом ты ездила в Шотландию, на свадьбу тети? — начал Нейт.

Блэр кивнула.

— Тем летом стояла такая жара. Я был в городе с отцом, слонялся по округе, пока он ходил на свои собрания и встречи. Я обалдел от скуки и позвонил в Риджфилд, Серене. Ну, она и приехала.

Нейт заметил, как напряглась спина Блэр при одном упоминании Серены. Она отняла ладонь и скрестила руки на груди. В ее глазах вспыхнуло недоверие.

— Мы слегка выпили и сели в саду. Было так жарко. Серена стала плескаться в фонтане, а потом обрызгала меня. И тут меня немного занесло. То есть…

Нейт замялся. Он вспомнил, как Сайрус советовал ему удивлять подруг. Сейчас он преподнесет Блэр невероятный сюрприз, и он ей совершенно не понравится.

— И? — спросила Блэр. — Что было дальше?

— Мы поцеловались, — сказал Нейт. Он глубоко вздохнул и задержал дыхание. Он не мог сказать только половину правды. Он выдохнул. — А потом занялись сексом.

Блэр отшвырнула покрывало и вскочила.

— Я так и знала! — завопила она. — Серена перетрахала всех! Мерзкая, грязная сука!

— Прости, Блэр. Я не думал об этом заранее, я не хотел, — сказал Нейт. — Так вышло. И это было только один раз. Я просто не хотел, чтобы ты обманывалась, что для меня сегодня тоже все впервые. Я должен был тебе рассказать.

Блэр метнулась в ванную и сорвала с крючка розовый шелковый халат. Запахнулась и плотно затянула пояс.

— Пошел к чертовой матери, Нейт, — сказала она. По ее щекам текли слезы ярости. — Мне противно на тебя смотреть. Ты такой жалкий.

— Блэр… — взмолился Нейт.

Долю секунды он пытался придумать, что бы такое сказать ей, чтобы успокоить. Обычно ему всегда удавались нежные слова, но не сейчас.

Блэр ушла в ванную, захлопнув за собой дверь.

Нейт поднялся и натянул трусы. Киса Норка выглянула из-под кровати, смерив его обвиняющим взглядом. Золотистые глаза пугающе светились в темноте. Нейт подобрал джинсы, рубашку, ботинки и пошел к выходу. Он мечтал о буррито.

Гулко хлопнула входная дверь, но Блэр не торопилась выходить из ванной. Она разглядывала в зеркале свое заплаканное лицо. На краю раковины по-прежнему лежал блеск для губ, забытый Сереной. Блэр подняла его дрожащими пальцами. Блеск назывался «Рваные губы». Отвратительное название. Только Серена могла мазаться блеском с отвратительным названием, носить дырявые колготки, старые грязные ботинки, не ходить к парикмахеру и все равно покорять всех парней. Блэр зарычала, чувствуя иронию происходящего, распахнула окно и швырнула тюбик в ночь, ожидая стука удара о тротуар. Но стука она не услышала.

В ее голове проносились сцены нового фильма. В этом фильме великолепную Серену Ван дер Вудсен переехал автобус с ее идиотской фотографией на борту, оставив девушку калекой. Ее старая подруга Блэр со своим преданным мужем Нейтом выкраивали иногда часок, чтобы накормить женщину-растение тертыми грушами и рассказать, как прекрасны вечеринки, которые они посещают. В ответ Серена только рыгала и хрюкала, но милосердная Блэр ей все прощала. Это было меньшее, что она могла сделать для подруги. Все звали ее святой Блэр, и она получила титул «Миссис Милосердие».