Дороже всех сокровищ - Вирджиния Браун

Джордан обернулся к своим приятелям, словно желая спросить, не пригрезилась ли ему очаровательная незнакомка, как вдруг его плеча коснулась чья-то легкая рука.

– Ты ищешь меня, Жордан? – раздался волнующий женский голос.

Джордан обернулся. Перед ним стояла вроде бы Жоли – и в то же время не Жоли. Вместо привычного кожаного платья и джинсов на ней было надето роскошное платье с глубоким декольте и пышными юбками, соблазнительно шуршащими при ходьбе. На ногах – изящные высокие ботинки на маленьких аккуратных пуговках. Волосы уложены в изысканную прическу, а вместо запаха лошадей – тонкий аромат духов… Превращение необузданной дикарки в светскую красавицу произвело на Джордана ошеломляющее впечатление. Взгляды всех мужчин в салуне устремились на прекрасную незнакомку.

– Жоли, ты выглядишь потрясающе! – воскликнул Гриффин, не скрывая своего восхищения.

– Спасибо, – обворожительно улыбнулась девушка, – ты тоже.

– Видал я, девочка, много красавиц, но такой… – Широкое лицо Эймоса расплылось в довольной улыбке.

Жоли ожидала каких-нибудь комментариев от Джордана – но тот лишь смотрел на нее, криво усмехаясь.

– Можно присесть? – кокетливо спросила Жоли, указав на пустой стул.

– Как видишь, не занято, – нарочито грубо ответил Джордан.

Щеки девушки вспыхнули. «Неблагодарное животное!» – захотелось ей крикнуть ему в лицо, но Жоли промолчала, собрав всю свою волю в кулак.

– Послушай, Жоли, – Гриффин наклонился к девушке, – я не уверен, что это подходящее место для тебя. Здесь одни мужчины – грубые, пьяные, – так что, может быть, пойдем прогуляемся? Сегодня в городе отмечают какой-то праздник, по этому случаю устроили гулянья и пиршество… Закажем бифштекс, хорошего вина…

– Ничего здесь с ней не случится, – сердито перебил племянника Джордан. – Сиди здесь, Жоли!

Глаза девушки вспыхнули огнем возмущения:

– Но мне нравится идея Гриффина, Жордан! Я пойду с ним.

– Может быть, все пойдем? – предложил Эймос. – От бифштекса я бы сейчас не отказался! Как ты, Джордан?

– Идите, если хотите, – пробурчал тот. – Я остаюсь здесь.

– Что ж, – Жоли попыталась изобразить беспечность, но это вышло не очень правдоподобно, – вольному воля. Счастливо оставаться, Жордан! Идем, Гриффин?

– Идем, – согласился паренек, поднялся и, подмигнув Эймосу, взял Жоли под руку. Джордан никак не отреагировал на это. А почему, собственно, Джордан должен на это реагировать? – подумал Гриффин. В том, что он идет пообедать с Жоли, нет ничего плохого.

С Жоли Гриффину было легко – она держалась гораздо свободнее, чем большинство девчонок, с которыми ему до сих пор приходилось иметь дело, но и без излишней развязности. Жоли была естественной, как дыхание.

Эймос не спешил подниматься из-за стола, он колебался, не зная, как поступить: то ли пойти с Жоли и Гриффином, то ли остаться с Джорданом. В конце концов он решил, что лучше сохранять нейтралитет.

– Что-то я малость устал, ребята, – зевая, произнес он. – Пойду-ка я лучше в конюшню, прикорну… Увидимся утром.

– Что ж, – улыбнулся Гриффин Жоли, – похоже, мы с тобой идем одни. Пошли.

Жоли покинула салун, держа Гриффина под руку. Спиной она чувствовала на себе взгляд Джордана, но подавила в себе желание обернуться и посмотреть на него. Джордан все время был груб с ней, хотя она ничем не заслужила подобного обращения. Он даже ничего не сказал о ее новом наряде! Для кого же она, в конце концов, выбирала это платье в магазине подержанной одежды на главной улице? Продавщица была так любезна, что даже помогла ей подобрать шляпку и ботинки к платью и дала в подарок душистое мыло. Одна из покупательниц, правда, наморщив нос, пробурчала: «С каких это пор индианки стали рядиться в платья белых?», но это не испортило Жоли настроения.

Ничто не могло ей его испортить, кроме кислого взгляда Джордана.

Жоли улыбнулась, пытаясь ободрить себя. Не время сейчас думать о грустном. Сейчас она идет на гулянья с Гриффином, идет наслаждаться жизнью.

Воздух, накалившийся за день, к вечеру еще не остыл. Кафе под открытым небом было переполнено. Маленький оркестр, состоявший из банджо, скрипки и гитары, старался вовсю. От фонарей, развешанных на деревьях, было светло как днем. Аппетитно пахло жареным мясом, горячими бисквитами и пирожками с вишней. Выбрав столик поближе к оркестру, Жоли села.

Их с Гриффином появление не осталось незамеченным. Мужчины буквально пожирали глазами молодую девушку в светло-зеленом платье, гадая про себя, индианка она или белая. Женщины же бросали кокетливые взгляды из-под полуопущенных ресниц на ее белокурого спутника-ангелочка. Гриффин уже привык к подобным женским взглядам – он знал, что хорош собой. Для Жоли же пристальное внимание со стороны представителей сильного пола было в диковинку – раньше белые, будь то мужчины или женщины, бросали ей вслед лишь презрительные взгляды. Вот что способно сделать с девушкой хорошее платье! Еще не заговорив ни с одним из этих мужчин, Жоли инстинктивно чувствовала, что французский акцент сделает ее еще более привлекательной в их глазах. Впрочем, чего стесняться – она ведь и в самом деле наполовину француженка…

– Закажем чего-нибудь, Жоли? – спросил Гриффин, отворачиваясь от некой молодой особы за соседним столиком, буквально пожиравшей его глазами. – От этих запахов у меня слюнки текут!

– Oui, обязательно! – ответила Жоли, с интересом оглядывая толпу.

Джордан принес ей целый поднос вкусностей – мясо в сладком соусе, поджаренную кукурузу, бисквиты, картофель, поджаренный на углях до золотистой корочки, свежие фрукты, холодное белое французское вино. Но Жоли было уже не до еды. Она возбужденно хлопала в ладоши в такт музыке, ей хотелось танцевать.

– Посмотри, Гриффин, – указала она на танцующие пары, – как они веселятся!

– Веселятся неплохо, – согласно кивнул Гриффин, – но неужели тебе уже не хочется есть? Даже вина не попробуешь?

– Вина? Мой отец иногда пьет вино; когда продает белым шкуры, они иногда платят ему вином – специально приберегают несколько бутылок. После этого он бывает очень веселым.

– Еще бы! – Гриффин протянул Жоли бокал. Та осушила его одним глотком.

– Ну как? – спросил паренек. – Эта штука покрепче сидра!

– Да, но не крепче, чем tutpai, – возбужденно блеснув глазами, ответила Жоли.

– Tutpai?

— Индейский напиток из кукурузы. Мне он очень нравится!

Гриффин понял, о чем идет речь. Белые называли кукурузную водку tiswin, а не tutpai. Удивительно, что Жоли пьет такой крепкий напиток.

Облокотившись на стол, Жоли с интересом наблюдала за танцующими. Ноги, обутые в непривычные и потому жавшие ботинки, невольно начали отбивать такт. Жоли немного поела – не столько потому, что ей хотелось есть, сколько ради того, чтобы угодить Гриффину.