Сердца пятерых - Арлин Джеймс

Не успел он опомниться, как Рыжик сорвалась с места и распахнула дверь.

— Мама! — Она сбежала по ступенькам и исчезла.

— Мэтти! — обеспокоенно прошептал Чэз.

Мэтти. Оррен закрыл глаза и поблагодарил Бога за то, что Мэтти не было здесь в этот момент. Хотя это не имело большого значения. Мэтти поймет. Он постарается сделать так, чтобы она поняла. А сейчас ему придется иметь дело с Грейс… и Рыжиком. Оррен взглянул на Чэза.

— Иди в комнату и побудь там с сестренками, пока я не позову тебя. И ни о чем не беспокойся. Все будет хорошо. Я обещаю. Я не настолько глуп, чтобы позволить Мэтти уйти.

Чэз улыбнулся.

— Хорошо, пап, и не беспокойся о Рыжике. Она все поймет. Это точно.

Чэз пошел в одну сторону, а Оррен — в другую. Грейс стояла возле своей машины и, наклонившись, вглядывалась в лицо старшей дочери. На ней были обтягивающие джинсы, излюбленного стиля блуза с большим декольте и золотые босоножки на неправдоподобно высоких каблуках. Ее золотистые волосы сзади были ниже плеч, а спереди подняты наверх. Искусно подколотые, они падали небрежными прядями, обрамляя ее лицо. Ее губы были такими красными, какие только можно вообразить. Такими же красными были и ее двухсантиметровые ногти. Яркие голубые глаза сильно подкрашены. Она стала еще более пышно-телой, чем раньше. Подозрительно пышнотелой. Ее наряд показался Оррену театральным костюмом. Она вся была какой-то нереальной, словно модель на глянцевой странице журнала для мужчин. Оррен испытал странное чувство облегчения, словно какая-то скрытая часть его души боялась, что он по-прежнему найдет ее привлекательной. Он медленно направился к Грейс и Джин Мэри.

— Глаза у тебя мамины, между прочим, — говорила Грейс. — А то, что ты унаследовала рыжие волосы от бабушки Эллис, только означает, что ты станешь знойной женщиной в один прекрасный день. О да. Думаю, что твоему папе придется отгонять от тебя мальчиков через пару лет.

Рыжик засмеялась с преувеличенным энтузиазмом.

— Ты быстро приехала, мамочка, — сказала она. — Мы только позапрошлой ночью попросили папу позвать тебя.

— Мы?

— Янси и я.

— А твой брат?

— Он в доме, с девочками, — громко сказал Оррен и посмотрел на Джин Мэри. — Рыжик, иди в дом, к остальным.

— Но…

— У тебя будет потом время пообщаться с твоей мамой. А сейчас мне надо с ней поговорить.

Джин Мэри взглянула на мать, ища поддержки, но Грейс улыбалась Оррену, сверкая глазами так, что и ребенок не мог не заметить. Джин Мэри опустила голову и промчалась мимо отца. У двери она остановилась, чтобы сказать:

— Я рада, что ты приехала, мамочка!

Грейс не ответила. Она была слишком занята, рисуясь перед Орреном.

— Ты не ожидал, что я буду так роскошно выглядеть, правда, милый?

Оррен усмехнулся.

— Силиконовая грудь, Грейс?

Она отвела кончиками пальцев волосы от глаз, но не осмелилась отрицать.

— Это единственное, что сделал мне хорошего Сонни Флатт.

Оррен, не сдержавшись, усмехнулся:

— А что хорошего сделала ему ты, Грейс?

Она вздернула подбородок и скрестила на груди руки. В вырезе блузы четко обозначилась ложбинка.

— Я оставила семью ради него. Я отказалась от всего, что любила…

Оррен открыто рассмеялся:

— Дорогая, по тебе плачет сцена.

В ее глазах вспыхнуло возмущение, но она подавила его, сказав:

— Забавно, что ты упомянул об этом. Не так давно я встретила одного голливудского продюсера, и он…

Оррен выставил вперед обе руки:

— Сейчас угадаю. Ты так скучала по своим малышам, что отказалась от возможного приза академии киноискусства, чтобы поспешить к ним.

Смущение, вина и настороженность появились на ее лице.

— Черт возьми! Так ты едешь туда. Я настиг тебя на пути! Грейс, неужели ты даже не собиралась заехать и поздороваться со своими детьми? Ты собиралась проехать мимо, в двух милях от дома, направляясь в Калифорнию вслед за своими несбыточными фантазиями! А как же Сонни? Что он думает об этом твоем последнем страстном увлечении?

Она с ненавистью прищурилась.

— Сонни Флатт оказался самой большой ошибкой, которую я допустила в своей жизни. По сравнению с ней мой последний ребенок — просто прогулка в парке.

— Замолчи! И никогда больше не говори при мне такой гадости.

— Они не слышали, — отмахнулась Грейс. — Кроме того, я сделала это ради тебя. Родила ее для тебя.

— Не сомневаюсь, что ты предпочла бы сделать аборт, а не изображать, что оставила ребенка, чтобы продемонстрировать свою любовь. Я сказал тебе, что бы я сделал в противном случае.

Она шагнула вперед и погладила крышу автомобиля, того автомобиля, который он купил ей, когда она согласилась родить Кэнди Сью.

— Орри, — елейным голосом произнесла Грейс, — давай не будем ссориться. Неужели нельзя просто порадоваться тому, что у нас было, и получить удовольствие от моего недолгого визита? Ничто не мешает нам в этом. Я давным-давно развелась с Сонни. И ты по-прежнему остаешься лучшим, что было в моей жизни.

Оррен скрестил руки на груди, широко расставил ноги и наклонил голову.

— Знаешь что, Грейс? — спокойно сказал он, — Я раньше думал, что, несмотря на все твои недостатки, в постели тебе не было равных, и никто не мог значить для меня больше, чем ты. И только одна необыкновенно чистая девчушка с золотым сердцем заставила меня думать иначе. — Он усмехнулся. — Так что нет, Грейс. Мы не получим «удовольствия» от твоего визита, каким бы недолгим он ни был. При одной мысли о нем мне становится плохо. Единственное, что тебе надо сделать, — это пойти к детям и сделать вид, что ты рада их видеть, что ты думала о них и скучала без них. А потом можешь отправляться в свою Калифорнию, а мы все вернемся к своей жизни.

Она отклонила это предложение с еще большим негодованием, чем он предполагал. Ее глаза сузились и превратились в черные щелочки.

— Значит, ты нашел себе рабочую лошадь, которая разделяет твою одержимость семьей.

— Нет, — ответил он. — На самом деле одна красивая молодая дама с таким любящим сердцем, о котором я и мечтать не мог, сама нашла меня. Нас.

— И ты собираешься жениться на ней?.. — процедила Грейс.

— При первой же возможности! Она с отвращением поджала губы.

— Господи, какой же ты скучно-предусмотрительный! Я пойду к детям!

— Помни, что они уже достаточно травмированы, — предупредил он. — Ты их бросила.

Его ничто не беспокоило, кроме Мэтти и ребятишек. Ради последних он вытерпит и Грейс.