Все наши завтра - Мэри Линн Бакстер

Брук растерялась, увидев, как старик в недоумении приподнял кустистые седые брови.

– Ладно, ладно, но все же сделайте это, юная леди, – назидательно сказал он и улыбнулся.

Брук почувствовала, как покраснела еще сильнее – не от замешательства, а от стыда. Но прежде чем она успела возразить, старый Эли махнул им рукой:

– Если хотите видеть меня за ужином сегодня, то лучше уходите сейчас и дайте мне, старику, отдохнуть.

Когда молодые люди покидали комнату, Брук поймала взгляд Эли – он заговорщицки подмигнул ей, что повергло ее в полное замешательство. Дед Эшли понравился ей, но оказался слишком проницательным собеседником.

День прошел в полной гармонии со всеми и с самой собой. Эшли показал ей поместье. Все вокруг поражало Брук красотой и комфортом. Она подумала о том, что Эшли богат, но богатством распоряжается разумно. Работающие на него люди почти боготворили его. Работники запросто останавливали хозяина, говорили с ним. У Эшли для каждого находилось нужное слово, он со знанием дела расспрашивал их о делах и семьях.

Когда Брук и Эшли, взявшись за руки, словно Адам и Ева, бродили по райскому саду вокруг дома, Брук увидела упавшие на землю плоды ананаса. Она лениво прикинула, способна ли после восхитительного ленча съесть хотя бы кусочек чего-либо, и, едва подумав об этом, тут же ощутила вкус ананаса на языке.

Облизнув губы, она повернулась к Эшли.

– М-м-м… Представляю, какой вкусный вон тот ананас, – вдруг сказала она.

Эшли удивился:

– Неужели ты не наелась, дорогая?

– Я не хочу есть. Мне только хочется кусочек вот этого сочного ананаса.

– Твое желание для меня закон. Не говори потом, что я не способен помочь девице в несчастье.

Эшли весело рассмеялся и, вынув перочинный ножик, разрезал золотистый плод.

– Хочешь? – лукаво спросил он, держа кусочек ананаса на кончике ножа.

Поднявшись на цыпочки, Брук попыталась дотянуться губами до ананаса.

– Так нечестно! – наконец воскликнула она.

Эшли явно доставляло удовольствие поддразнивать ее:

– Кто тут говорил о честности? Если хочешь отведать плод, достань его. – Он попятился назад.

Подбоченясь, Брук ответила:

– А кто сказал, что я хочу?

– Ручаюсь, что хочешь. – Эшли положил кусочек ананаса себе в рот. – М-м-м, как вкусно! – Он стал облизывать испачканные соком пальцы.

Брук капризно сморщила носик:

– Настоящий дьявол-искуситель этот Эшли Грэм!

Эшли расхохотался. Глаза его потеплели.

– Хорошо, дорогая, ты победила. – Он приблизился к ней. – В конце концов, искушение придумал не я, а ты, не так ли?

Брук лишь улыбнулась в ответ.

Он тут же отрезал еще один кусочек и, все еще не сдаваясь и дразня, провел влажной мякотью ананаса по губам Брук.

Она успела схватить сочный плод зубами, прежде чем Эшли передумал.

После этого он едва успевал чистить ананас – так быстро его поедала Брук. Ее рот был полон сочной мякоти, сок тек по подбородку, и, смеясь, Брук потянулась к карману Эшли за носовым платком. Но он остановил ее руку. Их глаза встретились. В них уже не было озорных огоньков.

Брук затаила дыхание, когда Эшли, нагнувшись, стал слизывать с ее лица липкий сок. Глаза ее затуманились, она вся дрожала.

Эшли больше не шутил. Он крепко прижал Брук к себе, ища ее губы. Этот поцелуй не был похож на те, другие. Он был пронзительно нежным, восхитительно долгим и уносил куда-то.

Когда их губы наконец разомкнулись, оба, казалось, были потрясены. Слова казались совершенно лишними. Эшли взял Брук за руку, и ей почему-то хотелось заплакать.

Вскоре они уже сидели в машине. Ехали недолго. Припарковываясь, Эшли заявил:

– Никто не может уехать с острова Кауаи, не совершив путешествия по реке Ваилуа. – Он посмотрел на Брук. – Ты готова?

Она кивнула.

– Тогда в путь. – Эшли схватил руку Брук и крепко зажал ее в своей большой ладони. Этот жест вызвал у нее трепет радости.

* * *

Три мили вверх по реке на катере промелькнули как прекрасный сон. Гид знакомил с историей и романтическими легендами этих мест, рассказывал о многочисленных захоронениях правителей и знати в пещерах прибрежных скал. Берега реки и сама долина представляли собой густые заросли пандануса и высокой травы, которой когда-то крыли крыши гавайских хижин.

Когда кораблик причалил в устье реки, Эшли помог Брук сойти на берег. Она, зацепившись за что-то каблуком, едва не упала в воду. Эшли подхватил ее.

– Осторожно, дорогая, – улыбнулся он. – Мне не хотелось бы выуживать тебя из реки.

Брук шутливо толкнула его в бок, прежде чем они присоединились к другим туристам и углубились в джунгли. «О, если бы всегда отношения с Эшли были такими безоблачными, – с грустью думала Брук. – Если бы…»

Она вернулась к реальности, увидев то чудо, ради которого они сюда приехали, – Папоротниковый грот. Поскольку Эшли почти ничего не рассказал ей об этой достопримечательности острова, Брук не была готова к тому, что предстало ее взору.

Это была прохладная глубокая пещера, спрятанная в зарослях особого вида папоротника. Брук никогда не видела ничего подобного. Длинные стебли растений, словно девичьи косы, свисали над входом в грот. Недавно прошел дождь, и легкая завеса из дождевых капель, которые роняли листья папоротника, как бы закрывала вход в него.

Когда группа туристов подошла поближе, их встретило пение. Мужчина и женщина, находившиеся в гроте, пели песню «Я жду тебя».

Эшли обнял Брук и привлек к себе, шепнув на ухо:

– Тебе известно, что на Гавайях эта песня считается свадебной?

– Нет… – неуверенно, вымолвила она и провела языком по губам, которые от волнения всегда пересыхали. – Я этого не знала.

Эшли, откинув голову, внимательно посмотрел на свою спутницу:

– М-м… надо подумать, как расширить твои знания гавайской культуры. Ведь ты не можешь жить здесь, ничего толком не зная об острове, не так ли?

Брук почему-то покраснела. Когда Эшли пребывал в хорошем настроении, она порой не знала, как ей воспринимать его слова и поступки. Брук вздрогнула, снова подумав о том, что она очередная муха в его паутине.

– Эй, – сказал Эшли, коснувшись пальцем ее носа. – Я просто пошутил. Лично я не хотел бы ничего менять в тебе, даже ни единого волоска на твоей голове, не говоря уже о чем-то другом. – Тон его был вполне серьезным. – Я люблю тебя такой, какая ты есть.

Взгляды их встретились, но каждый все еще хранил свою тайну. Вскоре экскурсия подошла к концу, но Эшли сказал, что их ждут другие развлечения. Брук была рада, что он захотел разделить их с ней.