Для вкуса добавить карри, или Катализатор для планеты - Лина Мраги

Глава 4

Мои красавцы-анги сидели за круглым столиком и пили. Одеты ещё по парадному… Дайк в белоснежной рубашке, расшитой серебряными нитями – образ некого романтичного, благородного герцога из дамских романов очень подходил ему. Макс затянутый в тёмную кожу… В подобном виде он напоминал супергероя, а по сути, и был таковым. Ведь потрясающая внешность ничуть не уступала его боевым качествам. Женская половина столицы просто поедала его глазами, начиная от девочек-подростков и заканчивая совсем пожилыми дамами. И все постоянно пытались привлечь его внимание различными уловками. Карелл в чёрном укороченном камзоле с массивной террханской цепью на шее… Властный, строгий, внушающий желание поклониться облик…

Они дружно повернули головы, когда я подошла к столику, всматриваясь в дорогие сердцу лица.

– Всё слышала? – Дайк спросил и не отвёл взгляда.

– Это уже не имеет значения… Хотя неприятно узнать, что вы сговорились за моей спиной.

– А я предупреждал! Надо было рассказать! – Макс хлопнул ладонью по столу и посуда задрожала.

Я усмехнулась:

– Дайк, я не понимаю, как такое взбрело тебе в голову… Почему ты хочешь делить меня ещё и на троих?!

– Кари, я…

– А ты?! – я глянула на новоиспечённого терра, не испытывая никакого пиетета пред столь важной персоной. – Решил всех переплюнуть?! Сделать предложение первым, вопреки вашему дурацкому договору?!

В ответ новый правитель Востока выдал только некое «пы-ы-ых…» и фразу «я идиот».

– Почему ты сказала, что это уже не имеет значения?! – вдруг спросил Нянь, стремительно бледнея.

– Потому что вот… – бумажный шарик покатился по столу, но Дайк не успел его даже развернуть.

Небо прорезал слепящий сиреневый луч и фантастическая, просто гигантская радуга, через весь небосклон, раскинулась над городом! Она была настолько контрастной, насыщенной цветами, какой-то плотной, что ли… Я открыла рот. Мои парни вскочили, только их удивление радостным совершенно не показалось.

Несколько минут было очень тихо: не слышалось ни музыки, ни песен, но вскоре ветер донёс вопли и крики со всех сторон:

– Радужный мост! Радужный мост!!! Смотрите, это радужный мо-о-ост!!!

И снова вспышка. И вторая радуга пересекает первую под прямым углом. Потом третья! Да-а-а-а… Хранитель умеет произвести впечатление! Когда четвёртая цветная дорога упёрлась прямо в перила террасы, я глупо хихикала: «Он что?! По радуге и придёт?! Детский сад какой-то…» Подвинув плетённое из толстой лозы кресло, я плюхнулась в него, закинув ноги на деревянную скамеечку. Приготовилась к встрече, так сказать.

Терраса была широкой, с низкими мраморными перилами. А волшебный, невероятный вид кругом создал впечатление, будто мы накрыты огромным цветастым зонтиком. Светящийся силуэт мы заметили сразу, как только он появился. Он шёл медленно, постепенно увеличиваясь и приобретая чёткие контуры. И на светлые перила ступила уже не размытая фигура, а человек, ну или образ человека. Берк собственной персоной! А вот одет он был… Впрочем, богам так и следует выглядеть: обычная рубаха с болтающимися завязками и закатанные до колен штаны. И всё. Ни обуви, ни ремня там или ещё чего-нибудь. А ведь Берк, тот, кого мы знали, любил хорошо одеваться, или это тоже была игра, вхождение в образ?!

Спрыгнув с перил, он прошлёпал босыми ногами прямо к столику с кувшином и кружками:

– Ну, я угощусь, да? Выпьем за встречу…

Ответом было напряжённое молчание и сопение троих ангов, а также моё издевательское: «Алкоголик!» Не смогла я сдержаться, ну никак!

– А… Ну как хотите, – он налил себе полную кружку и залпом выпил. Потом утёр рот, прошагал мимо застывших парней, погладил Бумера, волк с готовностью подставил голову, и протянул мне руку:

– Пошли.

Я замерла в кресле. Хотелось убить его, растерзать в клочки, но, глядя на протянутую ладонь, в голове вспыхнули слова из Вечного свитка: «…Если хочешь ты уйти, бога за руку схвати», а потом эхом повторились. Эту же фразу шептал Дайк, стоя в какой-то прострации.

– Идём, Кари.

Окатан (его личное имя и было названием этого мира) уже не улыбался. Он смотрел строго и даже жёстко.

– Куда? – я вглядывалась в знакомое лицо, пытаясь понять, о чём он думает. Но тайна мыслей, тем более божественных, была мне недоступна.

– Ты знаешь.

Я глянула на своих ангов. Дайк в предобморочном состоянии. Макс, сжимающий кулаки и готовый взорваться в любую секунду. Карелл, сверлящий взглядом самого Хранителя – настоящую власть и силу этого мира. И они дороги мне. Как ни страшно это сказать, но дороги все трое. С каждым связано столько чувств, эмоций и воспоминаний… Но их трое, а я одна. Выделить кого-то – то же самое, что убить двоих других… или себя. Я пыталась… Честно пыталась. И даже думала, что получилось, что смогу… Смахнув солёные капли, я выдохнула и сжала протянутую ладонь.

Глава 5

Здесь не было времени. Здесь не было ничего, кроме туманной сиреневой дымки и упругой радужной дороги под ногами. И сколько мы так идём, я не могла понять. Казалось, что прошла секунда с момента, как я ступила на перила, а оттуда на семицветную дорогу в небеса. Но в то же время мы всё шли и шли в полном молчании и полной тишине. И длилось это бесконечно…

Окатан шёл рядом, задумчиво глядя перед собой, а у меня от шока, от стыда, от осознания того, как я вот так, просто взяла и ушла с ним, бросив всё и всех, в душе царил полный кавардак. Но перемолчать его вряд ли получится, нужно что-то сказать или спросить, ведь я так долго этого ждала, вернее жаждала. Вот он, вышагивает рядом, а я совершенно ничего не понимаю и не знаю, как себя вести.

Радужный мост приятно пружинил. Спектральные полосы в середине яркие и насыщенные, к краям немного размывались, переходя в другой цвет: красный в оранжевый, оранжевый в жёлтый, жёлтый в зелёный и так далее до фиолетового. «Радуга – это всего лишь видимый белый свет… – мысли начали приобретать стройность, утихомиривая хаос. – Семь цветов радуги образуют один… восьмой… или первый?.. за границами которого, недоступный обычному человеческому глазу, существует и инфракрасный диапазон, и ультрафиолет… Фиолетовый – это уже смешение красного и синего… сиреневый и есть фиолетовый, только более светлый… Закольцованная цветная бесконечность…» Разум молнией пронзила догадка. Удивительная и простая, как всё