Роковое очарование - Эбби Грин

Она вышла и поймала Майло, который носился по коридору:

– Тебе пора ужинать, молодой человек, а затем сразу спать. Завтра мы едем домой, и тебе надо набраться сил перед поездкой.

Сэм быстро переоделась, нанесла немного румян, чтобы скрыть бледность, и накрасила ресницы. Завтра они улетают домой. Немудрено, что Рафаэль настроен на серьезный разговор. Сэм была уверена, что он уже продумал и решил, что их всех ждет дальше. У нее по телу пробежала дрожь при мысли о дальнейших переменах в жизни. Для Майло это была захватывающая поездка, но ему нужны стабильность и размеренность.

– Сэм, машина уже здесь! – послышался голос Брайди.

Сделав глубокий вдох, Сэм надела туфли на низких каблуках и отправилась навстречу судьбе.

Ресторан оказался неожиданно скромным. Это было небольшое здание со столиками на открытой веранде, несмотря на прохладный февральский воздух. Яркие фонари освещали главный вход, подойдя к которому Сэм уловила восхитительные запахи. Она вошла, и ее глаза сразу нашли Рафаэля. Сердце предательски заколотилось, словно она не видела его сто лет. Услужливый официант принял у нее пальто. Когда она подошла, Рафаэль встал и помог ей сесть. Сэм казалось, что она выглядит нелепо в вечернем наряде. Рафаэль может подумать, что она хочет произвести на него впечатление.

– Брайди настояла, чтобы я надела это платье, – оправдываясь, сказала она. – Мне казалось, что ты выберешь более роскошное место.

– Ты разочарована? – сдержанно поинтересовался Рафаэль.

– О нет! Мне здесь нравится… Трудно представить, что ты посещаешь подобные рестораны.

Его лицо расслабилось и посветлело. Сэм заметила начинающую пробиваться щетину на его подбородке. Женщина все еще помнила ощущение легкого покалывания на внутренней стороне бедер.

– Это мой любимый ресторан. Они известны во всем мире своей кухней, где преобладают блюда севера страны. Но успех не вскружил им голову, и они остались верны простоте.

К ним подошел статный мужчина и поздоровался с Рафаэлем, а затем поцеловал руку Сэм. Она не могла сдержать улыбку, хотя не понимала ни слова из того, что он говорил. Однако она уловила bellissima и покраснела.

Когда мужчина ушел, Рафаэль пояснил:

– Это Франциско, управляющий. Я познакомился с ним, когда был студентом и работал здесь.

Сэм удивленно посмотрела на него и вспомнила, как он рассказал, что ему во время учебы приходилось трудиться в трех местах, чтобы свести концы с концами.

– Трудно в это поверить, – призналась она.

– Думаешь, мне не под силу принимать заказы и убирать грязную посуду? – насмешливо спросил он.

– Четыре года назад ты не рассказывал об этом.

– Тогда все было по-другому…

– Я знаю. Тогда ты не хотел, чтобы нас видели вместе, – презрительно бросила Сэм, чувствуя, как просыпается старая обида.

– Все было не так… – начал Рафаэль, но тут к ним подошел официант, чтобы принять заказ.

В зале появилась еще одна пара, нежно державшаяся за руки, и Сэм с тоской посмотрела на них. Глупо мечтать о том, чему не суждено случиться.

Когда официант удалился, забрав меню, Сэм откинулась на спинку стула и спросила:

– Так как же это было?

На секунду лицо Рафаэля приобрело такое же выражение, как у Майло, когда того заставляли делать то, что он не хотел. Ее сердце невольно наполнилось нежностью.

– Я не желал ни с кем тебя делить… Вот в чем дело. Иногда мне хотелось заточить тебя в palazzo. Меня сводило с ума то, что ты работала в окружении мужчин, которые не могли сдержать свои похотливые взгляды.

Сэм с трудом подавила ликование, уловив нотки ревности в его голосе.

– Ничего подобного не было!

– Нет, было, – прорычал Рафаэль. – Ты просто не замечала этого. Я никогда не встречал такую женщину, как ты. Ты была единственной, кто мог состязаться с мужчинами в профессионализме. И единственной, к кому меня непреодолимо тянуло.

У Сэм появилось ощущение, что правила игры изменились, но она не понимала, что происходит. Им подали закуски, и Сэм принялась за них, чтобы выиграть немного времени и собраться с мыслями. Она боялась представить, во что может вылиться этот разговор.

Когда с закусками было покончено, Рафаэль взял бокал с вином и откинулся на спинку стула. Сэм обратила внимание, что женщины, сидящие недалеко от них, проявляют интерес к Рафаэлю, и почувствовала, как ее кровь закипает от ревности.

– Сэм… Тогда, на приеме… – медленно произнес Рафаэль. – Я погорячился, назвав тебя моей любовницей…

– Это уж точно, – усмехнулась она.

– Dio, прекрати искажать смысл моих слов. Я имел в виду, что ты лучше любой женщины, которая была там.

Она посмотрела на него, и ее сердце бешено забилось. Глаза Рафаэля были прикованы к ней. Весьма некстати появился официант с блюдами. «Ты лучше любой женщины, которая была там», – все еще звенело в ее ушах.

– Что ты хочешь этим сказать? – прошептала Сэм.

– Ешь… Поговорим потом.

Она боялась, что ей кусок в горло не полезет. И все же она попыталась насладиться ужином, который оказался превосходным. Когда убрали все приборы, Рафаэль оставался невозмутимым, как скала, а ее нервы были на пределе.

– Я, наверное, поспешил с приглашением на прием, – произнес он наконец и поспешно добавил: – Не потому, что не хочу, чтобы нас видели вместе, а потому, что нам сначала надо решить, кто же мы друг для друга.

– И кто же? – спросила Сэм, нахмурившись.

Рафаэль сжал ее тонкую бледную руку своей, широкой и смуглой:

– Сэм… Я считаю, нам надо пожениться.

– Что?! – Она изумленно подняла брови.

– Я считаю, нам надо пожениться, – повторил он.

Сэм даже не заметила, как Рафаэль отпустил ее руку, чтобы официант мог поставить чашки с кофе и десерты. Она была поражена.

– Ты сказал, что нам надо пожениться? – решила удостовериться она. Он кивнул, внимательно наблюдая за ее реакцией. – Я… Как тебе это в голову пришло?

Четыре года назад Сэм мечтала об этом. За исключением того, что в ее фантазиях Рафаэль опускался на одно колено, а не вальяжно разваливался на стуле. Самым ужасным было то, что она еще в ранней молодости поклялась не выходить замуж. Сэм боялась, что ее постигнет участь отца, которого сломила смерть жены. Но после встречи с Рафаэлем мечты о совместном будущем невольно зародились в ее сердце.

– Почему? – спросила она. – Ты решил осчастливить меня? – В ее голосе звучала неприкрытая злость. – Думаешь, засыпал сына игрушками, и все? Ты уже примерный отец и муж? Я не знаю, с чего ты это взял. Это просто способ контролировать нас, не так ли?