Жаркое лето - Джуди Кристенберри

– Мне придется делать операцию, – проговорила она. – Одна из вас сможет поехать со мной?

– Кей, я останусь здесь, – ответила Лесли. – А ты поезжай, помоги Сьюзен. У тебя больше опыта.

Женщины побежали к машине шерифа, в которой лежала девочка. Сьюзен села за руль.

– Как включить сирену? – спросила Сьюзен, глядя на дорогу.

Наклонившись к панели управления, Кей нажала на кнопку, включавшую сирену и проблесковые маяки.

– В городе нет машины «скорой помощи»? – спросила Сьюзен.

– Нет. В похоронном бюро в соседнем городе есть такая машина, и мы можем пользоваться ею, если нам необходимо перевезти пациента. Но у нас еще ни разу не было подобной аварии.

Кей была потрясена не меньше Сьюзен. Всего четверть часа назад доктор Келли млела от поцелуев Мэтта. А теперь она вела машину по темной дороге, думая о том, как бы спасти жизнь пострадавшего ребенка. Потому что с этого мгновения жизнь девочки зависела только от нее.

Подъехав к клинике, Сьюзен и Кей увидели какие-то огни. К ним подбежал Рико. Распахнув дверцу машины, он, по просьбе доктора, быстро подхватил ребенка и понес его в здание.

– Спасибо вам за то, что пришли, Рико. А Мария?..

– Они с мисс Джорджи уже в кабинете, – сообщил он.

Поручив Джорджи и остальным добровольным помощникам заняться неотложными делами, Сьюзен с Кей быстро подготовили девочку к операции. Потом, оставив Джорджи рядом с ней, принялись мыться сами.

Мэтт приехал в клинику несколько минут спустя. Джорджи вышла ему навстречу и сообщила, что знала. Мэтт отправился за своим фермерским грузовичком.

На дно кузова Мэтт бросил большой кусок брезента, решив, что на грузовике можно доставить раненых быстрее, чем в обычных машинах. Всего за две-три минуты он доехал до места трагедии. Мэр Гриффина знал, что его ждет неприятное зрелище, но он еще ни разу не видел такого.

– Мэтт! – сразу же заметил его Сэм. – Спасибо, что приехал. Можно взять твой грузовик?

– Разумеется, Сэм. Я для этого его и пригнал. Чем могу помочь?

– Мы только что вытащили последнего человека, но он мертв. Надо живых поскорее доставить в клинику. Лесли! – обратился он к медсестре, занимавшейся ранеными.

– Что, Сэм?

– Их можно перевозить?

– Да, но очень осторожно.

Сэм приказал двум своим заместителям помочь перенести пострадавших в грузовик. Несмотря на боль в сломанной руке, Мэтт бросился им на помощь, и вскоре все пятеро раненых были уложены в кузов.

– Я поеду вместе с ними, – заявила Лесли, устраиваясь в уголке кузова.

Мэтт обошел грузовик, чтобы сесть за руль.

– Подожди, Мэтт, я, пожалуй, поеду с тобой! – крикнул ему Сэм.

Потом шериф отдал распоряжения заместителям – велел им накрыть два мертвых тела и очистить проезжую часть дороги.

Через несколько мгновений грузовик уже мчался по шоссе, ведущему в Гриффин.

– Джорджи в клинике, – сухо заметил Мэтт.

– Послушай меня, Мэтт, – нахмурившись, проговорил шериф. – Я знаю, что ты сердишься из-за того, что я сбежал с собственной свадьбы, но…

– Нет, Сэм, – остановил его мэр. – Я знаю, что ты должен был поехать. И Джорджи все поняла. Это была… ужасная авария. Как же Сьюзен смогла?..

Его голос внезапно задрожал от волнения. Мэтт и не знал толком, о чем спросить Сэма. Но он пожалел о том, что не был с нею рядом, не смог убедиться в том, что ей на все хватило сил.

– Сьюзен вела себя отлично, – сообщил шериф. – Она ни секунды не мешкала, не устроила истерики, как это бывает у женщин, не плакала. Девочка сразу взялась за работу. Возможно, она спасла жизнь нескольким пострадавшим. Надо сказать, что и Кей с Лесли проявили себя с лучшей стороны.

Мэтт был поражен тем, что его ничуть не волновали ни Кей, ни Лесли, хотя он знал их всю жизнь. Его интересовала только Сьюзен, он думал только о ней.

Вскоре автомобиль мэра уже тормозил на стоянке возле больницы. Рико выбежал им навстречу. Трое мужчин вместе с Лесли принялись перетаскивать раненых в приемный покой.

Кей была в операционной вместе с доктором Келли. Лесли сама взялась за обработку ран, а остальные помогали мыть несчастных пострадавших. Сэм собирал личные вещи раненых и искал документы – необходимо было установить их имена.

Когда первая помощь была оказана, Сэм взял на себя нелегкую миссию: он начал обзванивать семьи пострадавших, имена которых ему удалось установить, чтобы сообщить о происшествии. Пони и еще один из работников Мэтта приготовили сандвичи из остатков праздничного стола, а Мария сварила кофе в большой кофеварке, установленной в приемном покое. Сьюзен и Кей все еще были в операционной.

Когда Мэтт решился посмотреть на часы, был уже час ночи. Прошло уже пять часов с тех пор, как Сэм сообщил Сьюзен об аварии.

В комнату проскользнула Джорджи и положила руку на плечо Сэма, разговаривавшего по телефону. Обхватив жену за талию, он привлек ее к себе, не прекращая разговора.

– Мэтт! – обратилась к племяннику Джорджи. – Дел почти не осталось, так что ты можешь идти домой.

Мэтт лишь покачал головой. Он не мог уйти, не повидавшись с Сьюзен и не убедившись в том, что с ней все в порядке.

– Как там? – шепотом спросил он, глядя на дверь операционной.

Джорджи с измученным видом пожала плечами.

– Судя по словам Лесли, уже недолго.

Сэм повесил трубку.

– Думаю, это последний. Не знаю, как фамилия девочки, с которой занимается Сьюзен. Но она наверняка в родстве с кем-то из тех, кто ехал в машине.

– Родные приедут сейчас? – спросил Мэтт.

– Да. Некоторых можно ждать с минуты на минуту. Один из подростков живет в двадцати милях к северу от Гриффина. Другой из Озоны, – сообщил он. – Семья путешествовала.

– Стало быть, один из умерших – глава этой семьи? – предположил мэр.

– Да, похоже, что так.

– Ты должен остаться здесь? – спросила Джорджи.

– Кто-то же должен быть в больнице, когда прибудут родственники. Ты не возражаешь?

– Нет. Конечно, нет. Рико и Марию я отправлю домой. Но сначала налью тебе кружку кофе. Мэтт, ты выпьешь кофе или пойдешь домой?

– Нет, я должен… – Он замялся. – Короче, я останусь с Сэмом.

Мэтт и сам не понимал, почему для него так важно увидеться с Сьюзен. Убедиться в том, что с ней все в порядке. В конце концов, у него не было ни законного, ни морального права находиться рядом с ней. Но он твердо знал, что у него нет выбора. Он никуда не пойдет.