Нескромное пари - Джейми Холланд

— Надо вылить на него ведро воды, — сказал Джош, наклоняясь к Томми с только что зажженной сигаретой в зубах.

— Как думаешь, может, нам вызвать «скорую»? — тяжело дыша, спросил Саймон.

Люси сидела рядом с Томми на корточках, тихонько похлопывая его по лицу.

— Томми, ну, вставай. Томми, — повторяла она.

Джессика стояла где-то позади толпы.

— Что за нелепая, идиотская игра, — сказала она Флину. — Честное слово. И вот теперь все вокруг него столпились. Почему бы им просто не дать ему немного воздуха?

Томми пытался сесть, потирая с одной стороны свою голову.

— Ой, у меня перед глазами черти скачут, — поморщившись, простонал он.

— Томми, лучше бы тебе на сегодня завязать с игрой, — посоветовал ему Саймон.

— Да, ты прав.

— Давай я помогу тебе отвести его в дом, — предложила Люси Джиму.

— Спасибо, Люси, но, кажется, я и сам неплохо справлюсь. Если что, я попрошу Саймона мне помочь.

Толпа безмолвно рассеялась, а Саймон с Джимом подхватили Томми под руки и повели его к дому.

— С ним все будет в порядке? — спросила Джессика Люси.

— Да, думаю, переживет, только завтра утром будет мучиться жуткой головной болью.

— Значит, никакого секса в карете «скорой помощи»? — влез Флин.

— Да, думаю, обойдется, — ответила Люси, а потом улыбнулась: — Честно сказать, мне кажется, что все мы становимся слишком старыми для таких забав.

— Ты, наверное, права, — невнятно произнес Флин.

— Ну, Томми упустил свою блестящую возможность, — беззаботно сказала Джессика.

Люси рассмеялась:

— Ты безнадежна.

— А что? Я просто хотела с ним сегодня немного пококетничать, — продолжила Джессика.

— А как же твои клятвы насчет «держать себя в руках»? Мне казалось, ты решила послать всех мужчин подальше, — поддразнил ее Флин.

— Ах, это? Забудь, — решительно сказала Джессика.

Флин рассмеялся:

— Не беспокойся, у вас еще будет возможность, зуб даю.

— К тому времени я, может, уже найду кого-нибудь другого, — возразила Джессика.

Она огляделась по сторонам, а потом, собирая вещи, сказала:

— С меня на сегодня хватит. Пойду поищу себе койку. Спокойной ночи.

Она поцеловала их обоих и пошла к дому.

На следующий день Флин проснулся от того, что его кто-то задел.

— О, прошу прощения. Я не хотела тебя будить. Сделать тебе чаю?

Это была миссис Стрингер. Флин огляделся вокруг и понял, что пух из его старомодного спального мешка весь вылез наружу. Хотя Флин выглядел так, словно проснулся в курятнике, а не в просторной гостиной, он все же смог сказать:

— Было бы очень мило с вашей стороны, спасибо. Прошу прощения за мой вид.

— Не страшно. Я смотрю, вы там вчера ночью хорошо повеселились.

— Да, было здорово, очень весело, как обычно.

«Пожалуйста, уходи», — взмолился про себя Флин, осознавая, что он в одних семейных трусах и что у него эрекция.

— Я слышала, Томми вчера хорошо досталось, бедняге.

— Да, досталось, голова у него, думаю, поболит с утра.

Флин чувствовал себя неловко и неприлично, лежа посреди ее гостиной, особенно потому, что едва знал хозяйку. Но что еще хуже, ему нестерпимо хотелось в туалет. Но миссис Стрингер продолжала непринужденно болтать:

— Сегодня будет еще один восхитительный денек. Обожаю лето.

Тут две собаки, мокрые от утренней росы, вбежали в комнату и запрыгнули на Флина с Джошем, которые в мгновение ока проснулись.

— О господи, чертовы твари… простите, миссис Стрингер. Я очень извиняюсь за свою грубость.

Джош выглядел взъерошенным и обеспокоенным, хотя вряд ли его беспокоило то, что хозяйка видит его оголенный торс. Миссис Стрингер рассмеялась и выпроводила собак из комнаты.

— Для вас тоже чаю? — спросила она Джоша.

Джош поблагодарил ее и еще раз рассыпался в извинениях, а потом она наконец оставила их в покое. Как только она ушла, Флин схватил свою рубашку и джинсы и оделся, не вылезая из своего спального мешка.

— Просто не верю, что меня только что разбудил своими облизываниями этот спаниель, — проворчал Джош, а потом добавил: — У тебя в волосах полно перьев.

В кафе «Поваренок» они заказали себе завтрак и чай. Там же Джош с Флином обнаружили Томми, Джессику и Люси и, пренебрегая возможностью вежливо побеседовать за тостами и кукурузными хлопьями с хозяевами, извинились и поскорее уехали. Яичница с беконом так и манила, и Джош объявил, что он снова чувствует себя почти человеком:

— Интересно, в следующем году наше состязание будет таким же оживленным? — сказал Флин.

— Я могу сказать тебе прямо сейчас, что сто раз подумаю, прежде чем снова буду по ночам, в стельку пьяный, играть в регби, — проворчал Томми.

— Не думаю, чтобы кто-то еще раз вообще затеял такое.

Джош сказал:

— Отличная была вечеринка. Вы получили удовольствие? — спросил он Люси и Джессику.

— Я — да, — ответила Джессика, — но меня бесит вставать с утра и чувствовать себя разбитой. Не знаю, стоит ли это удовольствие таких мучений.

— В первом семестре в университете я был пьяным почти каждый день. И как мне только удавалось? Не понимаю, — вздохнул Томми.

— Что ж, признайся, мы все стареем, — скривился Флин. — Такая работенка нам уже не по силам.

— Тем не менее на следующих выходных снова большие игры, — вмешался Джош, а потом, глядя на Флина и Томми, добавил: — По крайней мере для нас. Я раньше никогда не бывал на холостяцких вечеринках, но, похоже, через неделю в это же самое время я буду чувствовать себя гораздо хуже. Это ж ведь наш Бома организует эту вечеринку.