Пророчество без букв - Юлия Цезарь

— Что? — не прослушала эти слова и лунная. — То есть, пока мы тут все искали подходящую под наш рост таверну, ты в кости играла? И мы ещё удивляемся, почему ты вечно в беду попадаешь?

— Мы тоже пойдем к себе, — Зак потянул Каю на выход, чувствуя, как оборотень вновь начала закипать. — Не заставляй меня уносить тебя силой, — пригрозил он ей, ощущая сопротивление с её стороны.

— Я искала, честно, — оправдывалась Валанди. — Устала ходить, везде одни низкорослики, настроение и так было ни к черту, а после очередной неудачи я ещё сильнее расстроилась. А тут попались эти неудачники на глаза, ну и… вот, — залившись краской, Валанди опустила голову.

— Нет, отпусти меня! Я ей всё выскажу! — но эти слова были слышны уже за пределами комнаты, и, судя по крикам, Закнеыл таки поднял её на руки.

Гинтар не был зол на Валанди, да и вообще не мог на неё злиться после произошедшего, хотя, ничего не произошло по сути. И всё-таки в его голосе были нотки строгости.

— Валанди, значит, раз устала или не находила, нужно было найти нас. Мне кажется, ты уже и сама начинаешь понимать, что у тебя судьба попадать в неприятности. Прекрати эту вечную погоню за сокровищами и азартом. Это плохо кончится.

— Чтобы я это прекратила, меня нужно запереть в глуши в маленьком домике, — хихикнула солнечная, но потом серьезнее добавила: — Хорошо, я постараюсь больше ни во что не ввязываться. Тем более из-за этого Сектар останется с нами ещё на какое-то время, а уж его пребывание здесь я точно не хочу продлевать.

При упоминании младшего брата у нее в животе все перевернулось. Да что же это такое делается? Нет, нужно забыть все, что произошло сегодня, и помогут ей объятия Гинтара.

— Как бы мне действительно не пришлось запирать тебя в глуши.

Серьёзно ответил на всё это старший, крепко обнимая Валанди. Тут где-то была заказана отбивная, но… вся еда была на полу, тарелки и чашки разбиты вдребезги, и Гинтар всерьёз задумался, что после нескольких лет контроля зверя медитациями может плохо сказаться то, что в этом месяце его даже не пытались сдерживать. Хотел было что-то сказать по этому поводу, но на его глаза вновь попалась отбивная.

— Тебе надо поесть. Кая передала слова брата как раз, когда мы вернулись с твоих поисков и заказали еду. Здесь большой выбор многорасовых блюд. Пойдём, выберем тебе что-нибудь?

А он ещё и напоминает. Валанди подумала было отказаться, но Гинтар и так слишком много переживает за нее, в этом она может пойти на уступки.

— Хорошо, давай поедим, — она мягко улыбнулась ему. — Прости, что тебе постоянно приходится беспокоиться обо мне. Плохой я буду женой тебе.

— Очень плохой, — не меняя тона ответил ей жених. — Но Силейз меня предупредила, что товар обмену и возврату не подлежит, так что… На что напоролся, — он долго пытался держать строгий вид, но, встав с кровати и беря за руку Валанди, всё-таки засмеялся.

— Даже не думай забирать свое предложение назад, я все равно от тебя до конца жизни не отстану, — предупредила она его.

***

Затащив брыкающуюся лунную в комнату, Закнеыл осторожно бросил ее на кровать.

— Я не выпущу тебя отсюда, пока не пройдет полнолуние. Садись и медитируй, — строго он сказал ей, загораживая собой выход.

— Что? — та аж и думать забыла, чтобы «расчесать» золотую голову. Лунная вскочила с кровати и хотела было как-то оттолкнуть звёздного, но… смешно. Только и смогла, что упереть руки в бока и вздернуть носик. — Оно только через четыре дня. У меня еще будет время. Не буду!

— Да? А то, что ты разнесла комнату Гинтара и Валанди, по-твоему, это нормальное поведение? Да ещё и полуобратилась при этом, — взгляд его стал ещё строже. Он скрестил руки на груди и облокотился на дверь, показывая, что у него серьезные намерения. — Если будешь сопротивляться, я найду другой способ тебя усмирить.

— То есть, я для тебя теперь ненормальная? И вторая форма моя тебе перестала нравиться?

Кая попыталась опять отыскать пути к отступлению, но дверь была закрыта самым лучшим в мире замком, а к выходу вело только окно. Сигануть со второго этажа она может — на лапы приземлится, но вот за это время её успеют поймать. Да и куда идти-то? Если только побегать вокруг города, пыл сбавить.

Думая об этом, Кая, кажется, потихоньку успокоилась, но нахмуренные бровки говорили, что не до конца. А ведь найдёт способ усмирить. Привяжет к стулу, и тогда совсем плакала её свобода.

— Зачем мне медитировать? — буркнула она. — Мне Сектар кольцо дал, — и как в доказательство показала Заку указательный палец, на котором оно теперь покоилось. — Наверняка в полнолуние силу свою покажет. А ты меня ночью только выпусти на полчасика. Я побегаю и сразу вернусь.

У Закнеыла нехорошо дернулась жилка на виске, когда она продемонстрировала ему это проклятое кольцо. Он был солидарен с Валанди по поводу младшего туманного и не доверял ему.

— Я тебя оскорбил? Назвал некрасивой или что-то в этом роде? — обиделся звёздный. — Если вдруг тебе интересно мое мнение, мне все это не нравится, — он поймал ее руку, намекая на кольцо. — На твоём месте я бы не доверял трюкам этого туманного.

— А что ты на него взъелся? Что ты взъелся? Мне лично он плохого ещё ни разу не сделал! И вообще, я у него, как подруга Гина, на особом счету! — лунная грубо вырвала свою руку из хвата звёздного и сжала в кулак. — Если бы не он, мы до сих пор блуждали по городу, в поисках этой… И он бы нас не предупредил заранее… Стой! Мы вообще не о нём говорили! Выпусти меня сейчас же!

В итоге уход разговора в другую сторону, да ещё и в нехорошем ключе вновь повлиял на лунную, но попыток толкать Зака она не предпринимала — хоть где-то в голове засел рассудок, что с ним тягаться нет смысла.

— А то, что он мне сделал, ты забыла? — разозлился Зак. Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться — сейчас не время ещё и ему психовать — она не виновата, это все луна. — Ты успокоишься, если я выпущу тебя? Можешь пообещать, что ни во что не встрянешь и вернёшься через полчаса?

— А тебя Гинтар предупреждал держать язык за зубами! — не унималась лунная. — Он всех вас предупреждал и…

«Заткнись!» — отдёрнула себя Кая, когда до затуманенной головы дошли его последние слова. Мило, хоть и лживо