Тайны из маминой шкатулки - Кэтрин Спэнсер

― Не отрицай этого, Себастьян. Когда я вернулась в Ванкувер, я связалась со своим адвокатом и рассказала ей про твоего частного детектива. Она призналась, что давала информацию обо мне какому-то человеку. Она позвонила ему, и он передал тебе доказательства моей невиновности.

― Все это правда. Я прошу прощения.

― Это все, что ты хотел сказать?

Он приехал, чтобы сказать, что любит ее, что не может забыть…

Любовь! Короткое слово. Как трудно его произнести.

― Самое важное — это то, что я понял: я был не прав.

― Бог простит тебя, а я не могу.

― Черт! — фыркнул он. — Факты, неопровержимые факты. Я не мог поверить. Я знал, что ты бедна, что у тебя неприятности, — и вдруг ты приехала, у тебя дорогие туалеты и изысканные украшения.

― Родители оставили мне кое-что. У меня есть деньги, чтобы прокормить себя. Так что проваливай, Себастьян, со своими извинениями, я намереваюсь продолжать жить.

― Знаешь, — пробормотал он, — ты могла бы рассказать мне о своих проблемах, связанных с работой.

― Я рада, что не сделала этого, ты обвинил бы меня во всех смертных грехах.

― Я сожалею, чего тебе еще надо?

Она посмотрела на него. Ей нужно уважение, доверие, любовь.

― Твое время истекло.

Он не двинулся с места.

― Я знаю, что тебе нужно. Я скучал по тебе, я хочу держать тебя в своих объятиях, целовать. Тебе этого недостаточно?

― Нет, — произнесла она, — я всегда найду друга, который будет счастлив обнимать меня каждую ночь, ты зря потратил время.

Она открыла дверь.

― Я еще не закончил.

― Закончил, — ответила она.

Себастьян растерялся. Он молча переступил порог и ушел — ушел, уверенный, что потерял Лили навсегда.

Она закрыла дверь, сердце бешено колотилось, ее бил озноб, она не знала, куда деть трясущиеся руки.

Она мечтала о нем день и ночь, видела во сне, искала в толпе, на пляже, в ресторане. Запах его тела, блеск его глаз, его прикосновения невозможно было стереть из памяти.

Она его любила, а он никогда ее не полюбит.

Себастьяна она потеряла, и нечего плакать из-за мужчины, который не заслуживает ее слез. Послать его ко всем чертям, и все. Так она и сделала.

Она перезванивалась с Хьюго и Синти, Натали присылала открытки. В октябре Натали возвращалась из Индии и обещала провести с ней День благодарения. Так что свою новую семью она сохранила, пусть и не в полном составе.

В пятницу Лили не было дома, она отправилась в магазин, готовилась к приезду Натали.

Вернувшись, она обнаружила сообщение от Хьюго.

— Лили, это твой… это Хьюго. У нас плохие новости, позвони домой.

Себастьян! — мелькнула в голове тоскливая мысль. Что-то случилось с Себастьяном!

Она бросилась к телефону. Подошел Себастьян.

― О, слава богу, с тобой все в порядке. Это Лили. Я получила сообщение от Хьюго. Что случилось?

― Натали. Она… очень больна.

― Больна? — закричала Лили. — Я говорила с ней на днях, она прекрасно себя чувствовала. Должно быть, это какая-то ошибка!

― Да, ошибку она совершила, когда поехала в Индию, — с горечью сказал он. — Если бы она послушалась меня и осталась дома…

― При чем здесь Индия? Она уже две недели дома, учится в университете. Она была так счастлива и здорова и собиралась приехать ко мне.

― Натали подхватила там какую-то инфекцию. Она госпитализирована, и врачи крайне обеспокоены. Боюсь, все очень серьезно, ее жизнь в опасности.

Лили почувствовала слабость.

― Боже мой! — пробормотала она.

― Вот так, Лили. Остается только надеяться на чудо.

― Я приеду.

― Зачем? Ты ничем не сможешь помочь.

― Она моя сестра, я хочу быть с ней, и ты не отговоришь меня, даже не пытайся.

― Хорошо, я встречу тебя в аэропорту.

Они ехали по сельской местности. Осень, дороги размыты, но сегодня погода стояла великолепная. Красные листья на фоне голубого неба, хризантемы и пурпурные астры у коттеджей, алые герани на клумбах мелькали за окном — идиллия.

Ах, Натали, Натали! Лили казалось, что все это дурной сон, она проснется и избавится от всех беспокойств. Натали будет здоровой и веселой.

Увидев Себастьяна в аэропорту, она расплакалась. Он взял ее за руку, и они молча дошли до машины.

— Как она? — спросила Лили. — Есть какие-то изменения?

― Нет. Врачи делают все, что могут.

Лили зарыдала.

― Как это произошло?

— Она подхватила инфекцию в Бомбее. Принимала антибиотики и, казалось, выздоровела, но через некоторое время начались осложнения.

Он закрыл глаза. Лили никогда не видела его таким печальным. Она прикоснулась к его руке.

— Я рад, что ты здесь, — прошептал он. — Ты нужна Хьюго. И мне.

Почему должна была произойти трагедия, чтобы мы начали доверять друг другу? Почему мы не могли этого сделать раньше?

— Тяжелое заболевание, выживает один из тысячи. У Натали повышено давление, проблемы с почками, сердечная недостаточность. Ей нужен будет трансплантат. Если не найдется подходящий донор…

Он замолчал.

― Себастьян?..

― Я не хочу потерять свою сестру, я не могу, Лили.

Я хочу утешить тебя, помочь тебе, и Хьюго, и Синти, и Натали. О боже, что мне делать?

Они приехали в Стентонбридж около восьми часов. Над рекой был туман, из труб шел дым — милые старые домики, в воздухе ощущалось дыхание осени.

― В доме только Кэти и экономка, мама с Хьюго в госпитале, я поеду туда.

― Я с тобой, хочу видеть Натали.

― Я не был там весь день, Лили, и не могу ждать, когда ты распакуешься.

― Едем прямо в госпиталь.

― Хорошо, но ты должна быть готова к тому, что увидишь: Натали очень изменилась, она сейчас другая.

Они вошли в госпиталь, их остановила медсестра.

― Состояние вашей сестры ухудшилось, мистер Кэйн, — тихо сказала она. — Врачи беседуют с родителями, они там, — она указала на комнату.

― Кто-нибудь есть у моей сестры?

― Нет.