Невеста по контракту - Нина Милн

Кора осмотрела свой унылый темный гардероб, решая, что надеть. Наиболее очевидный выбор для обеда в ресторане фламенко – платье, в котором она ходила на обед с родителями. Проблема в том, что ей не хотелось надевать его. Ей хотелось другое платье. То, которое подарил Рафаэль и которое притягивало взгляд золотым мерцанием. Но как это будет выглядеть?

Ей вспомнились слова мужа: «Оставьте это платье себе для какого-нибудь другого случая. Для другого раза, когда вам захочется его надеть. Потому что в нем вы поразите весь мир и того мужчину, для которого его наденете». Здорово, нечего сказать. Значит, сейчас ей хочется поразить Рафаэля Мартинеса? Да что же с ней случилось?

А случился он. За последние два дня в Гранаде она увидела его со стороны, о существовании которой даже не подозревала в этом «пустом плейбое». Вчерашний день в Альгамбре показал его любовь и глубокое знание истории и культуры. После посещения дворца Насридов они осмотрели оставшуюся часть великолепного сооружения, побродили по садам с цветущими апельсиновыми деревьями, грандиозными тысячелетними кипарисами, зарослями мирта и прекрасным розарием. Но окончательно Рафаэль поразил ее сердце именно сегодня, когда настоял на том, чтобы вместе пойти в собачий приют. Он выслушивал историю каждого животного, заходил в вольеры вместе с Корой, общался с каждой собакой.

Кора потянулась к золотому платью, отступила. Стоп. Неужели она окончательно утратила способность соображать, понимать, что происходит? Да, Рафаэль проявил сочувствие к несчастным собакам, но это не связано с ее желанием надеть платье и поразить его. К тому же не стоит забывать, что всякий раз, когда она делала попытки произвести на кого-то впечатление, это оборачивалось ужасными последствиями, оставлявшими в ее душе глубокие раны.

Кора вспомнила чудовищный случай с парнем из университета, который очень упорно ухаживал за ней, пока она, в конце концов, не сдалась и не переспала с ним. После этого он прервал с ней всякие контакты, и вскоре она узнала, что все было частью обряда посвящения в студенты. Парень поспорил, что добавит к списку своих сексуальных побед девушку из аристократической семьи.

А потом, конечно, Руперт. Последним стал ловкий жулик, представлявшийся журналистом. Правда, речь не шла о романтических отношениях, но Денверы лишились бриллиантов, а Кора утратила ту малую толику доверия, которую заработала у родителей. Такой вот печальный список.

Но Рафаэль совсем другое дело.

– Фу-ты!

Кора сердито фыркнула, заставляя себя вернуться к реальности. Дело в том, что нет смысла пытаться поразить Рафаэля Мартинеса. Он ясно дал понять, что не желает, чтобы в их отношения примешивалось влечение, полагая, что Кора думает так же. Но даже если это не так, отношения с ним могут обернуться катастрофой. Кора содрогнулась от этих мыслей, и руки сами собой потянулись к надежному серому платью.

Войдя в гостиную, она почувствовала легкое разочарование от неспособности взглянуть ему в глаза и сосредоточила внимание на отдаленных джазовых звуках тромбона, наполнивших ее сожалением о том, что выбрала самый безопасный путь.

– Я готова.

Резкий визгливый звук собственного голоса заставил ее вздрогнуть. Кора повернулась к двери и замерла, увидев высокую фигуру, преграждавшую ей путь, широкие плечи, треугольник голой загорелой груди в обрамлении черного шелка рубашки. Господи, помоги! От него так приятно пахло, что у нее закружилась голова. Сделав над собой отчаянное усилие, Кора улыбнулась и напомнила себе, что она в Гранаде и собирается насладиться вкуснейшей едой и фламенко. Не о чем сожалеть и сокрушаться.

– Пойдемте! Очень хочется есть.

– Вот и хорошо. Я думаю, вы получите больше удовольствия, чем в любом самом шикарном ресторане.

– Надеюсь, вы правы.

Проходя по ярко освещенным улицам вечерней Гранады, Кора почувствовала, как потеплело на душе. Рафаэль думал о ней. Она почти не сомневалась, что его обычные подруги предпочли бы ужин в известном дорогом ресторане, где все смотрели бы на них, а официанты лезли вон из кожи, чтобы им угодить.

– Вот мы и пришли.

Рафаэль остановился, Кора окинула взглядом непритязательное здание. У входа толпилась небольшая группа людей разного возраста, разодетых в пух и прах или одетых совсем просто.