Разлука не для нас - Элизабет Уолкер

Питер пришел на Черно-Белый бал с дебютанткой. Еще во время их совместной жизни он часто обращал внимание на молодых девушек, восхищаясь их чистотой и свежестью. Он не сравнивал их с Кортни, по крайней мере, вслух — такими сравнениями занималась она сама перед зеркалом. А ведь сам на пять лет ее старше… Почему, интересно, она не заглядывается на юношей? В самом деле, мужчины и женщины устроены совсем по-разному.

Кортни со вздохом отвернулась от зеркала. Что делать? Хватит ли у нее сил встречаться с человеком, на которого претендует другая женщина? А если не хватит — что делать с пламенем, пылающим в крови? Боже, как она жаждет его — еще со вчерашнего дня… Нет, с той пятницы… Или это началось еще раньше? Как удалось ему обойти тщательно охраняемые бастионы и завладеть ее сердцем?

«Чемодан разберу завтра, — устало подумала Кортни. — А сейчас — спать». Все, что ей нужно — крепкий сон до утра. Сон, не нарушаемый ни эротическими видениями, ни кошмарами, ни горькими воспоминаниями. Развязать узел, думала Кортни, может только время. И один Бог знает, на чьей оно стороне.

Всю ночь Кортни проворочалась в постели без сна. Поняв, что все равно не сможет подняться в семь, Кортни выключила будильник, снова легла и наконец забылась беспокойным тяжелым сном.

Ее разбудил телефонный звонок. Кортни с трудом разлепила тяжелые веки, взглянула на часы и удивленно заморгала. Четверть девятого. Кто может звонить в такой ранний час?

Кортни перекатилась на спину и потянулась к трубке. Может быть, это Эрик — беспокоится, хочет узнать, как она… Спасибо, но лучше бы дал ей поспать.

— Алло?

— Мисс Стюарт? Доброе утро! Это Сьюзан Филдинг.

Имя ни о чем не говорило Кортни — однако по спине ее вдруг пробежал холодок. Что за черт! Да нет, она просто рассержена ранним звонком…

— Да? — недовольно пробормотала она.

— У нас с вами есть общий друг. Эрик Коллинз.

С Кортни мигом слетел всякий сон. Голос в трубке звучал очень молодо и довольно напористо. Что ей нужно?

— Да? — повторила Кортни.

— Может быть, он вам обо мне рассказывал. Я фотограф.

Кортни молчала, сжав губы в тоненькую ниточку.

— Насколько я поняла, вы занимаетесь дизайном. А я слышала, что в этой области часто используется художественная фотография, и подумала, что мы с вами вполне могли бы вместе пообедать. Приглашаю вас к себе в студию. — Она тараторила без запинки и таким радостным голосом, что перебить ее было просто невозможно. — Заодно вы посмотрите мои работы.

— И когда вы предполагаете?.. — осторожно поинтересовалась Кортни.

— Сегодня, если у вас нет других планов. По-моему, чем скорее, тем лучше.

«Хочет посмотреть на соперницу», — мрачно подумала Кортни. Что ж, сама Кортни хочет того же. Эрику это едва ли понравится — но какое ей дело до мнения Эрика!

— В котором часу?

— Лучше всего в полдень.

— Хорошо. Продиктуйте мне адрес. — На столике у кровати всегда лежали карандаш и блокнот, так что Кортни быстро записала адрес студии на Ларкин-стрит. — Увидимся в полдень.

— Это обычная деловая встреча, — заверила ее Сьюзан, словно Кортни будет в затруднении, что надеть.

— Я приду в деловом костюме. Кортни медленно положила трубку, удивляясь собственному поведению. Что это взбрело ей в голову? Зачем ввязываться в проблемы Эрика, не имеющие к ней никакого отношения? Это только запутает дело… Должно быть, она просто не смогла противостоять напору Сьюзан. Кортни сбросила ночную рубашку и начала одеваться, размышляя о том, стоит ли позвонить Эрику. Наконец решила, что не стоит. Чем меньше знаешь, тем меньше волнуешься.

Студия Сьюзан располагалась на втором этаже складского здания на Ларкин-стрит. Место довольно неприглядное; впрочем, рассудила Кортни, едва ли клиенты Сьюзан бывают здесь часто. Над дверью красовалась большая вывеска: «Фотостудия Сьюзан Филдинг». Дверь закрыта, и звонка не видно. Кортни постучала.

— Войдите, — послышался жизнерадостный голос из-за двери.

По краткому описанию Эрика Кортни составила некоторое представление о сопернице и теперь увидела, что была недалека от истины. Первое слово, пришедшее ей на ум, было «очаровашка». Ковбойка в красную клетку, джинсы, кроссовки и сияющая улыбка. И кипучая энергия в каждом движении.

— Привет! — поздоровалась она. — Надеюсь, вы хотите есть? Я приготовила обед по-мексикански.

Кортни огляделась вокруг, но не заметила никаких признаков кухни. Только в углу, на столе, покрытом красной скатертью, стояли маленький холодильник, микроволновка и розовый бутон в серебряной вазе. Кортни отметила, что и роза, и ваза очень хороши. Сьюзан уже ставила на стол стаканы.

— У меня есть мексиканское пиво. Хотите?

— Да. — Кортни двинулась к столу, но ее внимание привлек стенд с фотографиями Эрика. Добрый десяток фотографий. И маленькие, и увеличенные. Господи, когда она успела? На снимках Кортни увидела кухню и гостиную, но не такие, как у Эрика дома. Сердце у нее упало, но она вспомнила о загородном доме и успокоилась.

Сьюзан заметила, куда устремлен взгляд Кортни.

— Хороши, правда? Он потрясающе фотогеничен. И даже лучше, что не улыбается. Улыбки на фотопортретах всегда выглядят как-то неестественно. Ведь в жизни люди не так уж часто улыбаются, верно?

Кортни тоже понравилось, что Эрик не улыбается. Напротив, выглядит довольно раздраженным.

— И что вы собираетесь с ними делать?

— Ну, большую часть, наверно, оставлю здесь. Это прекрасные образцы моей работы.

Фотографии действительно были недурны, и Кортни со всей возможной любезностью сказала об этом. Затем огляделась, ожидая увидеть еще какие-нибудь работы Сьюзан, но ничего не увидела. Комната была завалена камерами, проявителями, химикатами, пленкой — всем, кроме фотографий. На тумбочке, рядом с телефоном и адресной книгой, лежал портфель.

Микроволновка издала мелодичный звон, и Сьюзан объявила:

— Обед готов. Садитесь, а я налью вам пива.

— Я могу налить сама, — предложила Кортни. — Оно в холодильнике?

— Нет, нет, сидите. Я сама все сделаю. Сьюзан засуетилась вокруг стола. Через

несколько минут на столе уже стояло реленьо с соусом чили, горячие пирожки тортилья, а Сьюзан доставала из холодильника два разных салата с сыром, оливки, маринованные огурчики… Яствам не было конца, а в печке еще дожидался своей очереди пирог.

— Обожаю готовить, — призналась Сьюзан, расставляя тарелки. — Некоторые женщины говорят, что им не хватает времени на готовку. Что за чушь! Просто все они помешались на работе. Думают, что карьера важнее семьи. А по-моему, еда — это главное в жизни, ведь без нее не проживешь. Еда и крыша над головой.

Кортни с интересом рассматривала собеседницу.