Две судьбы. Книга 3. Голубая кровь - Семен Малков

– А я согласен с Михаилом Юрьевичем; этот спор бесполезен, генетика – признанная наука. Если у нашего студента и есть хорошие задатки, – и с лукавой усмешкой взглянул на красного от смущения Петра, – то они, безусловно, унаследованы от отца с матерью. – Сделал паузу и добавил: – Голубая кровь – понятие медицинское, и все же верю в благородство этой самой крови, что досталась Пете от его аристократических предков. Пожелаем, чтобы она подвигла его на большие, полезные дела! – И Вячеслав Андреевич поднял бокал. Тост дружно поддержали, и спор на том прекратился. К тому же хозяйка подала на стол огромную супницу с ароматным борщом. Когда покончили с первым, оправившийся от смущения Петр произнес ответное слово.

– Тут в мой адрес сказано много хорошего. – Голос его поначалу звучал тихо. – Но если во мне и есть что-то стоящее, то этим я обязан моим близким, и прежде всего, маме с бабушкой и отцу с дедом. – Перевел дыхание и продолжал более уверенно: – Они не просто учили хорошему, но и показывали, как поступать, на личном примере.

Петр посмотрел на отца.

– Прости, папа, что не послушался при выборе профессии. Я чту традиции нашего древнего рода и уважаю военную службу, но мне интереснее разведать то, что скрывается в недрах. Потому и решил стать геологом.

– Понимаю Петю и вполне с ним солидарен! – решительно заявил Никитин. – Отец мой, знаменитый ученый-нефтяник, мечтал, как и мать, что сын продолжит его дело. Но у меня-то свое, другое призвание, жизнь доказала, что я правильно сделал, выбрав собственный путь.

На столе появилось блюдо с дымящимся жарким, и все умолкли Только во время десерта Петю засыпали вопросами – о первых днях в институте. Он был лаконичен.

– Интересно все, но особенно с кем предстоит вместе учиться. К сожалению, – вздохнул Петр, – в группе мало девочек, одни парни. Наиболее колоритные фигуры – двое! Кирилл Слепнев и Руслан Алиев. Кирилл, говорят, сынок богатого финансиста, а Руслан, похоже, предводитель компании земляков-кавказцев. На первый взгляд ребята свойские.

К новоиспеченному студенту больше с расспросами не приставали, и разговор переключился на повседневные дела и заботы.

После обеда семейство Никитиных в полном составе отбыло; близнецов увели в детскую; Петр с отцом ушли на прогулку; а Светлана Ивановна и ее родители расположились в гостиной у телевизора. Степан Алексеевич заинтересовался диалогом на политическую тему, а мать с дочерью все обсуждали будущее Петра.

– Знаешь, доченька, слушала я, как разумно рассуждает Петенька, и поняла: а ведь он уже совсем взрослый! – умиленно вздохнула Вера Петровна. – Странно, что у него до сих пор нет подружки.

– Меня тоже это давно заботит, – призналась дочь, – но подумала и нашла простое объяснение.

– И какое же? – с интересом откликнулась мать.

– А ты вспомни у него в классе за все школьные годы хоть одну красивую и интересную девочку.

– Так что же, по-твоему, во всей школе не нашлось девочки, чтоб ему понравиться? Не может такого быть!

– Еще как может! Знаю я своего сына. У Пети возвышенная душа и строгие требования к девушке своей мечты. Он не из тех разбитных и шустрых ребят, которые легко знакомятся с девочками.

Однако Вера Петровна не согласилась – у нее возникла своя версия.

– Сдается мне, доченька, в другом причина – в излишнем увлечении спортом. Вся энергия молодая уходит на накачку мышц. Неужели вам с Мишей это не ясно? Он-то, как мужчина, должен лучше представлять себе последствия.

– Ты сгустила краски, дорогая, – заметил Степан Алексеевич жене, краем уха уловив их разговор. – Миша совершенно правильно делает, придавая большое значение физическому развитию сына. Сила и ловкость ему необходимы! И для здоровья полезно.

– Но Петенька от природы гармонично и красиво сложен, – возразила Вера Петровна. – Зачем ему наращивать мышцы?

– А вот Миша мощно сложен – настоящий атлет. И здоровье в порядке. Таким же стремится сделать и сына. Петеньке в жизни это очень пригодится! – возразила Светлана Ивановна.

Степан Алексеевич поднялся с кресла, расправил плечи и решил успокоить женщин:

– Напрасно вы, дорогие мои, за Петю тревожитесь. Девушки появятся, да еще создадут для всех нас немало проблем. Уж больно привлекательным он становится мужиком. Поверьте – настоящие волнения за его личные дела вас ожидают впереди.

– Да-а, хотелось бы представить себе девушку, которую полюбит мой сын… – мечтательно протянула Светлана Ивановна. – Дай-то бог, чтоб была его достойна! Ведь правда, папа, он у нас какой-то особенный – несовременный? И собой очень хорош!

– Для матери сын всегда особенный, – улыбнулся ей Степан Алексеевич. Но, как беспристрастный ученый, вполне объективно могу подтвердить: мой внук – прекрасный образчик молодого поколения. С такими Россия не пропадет!

За открытыми настежь окнами институтского коридора лениво облетали с деревьев пожелтевшие листья. Стояло теплое «бабье лето» – лучшая пора осени. Среди студентов, толпящихся перед дверьми аудитории, выделялась приметная пара: шикарно «упакованный» коренастый Кирилл Слепнев и худенькая, болезненного вида большеглазая Инна, девушка из параллельной группы. В конце коридора показалась высокая фигура Петра Юсупова, и Инна с откровенным любопытством осведомилась у Кирилла:

– Этот интересный парень из вашей группы? Что он собой представляет?

«Ну вот, и на этого Инка глаз положила. Еще один конкурент выискался! – с досадой подумал Слепнев. – Ишь как падка на таких красавчиков!»

Буркнул пренебрежительно:

– Внешнее впечатление. Слабо продвинут. Интересуется только спортом, – губы его скривились в презрительной усмешке. – Словом, сермяга.

И тут же с дружеским видом улыбнулся Петру – тот как раз подошел.

– Привет! Утренняя пробежка? Знакомься – Инна, с нашего курса, только из другой группы. Очень веселая девушка.

«Красивая… только слишком уж накрашена. И ноги худые, – мысленно отметил Юсупов. – Похоже, подружка Кирилла».

– Будем знакомы. – Пожал протянутую Инной руку. – Странно – раньше тебя не видел.

– А я перевелась из другого института. При содействии Кирочкиного папани. Наши отцы – деловые партнеры, – кокетничая, делая Петру глазки, объяснила ему Инна. – Мы с Кирочкой давно знакомы, и он мне порядком наскучил!

Ее заигрывание больно задело самолюбие Слепнева, зависть и злоба поднялись в нем.

– Ты шути, Иннуля, да меру знай, – обиженно произнес он. – А то, чего доброго, Юсупов поверит. Татары народ примитивный – все принимают за чистую монету.

На такой наглый и неожиданный выпад Петр не знал, как реагировать, лишь досадливо поморщился. За него ответила девушка:

– И правильно! Какие уж тут шутки, Кирочка! – Она решила проучить спесивого приятеля. – Надоел ты мне, вот и хочу сменить поклонника. Чем Петя плох? Да и не похож он на нацмена!